Конечно, беременна! (СИ)

- Да! – она упирает руки в бока, явно принимая вызов. – Да, Лиза, я – специально!
- Но – зачем? – вот теперь на место злости приходит уже полная растерянность. Черт! Я ведь ей доверяла иногда гораздо больше, чем себе самой! Да Алинка же – самый близкий для меня человек! И вдруг… Вот так… Подставила! Да еще – была с Аскольдом! Я же с ума по нему схожу, - и она прекрасно все это видела!
- Затем! – шипит с такой злостью, как будто это я ее предала и переспала с ее любимым. – Юрка – он же – что? Потешится – ну год, ну два, ну, - пять, максимум! И новую себе помощницу найдет, - помоложе! И, знаешь ли, не очень-то и приятно быть мастерицей на все руки и одновременно подстилкой для него!
- Так кто ж тебя заставлял? Я, что ли? И вообще – с чего ты вдруг решила, что Аск поступит с тобой иначе?
- С того! Ниночку он свою уволил, - ее уже и подобрали. А я стану для него всем – и правой рукой и идеальной любовницей. Всем, Лиза, в одном флаконе! Я-то уж точно поумнее Ниночки-то буду!
- И?
- И все знают, что Аску, кроме этого контракта нужно срочно жениться, чтобы сохранить компанию! Ну, и в идеале – ребеночка забацать в самый короткий срок! Не у всех, знаешь ли, есть такие папочки, как у тебя! Другим в жизни устраиваться как-то надо! Это – мой золотой шанс! Так что – прости, подруга, но я его не упущу!
- Что-то как-то твой шанс не выглядит счастливым, - пожимаю плечами, изо всех сил стараясь не показать, насколько меня сейчас скручивает от боли. Хотя… Кажется, теперь я начинаю понимать то, чего никогда не видела. Да она же с самого начала со мной, наверняка, только из-за папочки моего и дружила! Видно, думала, что я помогу через него подруге устроиться в жизни! А тут такой облом приключился, да…
- Вымучен просто жаркой ночью, - прищуривает глаза Алина, и мне уже совсем непонятно, как эта злобная сучка могла казаться мне милой и душевной когда-то. – Я, знаешь ли, такое умею, что тебе и не снилось! Лучше просто уйди, Лиз. Не устраивай скандал. Не напрягай Аска, ему сейчас и без тебя сложный этап переговоров предстоит.
 =70 
- Вот пусть он мне сам об этом и скажет! – сжимаю кулаки, решительно направляясь к Аску. И оставляя позади Алину с раскрытым ртом.
Что, не ожидала, подруга?
Думала, я сейчас разревусь и побегу вещички собирать! Ага! Щас! Устиновы не сдаются!
И, между прочим, даже если у них все там и было, моего контракта с Крушининым никто не отменял!
- Аскольд? – подхожу к нему, стараясь выглядеть как можно непринужденнее.
Но он отшатывается от меня так, как будто увидел привидение.
Даже осматриваю себя, - может, у меня платье порвано? Да вроде нет…
- Ты одна, без спутника? – цедит Крушинин с таким ядом в голосе, как будто это я вместо него ужинала и трахнула кого-то другого!
- Мистер Джеймс ждет вас, - холодно сообщает появившаяся вдруг рядом Марта.
Хм… Ну что ж. Выяснение отношений, по-видимому, откладывается!
 =71 
* * *
Выяснения отношений так и не произошло.
Несмотря на то, что наш проект все-таки был одобрен, Аскольд так и остался в своем странном замкнутом состоянии.
Я-то была готова взлететь до потолка и еле удерживала руки, чтобы не захлопать в ладоши.
И вообще, мне казалось, он будет счастлив, подхватит меня на руки и закружит, наплевав на весь этикет, и уж тем более забыв о какой-то там ерунде, которую – то ли сам придумал, то ли кто-то напел ему в уши, - а тут варианты были, да. От того же Освальда можно было ожидать какой угодно мерзости, вплоть до интимных подробностей, не исключаю, что даже и придуманных.
Ну, а теперь еще к нему прибавилась Алина, которой наверняка прекрасно хватило фантазии напридумывать десять вагонов дерьма обо мне.
- Собирай вещи, - холодно произнес он, присасываясь к новому стакану виски, как только мы вышли из переговорной с этой потрясающей новостью. – У нас много работы. Будем теперь работать круглосуточно.
 
И все.
Никаких эмоций. Ледяной лед.
Таким Аскольд и оставался все дальнейшее время.
Мы реально засиживались иногда и до рассвета, - бывало, он увлекался, и снова становился таким, как прежде, - с этим своим умопомрачительным огоньком в глазах от которого я млела.
Иногда даже касался моей руки, или выпяченного бедра, которое я пыталась ему подсунуть как можно ближе, надеясь, что вернется тот самый прежний Аскольд, которому я уже совсем, ни разу не собиралась отказывать.
Но каждый раз он отшатывался и морщился, как от боли или от чего-то ядовитого и становился еще более замкнутым и ледяным.
Даже на Арнольда, который так и не оставил офис и тоже умудрился подписать контракт с Джеймсом, - вообще никак не реагировал, - кивал холодно головой, встречаясь с ним в коридоре, - и не более.
Зато его друг Юрка, вместе с неизменно прилипчивой пиявкой Алиной почти каждый вечер появлялись в офисе. Юрец все пытался его растормошить, - но тоже безуспешно, а бывшая подруга, будто и не замечая меня, бросала на Крушинина томные взгляды, так при этом облизывая губы, что мне самой каждый раз хотелось утереться.
Аскольд не реагировал и на них.
Из-за чего я получала от нее взгляды, полные такой ненавистью, которой даже не представляла в той, кого так давно уже знаю!
Да… Вот ведь как бывает… Знаешь человека сто лет, доверяешь, как самой себе, а потом получаешь от него такой удар в спину!
И это еще она же на меня и злится!
Сердце разрывалось на части – никак не пойму, как же я могла так ошибиться в своей лучшей подруге? И где-то там, в глубине души маячил глухой червячок – может, это со мной что-то не так, если я нужна была ей только ради папочкиных возможностей? А когда она поняла, что ничего ей не обломится, то тут же предала, да еще так подло!
Но – ничего. Я должны быть сильной. Должна научиться не раскисать и держать удар, - так всегда говорил отец и вот теперь я его прекрасно понимаю.
И – нет. Я не дам слабинки. Не позволю себе сдаться, разреветься и не стану пытаться поговорить с подругой и что-то ей объяснить, стараясь вернуть наши прежние отношения.
Мама всегда говорила, что никогда не нужно закрывать глаза на подлость, никогда и никого нельзя оправдывать! Потому что предавший однажды – предаст еще раз! И, конечно же, обязательно снова найдет себе сто тысяч оправданий!
Поэтому я сжимала кулаки и гордо вздергивала подбородок.
Да, когда меня учили стойкости, я не думала, что это будет так больно!
Но я должна выдержать, - иначе я ничего в этой жизни не стою!
 =72 
Все эти три недели Аскольд отдалялся от меня все больше и больше
Я ничего не понимала, тысячи раз извинялась за тот вечер, но он только больше мрачнел и сжимал челюсти до хруста
Неужели у него настолько болезненное самолюбие?
Я уже ничего просто не понимаю.
Кроме одного, все мужчины в этом мире перестали для меня существовать.
Аск был замкнут, завалилвал меня какими-то невообразимыми поручениями, которые мне приходилось исполнять, летая, как метла и совершая просто таки чудеса и трудовые подвиги.
В принципе, ничего не могу сказать, - все было важно и по делу, а глядя на то, как способен работать он сам, я даже не удивлялась, - наоборот снова и снова восхищалась его умом, трудоспособностью и упорством
Да этот человек достоин того, чтобы дойти до самой вершины этой жизни!
Потому что способен пахать за пятерых, будто он из стали, а внутрь его встроен компьютер.
И все- таки, меня не покидало ощущение, что всеми этими заданиями босс пытается от меня избавиться.
Будто берет на измор и только того и ждет, когда я сдамся и подам ему заявлением об уходе.
И нет больше даже его шуточек о том, что я вернусь в особняк заниматься уборкой и буду полностью в его безраздельной власти.