Конечно, беременна! (СИ)
Она обиженно сопит, когда я забрасываю ее на сиденье машины, - но сама виновата! Она что думает, - у меня терпения через край?
- Адрес говори, - я по-прежнему продолжаю рычать. – Или мне тебя самому отвезти в магазин и одеть, как нужно? Имей в виду, - тогда мне придется одевать тебя, как самую настоящую куклу, и прямо в примерочной. И начну я именно с белья, как и полагается. А то – хрен тебя знает, Карамелька, может, ты и с ним умудришься накосячить!
Надеюсь, она понимает, что стринги и всякие клочки кружевного недоразумения для нее – тоже закончились, как и моя доброта? Ибо – не хрен по моему офису так разгуливать! Не бордель, в конце концов!
- Елизаветта Игоревна, - напоминает она мне, гордо вздернув носик и скрестив руки на груди. – Сам же сказал! Что, забыл уже?
- То есть, я так понимаю, - в магазин мы едем все-таки вместе?
Ну, хоть фонтаном слез меня не поливает, - и то хорошо!
- Не пойму, - вот что с тобой не так, а? Неужели ты настолько хронически неудовлетворен?
Чего, бля? Кажется, я сейчас очень конкоретно что-то не расслышал!
- Я тебе сказал, что этот человек – наш первый враг? – снова перехожу на рев. – А ты что? Тут же побежала с ним любезничать! Лиза, - ну вот сама подумай, - на кой мне такой работник, пусть даже и с очень ценным знанием никому на хрен не нужного языка?
- Я, между прочим, с братом тебя примирить хотела! – она отворачивается к окну, выворачивая шею еще сильнее. И вот теперь что-то мне очень кажется, что кое-кто начал моргать глазами как-то слишком часто.
Это она что – из-за мудака этого, что ли?
- Давай я сам буду решать, с кем мне мириться, а с кем – наоборот, ладно? – ни хрена не понимаю, - и почему мне вдруг приходит в голову погладить ее по руке? Нет, с появлением этой несносной девчонки все части моего тела живут какой-то совершенно отдельной от меня самого жизнью! И, самое главное, - у самого почему-то в глазах щипать начинает от одной мысли о том, что Карамелька сейчас разреветься! А все ее полироль поганая! Глаза мне испортила!
- Он все равно твой брат! Как ты можешь быть таким жестоким и равнодушным?
Что? Это – я, ко всему прочему, теперь еще жестокий и равнодушный? Нет, вирус все-таки проник во все мозги, кроме моих!
- Лиза, - он не мягкий плюшевый мишка! А человек, появившийся для того, чтобы отжать мою компанию! Мою, - понимаешь ты это? Я же в нее три года жизни вложил! По сути, половины направлений сегодняшних при отце не было! А он – появился хрен знает откуда, - и каким-то чудом успел убедить отца в том, что он, - несчастный сиротинушка, которому все должны компенсировать его несчастное детство!
- Это неправда, - еле слышно бормочет Карамелька, так и не оборачиваясь ко мне.
- Не знаю, что он тебе наплел, - я уже снова начинаю взрываться, - но все это – чистая правда!
Блядь, - да откуда он такой взялся, умеющий кого угодно убедить в чем угодно, а?
- И вообще, Карамелька, мужские дела тебя не касаются! Но, если ты на меня работаешь, - должна быть на моей стороне!
Вообще-то, по-хорошему, я сейчас должен ее уволить.
Да за такое – просто уволить мало!
За связь со шпионом нужно наложить на нее санкции и отправить под домашний арест!
У меня дома, разумеется, а к этому еще и добавить некислый штраф!
И чтобы отрабатывать этот штраф ей еще десять лет приходилось!
Но, вместо этого я почему-то, на секунду залипнув на ее чуть припухших губах, разворачиваю к себе Карамельку и жадно впиваюсь в эти самые губы.
=43
И, скажу я вам, - это ничуть не менее крышесновно, чем тогда, в клубе, несмотря даже на то, что я не просто зол, - а и вовсе – разъярен!
И, - на секундочку, - ни разу вот не скучно, - не то, что пару минут назад с Ликой!
- Что же ты со мной делаешь, маленькая, - шепчу, с огромным трудом оторвавшись и прижимаясь лбом к кромке ее волос. – С ума схожу от тебя…
- Никогда больше так не делай, - на этот раз Карамелька даже не шипит и не метает молнии. Просто выглядит как-то так растерянно, как обиженный ребенок.
- Почему? – я бережно отвожу упавшую на ее глаза прядь волос.
- Просто не делай, - не понимаю, чем на этот раз я успел ее обидеть, но в глазах снова слезы. И совсем не показательные, как у Лики, а самые что ни на есть настоящие.
И вот почему-то именно в этот момент, несмотря на весь ее боевой характер и на вызов, который она не просто способна бросить, а уже сто раз мне бросала, я вдруг вижу перед собой…
Просто маленькую ранимую девушку.
Не знаю, - почему, но мне становится предельно ясно, - чем-то я ее зацепил и причинил боль. Хоть я и совсем не понимаю, чем именно. Тем более, что на этот раз она же ответила на мой поцелуй!
- Хорошо, Карамелька, - выдыхаю я. – Я больше не буду. Правда. До тех пор, пока ты сама не захочешь, - ничего не будет.
И, - да, блядь! На этот раз я, сам себе поражаясь, - абсолютно серьезен!
В ответ Карамелька кивает не менее серьезно и тихо называет адрес.
И я, сцепив зубы, просто везу ее домой, - даже не нарушая ни одного из правил.
Честное слово – предпочел бы, чтобы она еще несколько ваз об меня разбила!
Потому что эта серьезность и молчание угнетают намного больше!
- До завтра, - роняет она, выскальзывая из машины.
А я, как дурак, просто молча сижу и жадно впитываю в себя ее запах, шлейфом повисший вокруг меня.
Понимая, что даже не прикоснусь к ней после сегодняшнего обещания!
Бля, - и кто меня только за язык тянул?
Поддался какой-то совсем уж идиотской сентиментальности! Баран, ей-Богу!
- Ну, и хрен с ним, - шиплю сквозь зубы и резко бью по газам.
Между прочим, - меня там столик в « Огнях» ждет! И приват от Юркиных красавиц! Ну, - а на остальное сегодня отвлекаться совершенно незачем!
=44
Лиза.
Я получила то, чего хотела.
Но, став личной помощницей Крушинина как-то совсем не испытала радости.
Вообще – надо сказать, что то недолгое время, проведенное мной в его доме, было гораздо… хм… счастливее, что ли? Хоть это, скорее всего – тоже совсем неподходящий термин!
Нет, поначалу мно хотелось до потолка прыгать от радости!
И особенно от того, что редкий язык мне все-таки пригодился, - и даже не просто пригодился, а, кажется, все-таки стал той самой очередной ступенечкой к тому самому Олимпу, о котором я так мечтала!
А ведь когда-то я выучила его просто на спор, - в одну из тех ссор, когда отец обвинял меня в том, что ни усидчивости, ни силы воли у меня нет!
Тогда-то я и решила ему доказать, что он не прав – и очень даже есть во мне воля к победе!
Алинка хохотала надо мной, а я дни и ночи напролет бормотала слова на этом самом рачасапе, - да так, что и она сама подучилась.
Теперь у нас с ней появился свой кодовый язык, которого никто, кроме нас не понимал, отец, качая головой, вручил мне ключи от той самой машины, которую я так благополучно угрохала, а Алинка еще смеялась, что вечно мне в голову стреляют совершенно бесполезные идеи!
Как оказалось, - моя идея была не такой уж и бесполезной!
И даже почти снова принесла мне новую машину, - но и на этот раз я выбрала то, что в перспективе будет лучше. Ну, а дальше… Со воеменем Аскольд бы узнал, что, ко всему прочему, я могу быть просто незаменимой! Ведь, кроме того, что я свободно владею пятнадцатью языками, я еще могу прекрасно управляться с документами!
Да, - пусть я и пропускаю мелкий шрифт, а в некоторых случаях и вовсе не читаю договор, зато держать бумаги в порядке, расставив их тематически и хронологически и так, чтобы в любую минуту найти именно нужный документ, - это для меня раз плюнуть!
Педантичность у меня явно врожденная, - от отца досталась, - и, честно уж признаться, мне это все безумно скучно, - но это никак не умаляет моих способностей! Я же говорю – гены у меня просто золотые! Только вот осталось найти им нужное применение!