Золотые мальчики (ЛП)

Как бы сильно я ни хотела покончить с ним, я уступила.
Моя рука ослабела на его шее, и с громким стуком я оказалась на
на земле. Он пошатнулся, хватаясь за горло, словно на грани смерти и наконец неуклюже опустился на стул.
— Ты сошла с ума! — кричит он хриплым голосом. Осознание того, что мне удалось причинить ему боль, было небольшим утешением для боли, которую я чувствовала, распространяющейся по спине и плечу. Если настолько больно сейчас, то я могу только представить каково это будет к утру.
— Ты в порядке? — слезы текли по лицу Скар, когда она задала мне этот вопрос, что вызвало чувство вины в моем животе.
Ей нужны заверения, поэтому я кивнула, хотя последнее, что я хотела делать в данный момент — это двигаться.
Розовый хвостик метнулся в воздухе, когда она бросила острый взгляд в сторону Майка.
— Что с тобой стало? — кричит она, призывая слезы идти быстрее. Я подняла руку, чтобы смахнуть их, но это не имело значения, потому что они падали на пол.
Майк бросил взгляд на нас двоих, сжимая челюсть в гневе, и затем встал. Он окинул взглядом кухню, откидывая свое сиденье в качестве последнего жалкого проявления доминирования.
— Возьмите себя в руки и уберите этот беспорядок.
Он оставил нас с этими словами, и я чувствовала гнев, о котором даже не подозревала, побуждающий меня начать новую атаку на него. Боль и все. Единственное, что останавливает меня от того, чтобы снова наброситься на него, это Скар. Она рыдала, и я должна все исправить.
Майк умеет разрушать мои попытки создать иллюзию, что у нас здесь нормальная жизнь. Сегодняшний вечер — яркий тому пример.
Когда Скар достала из кармана телефон, я сначала смутилась, но увидела, что первые две цифры, которые она набирает, — девять и один.
— Скар, нет!
Эта мольба вылетела из моих уст гораздо резче, чем я хотела, но это было на сто процентов необходимо.
— Он не может просто делать такие вещи, — вырвалось у нее из какого-то изломанного места внутри нее. Это место спрятано так глубоко, что я боюсь, что оно слишком глубоко для меня, чтобы исправить это.
В ее словах не было ничего неправильного, но были вещи, которые она не понимает. Так спокойно, насколько смогла, я положила руку на ее телефон и опустила его.
— Скар, если ты привлечешь полицию, они не просто арестуют Майка, но пойдут дальше, — объяснила я. — Они заберут его, потом заберут тебя, и… этого не может случиться.
Как бы мне ни хотелось думать, что я ей нужна, я прекрасно понимаю, что это работает в обе стороны. Мне нужна моя сестра. Она поддерживает мой рассудок, дает мне что-то, за что можно бороться.
Наступила короткая пауза, которая заставила меня забеспокоиться. Конечно, Скар может не звонить копам сегодня, но что, если она скажет что-то не тому человеку в школе и…
— Обещай мне, Скар, — умоляла я, пока все это разыгрывается в моей голове. — Обещай мне что все, что здесь происходит, останется между нами.
Она посмотрела вниз, затем я отбросила ее телефон в сторону и сжала обе ее руки в своих. Я не могла с уверенностью сказать, что она полностью понимает, как устроены все эти вещи, но я верю, что она видит отчаяние в моих глазах. Это доказывают некоторые слепые эмоции, которые исчезли с ее лица, и она уверенно кивнула в ответ. Я знаю этот взгляд. Потому что я сама несколько раз смотрела на него в детстве. Это взгляд ребенка, который слишком много видел.
— Я обещаю, — наконец согласилась она, и я заключила ее в крепкие объятия.
Хотя этот вечер прошел совсем не так, как мы все ожидали, я сдержала свое слово. Я сказала, что сегодняшняя ночь будет посвящена только ей, и так оно и есть. Все, что я делаю — даже то, что заставляет меня выглядеть безумной — все это из-за одной истины, от которой я никогда не уйду.
Из всего, что я когда-либо любила, Скарлетт — единственное, что у меня осталось.
  
Глава 19
 
УЭСТ
Царапины на одной руке.
Огромный синяк на плече.
Что, черт возьми, происходит с этой девушкой?
 
Она заметила мой пристальный взгляд и поправила бретельку своего купальника. Конечно, как будто это все скроет.
Сильный провал.
Я так отвлекся на ее темно фиолетовое пятно, что едва расслышал короткую лекцию миссис Си о безопасности в бассейне и о том, что нужно помнить о нашем окружении. Даже когда она разрешила нам прыгать в бассейн, я был одним из последних, кто двинулся с места. Единственной, кто колебался больше меня, это Южанка. Вероятно, из-за инцидента на прошлой неделе, в результате которого она чуть не утонула.
— Готов? — спросила миссис Си, подходя ко мне сзади. Я смотрю на нее, а затем провожаю ее взглядом до Южанки. — С ней понадобится много поработать, но ты, вероятно, самый сильный пловец, который у меня есть.
Я стер озабоченность со своего лица и кивнул.
— Без проблем.
Миссис Си натянуто улыбнулась.
— Хорошо. Сегодня твой первый рабочий день. Она поворачивается и оставляет меня, а я осознаю, что это большая возможность еще больше влезть в шкуру Южанки, но по какой-то причине не чувствую этого сегодня. Может быть, дело в синяках и порезах, которые она отчаянно пытается скрыть. Как бы то ни было, я не могу избавиться от мысли, что она, вероятно побывала в аду за эти выходные.
Когда я подошел, она бросила на меня усталый взгляд. Это вызвало такое чувство, которого я не ожидал.
Чувство вины.
В ее глазах был настоящий страх и недоверие, и я сделал все, что было в моих силах, чтобы вызвать их.
— Не сегодня, Уэст, — простонала она. — Я знаю, что сказала миссис Си, но я просто собираюсь поплавать в бассейне в течение часа, так что ты освобожден от своих обязанностей.
Я смотрю на нее, пока она спускается по ступенькам, морщась от того, как холод касается участков ее кожи. Словно тайный поклонник ее фигуры, я заметил то, как холод достиг ее сисек, заставляя твердеть соски под купальником.
Сосредоточься, засранец.
— Не мне решать, — ответил я, скрывая все следы сочувствия и похоти в своем тоне. — Я не провалю один из самых легких уроков, только потому что ты не готова прикладывать усилия.
Ее взгляд потемнел, когда я присоединился к ней в воде, сохраняя достаточное расстояние между нами. В основном, чтобы убедиться, что у меня нет соблазна посмотреть ей в глаза, как я сделал секунду назад.
— Итак, насколько ты на самом деле отстойна в этом? — спрашиваю я. — Ты можешь хотя бы плавать?
Теперь она смотрит на меня во все глаза.
— Хм… давай посмотрим. Было ли на прошлой неделе похоже на то, что я могла плавать? Ну, когда я практически утонула?
Проскользнула ухмылка. Она дерзкая, и в мире, где каждый делает свое лицо, чтобы быть уверенным в моем расположении, это удивительно освежает. Она держит себя в руках, когда ни у кого больше нет смелости.
— Умная задница, — бормочу я.
— Тупая задница, — отвечает она.
Она борется с этим, но один уголок ее рта дергается вверх. Она хочет улыбнуться, даже если гордость не позволяет этого сделать.
— Давай просто покончим с этим, — сказала она со вздохом. — Что мне делать в первую очередь?
Ее тон холоден и безразличен, но у меня есть основания полагать, что она не такая.
— Ну, учитывая, что у тебя навыки младенца, нам нужно начать с основ. Ты должна научиться задерживать дыхание под водой.
Выражение ее лица наполнилось ужасом.
— С этим… будут проблемы? — моя бровь вопросительно изогнулась.
Какое-то мгновение она молчала. Затем, резкий вздох вырвался из полных розовых губ, которые я ненавижу и о которых все еще думаю время от времени.
— Все в порядке, — уступила она. — Просто объясни, что мне нужно сделать.
Я подавил смех.
— Не нужно ничего объяснять. Просто глубоко вдохни, задержи дыхание затем наклонись в воду, пока твое лицо и уши не погрузятся в воду. Я сосчитаю до десяти, потом ты всплывешь.