Последняя из страны Лета (СИ)

Моё отражение было бесполезно и уродливо. В глазах застыло виноватое отчаяние, сухие пряди цвета ржавчины некрасиво торчали. Я достала одежду Ульфа и натянула её на себя. Теперь нельзя было сказать, что я женщина, жаль, что и на юношу я тоже не слишком походила. Однако, пристегнув на пояс короткий меч и накинув плащ, я почувствовала себя увереннее. Коли придётся — дам бой, и даже хорошо, если погибну именно так…
Шорох, донёсшийся из кустов, заставил меня стремительно обернуться и принять кривую боевую стойку. Разом улетучилась вся решимость: на полянку у озера вышел мужчина в сером плаще. Лица его видно не было, зато за спиной красовался странный светлый клинок, непохожий на те, что носили вардарские воины. Он был слишком уж тонок, и даже изящен, но сразу стало ясно — остр, как бритва.
— Не бойся, — сказал мужчина на вардарском. — Я не враг.
Как просто! Я перехватила меч поудобнее.
— Но и не друг — стой там, где стоишь!
— Хорошо, — отозвался он. — Я не хотел пугать тебя, но и ждать до утра не собирался. Меня зовут Ракх, и я один из последних тёмных магов востока.
У меня мурашки побежали по затылку.
— Ты следил за нами! — узнала его я. — Тогда, в торговых рядах!
— Да. Потому что должен был забрать тебя, — ровным голосом сказал он. — Ты же понимаешь, почему?
— Я проклята, и несу с собой смерть, — отозвалась я, проталкивая ком в горле. — Но это не значит, что я добровольно поеду с тобой, куда скажешь.
— Думаю, нам в одну сторону, Нуала.
— Возможно. Но зачем тебе «туда»?
— Потому что я тоже проклят. За то, что совершили, мы все заплатили сполна.
Он снял капюшон, снял тёмную повязку с левого глаза, и я подавила крик: око его было абсолютно чёрным, и жуткий сетчатый шрам пролёг через щеку. Если бы не это, Ракха можно было бы называть красивым: тёмно-русые блестящие волосы, каре-зелёный здоровый глаз, густые изогнутые брови…
— Этого недостаточно, чтобы искупить грехи, — резко сказала я. — Ты и тебе подобные убивали женщин и детей! Да хоть ослепни и лишись рук, ты бы не исправил содеянного!
— Спешу уверить тебя: я всё равно что мёртв, — сказал он холодно и отчуждённо. Поправил повязку, чтобы она закрыла глаз, и снова натянул капюшон. — И ты вскоре умрёшь, если, конечно, не примешь мою помощь.
— Расскажи обо всём. Только когда я узнаю правду, я смогу принять решение.
— Нам лучше поговорить в пути, — сказал он. — Потому что твои супруги так это дело не оставят. Они наверняка уже ищут тебя. Почему ты, кстати, решила сбежать?
Я нахмурилась, губы наверняка дрожали.
— Не нужно говорить со мной так, будто мы друг друга хорошо знаем! Я не буду отвечать на вопросы, пока сама не получу ответов. Но лучше и правда поговорить в дороге.
Маг кивнул и коротко свистнул: из кустов выбежал высоченный стройный конь серой масти. Мужчина шагнул было помочь мне сесть на Тишину, но встретил мой взгляд и отошёл, раскашлявшись. В этот миг мне показалось, будто тьма, что загустела кругом него, стремительно отступила, но когда между нами увеличилось расстояние, она снова вгрызлась в свою жертву. Откуда-то я точно знала, что Ракх, в отличие от меня, страдал каждый миг своей жизни, и не ведал ни любви, ни тепла, и из этой мучительной тьмы он бы никогда не выбрался самостоятельно. Удивительно, что я в смятённых чувствах ещё и умудрялась жалеть этого негодяя!
— Итак, поехали.
— Поехали. Откуда ты знаешь меня, и как оказался здесь в нужный миг?
— Я слежу за тобой с того момента, как ты прибыла в Город Невест. Я ждал твоего появления здесь неподалёку, в лесной хижине. Знал, что рано или поздно ты вернёшься на Вардар.
— Меня пустили бы в город только как жениха, коим я не являюсь.
— Ты мог притвориться.
— И взять тебя в жены? — ощерился он. Улыбка была кривой и жуткой, и я сжала рукоять меча, который неудобно держала на бёдрах.
— Если я так необходима тебе — почему бы нет?
— Потому что я не даю клятв, которые точно нарушу. Мне нужно было, чтобы кто-то другой взял тебя, вывез, ненадолго оставил одну. Но Орхи Нэбис всё время был рядом, как будто чуял слежку. Единственное, мне почти удалось встретиться с тобой в доме торговца. Я подкупил Ходжа, но только время зря потратил — у него были на тебя другие планы.
 
— Понятно. Подробностей мне не надо. Теперь второй вопрос: чего именно ты ждёшь от меня? Было бы глупо полагать, что тёмному магу нужно подсказать путь в страну, которую он сам уничтожил.
— Было бы любезно с твоей стороны не напоминать мне каждый раз о том, что случилось годы назад.
— А, ну прости. Моя семья была сожжена, как уж такое забыть! — воскликнула я со слезами в голосе.
Мало того, что я только что предала волков, так ещё должна была прошлое ворошить, вынуждая призраков печально вздыхать в своих тюрьмах.
— Не ты одна многое потеряла, — сказал он холодно. — Я тоже лишился всего: семьи, друзей, дома. И всё равно мы проиграли. Просто потому, что саму магию страны Лета никто и никогда не воссоздаст, ибо она рождалась из любви людских сердец.
— От которых остался лишь пепел.
Он что-то невнятно прошипел, потом сказал:
— Я клялся служить правителю и верховному жрецу. Я не мог преступить клятву, иначе моих родных постигла бы страшная участь… Что и так произошло, но тебе вряд ли захочется об этом слушать.
— Либо солнечные дети, либо вардарские, — сказала я, снова подумав о Йане, у которого уже никогда детей не будет. — Я могу это понять, но простить — никогда.
— Мне и не нужно твоё прощение. Мне нужна помощь. Если ты освободишь меня от моего проклятия, я помогу тебе избавиться от твоего.
А вот это была неожиданная, опасная надежда, за которую я не спешила хвататься. Он мог придумать что угодно, заманить меня в ловушку ещё хуже той клетки, в которой я сидела прежде. Нужно было сразу выставить несколько условий.
— Ладно. Попробуем. Только будет по моему. Во-первых, я тебе не подчиняюсь. Во-вторых сама выберу путь. В-третьих, ни о каком всецелом доверии речи не идёт.
— Но так было бы правильнее, и лучше для всех…
— Наоборот. Едва ли они отпустят тебя со мной. К тому же тёмная магия имеет свои особые циклы, напрямую зависящие от хода лун по небу. Время дорого, а я не хочу неизвестно сколько уговаривать волков поверить в мою магию.
— Но путешествие займёт всего-то пару дней! — нахмурилась я.
— Если бы я мог творить магию при твоих мужьях, я бы предложил тебе избавление ещё в Городе Невест, при Нэбисе. Но тёмные проклятия — особое колдовство. Зачастую оно возможно лишь между двумя, и все остальные будут только мешать. Решай, Нуала, и лучше прямо сейчас — либо ты едешь, либо остаёшься.
Я посмотрела ему в глаза, а, вернее сказать, в глаз. Конечно, Ракх недоговаривал, и я понимала, что сильно рискую, помогая ему. Но у меня и правда не было иного выхода, кроме как согласиться.
— Ладно, я согласна. Есть ещё условие: ты не задаешь вопросов обо мне и моём прошлом.
— Согласен.
— И последнее: могу ли я быть уверена, что в случае нападения ты не станешь прикрываться мною?
На его лице снова появилась кривая усмешка.
— Вот уж не думал, что леты бывают такими дерзкими! Вардарскую жену за подобное давно бы выпороли.
— Значит, хорошо, что я не вардарка, — сощурилась я.
— Я не трус, Нуала Лета. И не спрячусь за твоей спиной, если случится бой. Но к нам и так никто не полезет — моя магия ощущается на расстоянии как щит. Разбойников не привлечёт ни твоя кобыла, ни мой меч. С нас нечего взять, да и кому охота совать руки в пасть тьмы?
Я кивнула. Это было похоже на правду.
— Итак, каковы твои условия? Ты согласился на мои, но ведь наверняка есть что-то, что мне следует знать.
— Да. Путь будет долгий, и мы не раньше чем через три месяца доберёмся до южных границ. Тебе следует собраться с силами и научиться молчать. Как бы ты ни пыталась себя изуродовать, голос тебя выдаёт. А нам не нужно лишнее внимание. Я буду звать тебя Арчи, послушником. В случае чего отвечай односложно, и попытайся сделать голос более хриплым. Но у магов вообще-то не принято разговаривать с учениками на людях, поэтому, думаю, проблем не возникнет.