Последняя из страны Лета (СИ)

— Да, похоже на сон, — кивнул Йан. — Но нам нужно оставить припасы и начинать подъём. Как раз к ночи обернёмся.
— Переоденься, пожалуйста, — попросил Ульф. — В платье будет неудобно лезть.
Он открыл мне дверь, и в холле, сумрачном и полном цветных теней, что-то тихо звенькнуло. Я только потом заметила над дверью какую-то металлическую штуковину.
— Переодеться можно там, — показал старший. — Мы подождём снаружи.
В этом доме было не просто странно. Мне казалось, будто я слышу музыку и чьи-то голоса, но это не пугало, а, напротив, вызывало желание поселиться здесь навсегда. Как будто в иных измерениях, нам неведомых, происходила своя жизнь, и мы могли ощутить её пелену благодаря вложенной в дом магии.
— А, замечательно, — хмыкнул Йан. — Мне нравится.
Ульф только кивнул, с интересом меня разглядывая.
— Ощущаю себя странно, — сказал я. — К тому же дом разговаривает и даже поёт.
— Это для него обычное состояние, — сказал старший. — Ты ведь не испугалась?
— Напротив, я бы хотела остаться и осмотреться. Но к пьедесталу тоже хочу. Где он?
— Вон там, — показал Йан. — Сейчас отъедем и полюбуешься.
— На той скалистой вершине? Вот это да! Как же мы залезем?
— Есть особый, безопасный в это время года путь. Мы научим тебя ориентироваться на подъёме. Главное, будь внимательна.
Едва мы вышли из леса, как стало хорошо видно Плачущую гору, к которой мне так хотелось попасть, едва я узнала о ней. Только одна её сторона была каменной. Там, где рушились с высоты водные потоки, всё было зелёным и жёлтым. Я насчитала всего семь водопадов, но и без того создавалось впечатление, что гору укутала ясно-голубая вуаль.
— Чудо какое! Глаз не оторвать! Жаль, с башни не видно…
— Жаль. Но так даже лучше, — улыбнулся Йан. — Каждый раз сердце замирает. Видишь, там будто лестница?
Я кивнула, и вскоре мы уже достигли её подножия. Старательно выполняя указания, я забиралась по круче, но мужчины всё равно оберегали меня от любого неосторожного движения. Когда мы преодолели первую замшелую стену, некоторое время приходилось продираться через плотно растущие осины, но потом землю снова сменил мягкий, в бархате, камень. Для меня время складывалось в мгновения сложных движений, труда и нарастающей боли в мышцах рук. Ноги-то более менее окрепли, но я никогда не умела хорошо подтягиваться. Йан и Ульф помогали мне, однако даже с их поддержкой я двигалась медленно и не слишком ловко.
— Мы преодолели треть пути, — сказал старший, когда земля была уже далеко внизу. — Лишний раз не смотри туда, Нуала. С непривычки голова может закружиться.
Я устала, но не хотела признаваться в этом. Силы ещё были, и, чего бы это ни стоило, мне хотелось попасть на вершину. Хорошо, что мы никуда не торопились. Я дважды чуть не полетела вниз, но была подхвачена. К тому же нас связывала одна прочная верёвка, и приходилось думать не только о том, куда ставить ногу… Если всё же сорвусь, вдруг утяну кого-то из них? Опасное мы затеяли приключение, но я понимала, как оно важно. Священное место и не должно быть легкодоступно.
— Как ты, малышка? — спросил Йан.
— Хорошо. Немного руки устали, но это ничего.
— Осталось чуть-чуть, — сказал Ульф. — Идёмте.
На вершине было много высоких, похожих на пики, камней, и меж ними пролёг узкий проход. Я не удержалась и обернулась назад, к краю, откуда мы лезли. Никогда ещё Зальмит не представал передо мной таким непередаваемо прекрасным! Красно-фиолетовый закат добавил и без того ярким лесам румянца, озера и реки вспыхнули пурпурным огнём. Густая пена облаков неподвижно висела прямо над нами, и мне мерещилось, будто они любопытно взирают на нас, крошечных букашек, добрыми голубыми глазами. Отсюда можно было увидеть даже океан — ярко-синее пятно у жёлтых берегов, а далёкие горы по-прежнему были величественны и непреодолимы.
— Это так красиво, что хочется плакать, — прошептала я. — И здесь почему-то нет ветра.
— Мы уже в поле действия магии. Здесь всё иначе, — сказал Йан. — Готова идти дальше?
Темнота быстро сгущалась, и я не вовремя спохватилась:
 
— А как мы спускаться будем?..
— Не переживай, нам это не впервой. Спустим сначала тебя, потом сами слезем.
Я больше ни о чём не спрашивала: вышли луны, и впереди показалось нечто поразительное.
Абсолютно плоская площадка была залита водой. Казалось, будто лунный свет стекает по каменному желобу в спине одного из камней, и его можно взять ладонями, испив, словно молоко. Непонятно было, то ли это озеро на вершине горы, то ли просто огромная неглубокая лужа, которая отражала небесные светила и была гладкой, словно начищенный металлический щит. Воду окружали причудливые, порой дырявые или кривые камни, и они едва заметно мерцали бледно-золотым пламенем. Я боялась даже вдохнуть — вдруг видение исчезнет? И вздрогнула, когда старший взял меня за плечо.
— Здесь нужно раздеться. Не бойся, ты не замёрзнешь.
— Мы будем купаться? — удивлённым шёпотом спросила я.
— Окунёмся, — ответил Йан. — Эта вода — целебная, но она обретает свои силы только в определённые дни и часы. Полнолуние — одно из необходимых условий.
— От чего же она лечит? — спросила я, скидывая плащ, а затем тунику и штаны.
— От всего. Возможно, что и от самой смерти, но, как ты понимаешь, принести сюда умирающего и окунуть его чрезвычайно сложно.
Мужчины тоже разделись, и подали мне руки.
— Это каменный бассейн, который постепенно становится всё глубже. Мы доплывём до края, и там остановимся.
— А не вывалимся?
— За сотни лет ещё никто не выпал, — улыбнулся Ульф. — Не робей.
Я сжала их ладони, и мы медленно зашли в воду. Она не была тёплой, но, даже несмотря на холод осенней ночи, мне дышалось легко и свободно. Мощные подводные токи будто сделали глубокий вдох, и я ощутила, как множество странных пузырьков облепили тело. Щекотка была неожиданно густой и пробирающей, и я остановилась.
— А её пить можно?
— Да, — отозвался Ульф. — Сейчас не так заметно, но она кристально чистая. Попробуй.
Я зачерпнула воду ладонями и поднесла к губам.
— О! Просто чудо! Даже слов не могу подобрать… Она сладкая, и очень холодная… Но почему же я не мёрзну? И откуда исходит эта вибрация?
— От горы, — ответил Йан. — На Плачущей горе никто не мёрзнет даже в самый жестокий мороз.
— Мне так спокойно здесь, — прошептала я с улыбкой. — Даже не знаю, как описать это чувство.
— Как будто в материнской утробе, — вдруг сказал Йан, и я подхватила:
— Да, именно! Словно та давно утраченная память вернулась, и тело вспомнило себя юным и нежным.
Мы поплыли к краю, и мне казалось, что пузырьковая волна следует за нами. Ребята помогли мне уцепиться за гладкий камень, и мы долго смотрели из воды на засыпающие под звёздами горы. Я чувствовала, что и сама как будто засыпаю, и, чтобы держаться в воде, не требовалось никаких усилий.
Спустя долгое время мы вышли из волшебного озера и, немного просохнув, принялись одеваться. Мне по-прежнему не было холодно, хотя чувствовалось, что за пределами волшебства воздух стал ледяным.
— Так, малышка, теперь тебе нужно будет надеть это особое крепление, — сказал Ульф. — Я стану спускать тебя, Йан будет спускаться рядом. Потом встретимся в доме, хорошо?
Я кивнула. Удивительная ловкость была дарована мне лунными водами. Я и сама не поняла, как мы так быстро оказались внизу, и Йан тотчас набросил на меня свой плащ.
— Может, подождём Ульфа здесь?
— Не спеша пойдём вперёд, он нагонит, — сказал Йан и обнял меня за плечо. — А пока расскажи, как ты себя чувствуешь?
— Обновлённой. Лёгкой. Счастливой от макушки до кончиков пальцев!
Мужчина рассмеялся и поцеловал меня в щёку.
— Замечательно. Значит, в твоём теле не осталось ни капли яда. Все волки раз в год обязательно приходят сюда, но не всем везёт поймать нужный миг. Кажется, нам это сегодня удалось.
Через некоторое время Ульф и правда нас догнал, и они снова взяли меня за руки. Шли неспешно, любуясь лунной, в серебре магии и шёпоте падающих листьев, чащей. Мне казалось, что я знаю каждую веточку, каждую трещинку в коре деревьев. Я словно видела сквозь, и свысока, и даже из-под земли. Чувство было странным и глубоким, как сон.