Измена. Танцы на осколках (СИ)

С самого начала он вел себя так, что я чувствовала себя рядом с ним защищенной, словно за каменной стеной. Его спокойствие и абсолютно невозмутимая реакция на любые выпады со стороны подкупают в отношении к нему, как к уверенному в себе человеку. Но он вызывает симпатию не только как человек, но и как мужчина.
Его мужественные черты, уверенное поведение, это сочетание силы и мягкости… наверное, вскружило голову не одной женщине, и я, кажется, тоже попалась в эти сети. Если бы он не прервался утром в ванной, то, возможно, я бы не устояла перед его напором. Я ведь даже, кажется, не собиралась сопротивляться…
Я снова вспоминаю, как Макс меня оскорблял, как Римма угрожала, и со злорадством думаю, что было бы честным поставить их на мое место, чтобы они почувствовали эту боль и унижение. Отомстить. Но тут же испуганно гоню эти мысли прочь.
Учебный день проходит мимо меня. Под впечатлением я не могу ничего усвоить из предметов и с сожалением понимаю, что дома придется все наверстывать и проходить материалы самостоятельно.
Приходит сообщение от Марины. Она зовет меня пить кофе, но я отнекиваюсь, ссылаясь на то, что мне нельзя опаздывать на работу. На самом деле, мне страшно идти в офис.
Во-первых, я не понимаю, как после того, что произошло, мы теперь будем общаться с Марком. Если между нами будет напряжение, это скажется на работе. Но смогу ли я делать вид, что ничего не произошло? Во-вторых, Макс. До сих пор стоит его рык в ушах, когда я позорно сбежала из его комнаты. Вряд ли он забыл о нашем маленьком прецеденте.
Когда занятия заканчиваются и я выхожу из здания академии, меня ждет сюрприз. Александр Сергеевич, мой преподаватель по стратегическому маркетингу, окликает меня и, подойдя, протягивает документы.
Он сообщает, что подал их для практики, и мою кандидатуру без разговоров одобрили. Я поеду на практику в Лондон через месяц или два.
— Правда? Это… невероятно, — говорю я, не веря своим ушам.
Александр Сергеевич улыбается и кивает.
— С твоими оценками, рекомендациями и знанием английского это было вполне прогнозируемо. Они были рады принять тебя, Марго. Это отличный шанс для тебя получить бесценный опыт.
— Спасибо! Спасибо вам огромное! — я в восторге, не могу удержаться и обнимаю его, целую в щеку. Все это кажется невероятным, как будто кто-то подарил мне шанс на новую жизнь.
— Ты это заслужила, — говорит он, смущенно усмехаясь. — Так что готовься, Лондон ждет тебя.
Окрыленная, спешу к машине, водитель помогает мне сесть, и мы отправляемся в офис. Я не могу удержаться от улыбки, в груди разрастается теплое ощущение радости. Я уверена, что найду аргументы для свекра и он отпустит меня.
Смотрю на телефон и замечаю сообщение от Макса — он просит зайти к нему в кабинет. Я понимаю, что, скорее всего, будет скандал, и решаю отложить разговор о практике до лучших времен.
Когда мы подъезжаем к офису, я, собрав все свое спокойствие, направляюсь к кабинету Макса, параллельно размышляя и о том, как мне вести себя с Марком, и о том, как лучше сообщить про учебу.
Распахиваю дверь кабинета и сразу вижу, как от Макса испуганно отшатывается Римма.
— Стучаться не учили? — рычит он, но я лишь злюсь на этого кобеля и раздраженно вздыхаю, заходя в кабинет и закрывая за собой дверь.
— Что ты хотел? — спрашиваю, чувствуя, как внутри закипает раздражение и злость.
— Римма, выйди, — бросает Макс, и та недовольно выходит, презрительно глядя на меня исподлобья.
Мне это не нравится. При Римме Макс точно не стал бы ко мне приставать, а теперь я остаюсь с ним наедине, и тревога стремительно растет внутри.
Макс встает из-за стола и начинает пристально осматривать меня, будто оценивает, как товар. Он усмехается, обходит меня вокруг и трогает мои волосы, от чего у меня по спине пробегает неприятная дрожь.
Я пытаюсь увернуться, но он сжимает их в кулаке и резко притягивает меня к себе спиной, прижимая к своей груди. Его рука опускается на мое бедро, а я чувствую, как внутри все сжимается от омерзения.
  
— Тебе очень идут кудри, — шепчет он, и его голос звучит насмешливо и немного возбужденно. — Если ты кому-нибудь расскажешь, что видела утром, я обязательно трахну тебя вместо горничной. Поняла?
Ничего не отвечаю, лишь шиплю от боли, потому что волосы неприятно натянуты у него в кулаке, и я чувствую, как он наслаждается моей беспомощностью. Макс вытаскивает из кармана флешку и показывает мне.
— Это отчет, который Марк хочет проверить. Передай ему, дорогая, — его тон звучит как издевка, но зато он отпускает мои волосы, усмехаясь с презрением.
Я пулей вылетаю из его кабинета. Злость и бессилие бурлят, как вулкан внутри меня, и я едва сдерживаюсь, чтобы не расплакаться. В коридоре натыкаюсь на Римму, которая, заметив мой раскрасневшийся вид, ухмыляется и идет в сторону кабинета Максима.
Я стараюсь не обращать на неё внимания, но внутри уже пылает совершенно не робкое желание отомстить им всем. Я направляюсь к кабинету Марка, захожу внутрь, ставлю сумку на стол и подхожу к его рабочему столу, молча протягивая флешку. Не могу говорить, иначе разрыдаюсь.
— Здравствуй, Рита. — Марк приподнимает бровь, удивленно взглянув на меня, и вдруг хмурится. Его взгляд пристальный, и он, кажется, замечает, что у меня глаза на мокром месте. — Что с тобой? Это из-за меня?
Что-то внутри меня ломается. Стержень, наверное, который я пыталась сохранить до последнего.
Вместо ответа я быстро обхожу стол, склоняюсь к нему, закрываю глаза и, придерживая его лицо ладонями, целую в губы. Чувствую, как он тут же обнимает меня за талию и подхватывает на руки.
  
Глава 22
 
Марк целует меня так, что мир вокруг нас будто растворяется. Его губы жесткие, требовательные, но я чувствую, как они становятся мягче, как в этом поцелуе смешиваются нежность и страсть.
Я цепляюсь за его плечи, чувствуя, как мое тело охватывает волна волнения и желания. Сердце бьется так сильно, что я почти не слышу своих мыслей, в которых слабо бьется требование остановиться, прервать то, что я тут устроила.
Марк несет меня к моему рабочему столу и усаживает на него, слегка раздвигая мои бедра, и я не могу сдержать дрожи. Его горячее дыхание обжигает мою кожу, он наклоняется ко мне, и я вижу, что его глаза почти черные от возбуждения.
Я чувствую, как его горячие ладони сжимают мои бедра, и это заставляет меня коротко застонать от ощущения, что он так близко, так невыносимо рядом.
Но Марк внезапно останавливается. Я чувствую, как его тело напрягается, он отстраняется, все еще тяжело дыша. Его взгляд мягко скользит по моему лицу. Он аккуратно гладит меня по щеке. Его пальцы осторожно стирают влагу с моих губ, и в этот момент я ощущаю, что жутко боюсь. Марк смотрит на меня серьезно, как будто понимает это. Затем он резко поворачивается и выходит из кабинета, громко хлопнув дверью.
Я остаюсь одна, сердце бешено колотится, от пульса закладывает уши.
Слишком много разных эмоций рвется изнутри, и я чувствую, как дикая неловкость охватывает меня, стоит только осознать, что я натворила. Я поднимаю ладони к лицу, трогая горячие от стыда щеки.
Мое сердце бьется так, как будто вот-вот выскочит. Я вспоминаю его тяжелое дыхание, то, как он смотрел на меня… и не воспользовался моментом. Он не захотел продолжения.
И я понимаю — я чуть не спровоцировала его на то, чего он сам не хотел.
Эта мысль отравляет меня, как яд. Я знаю, что между нами искрит. Каждый раз, когда наши взгляды встречаются, я это чувствую, и, думаю, он тоже. Но так как Марк не знает об изменах своей жены, я не имела права его целовать.
Я не имела права впутывать его в это. Он ведь думает, что между ними все хорошо, а я… Я просто все усложнила.
Стыд и неловкость буквально сжигают меня изнутри.
Я мечтала о том, что когда выйду замуж, у меня будет брачная ночь с Максом. Это ведь нормально, правда? Мне не десять лет, и организм уже давно требует близости с мужчиной. То, что я до сих пор девственница, не отменяет того, что я хочу любви, ласки, тепла… гораздо большего.