Запасная мама. Служанка Черного замка (СИ)
Запасная мама. Служанка Черного замка
Полина Верховцева
Глава 1
— У вас будет мальчик, — сказал врач, — Поздравляю.
Я покидала его кабинет со счастливой улыбкой на губах и черно-белым снимком малыша в дрожавших руках.
Первая фотография!
Надо позвонить мужу! Порадовать! А еще лучше послать ему фотографию, пусть сам увидит.
Я бережно положила снимок на подоконник, и, не в силах оторвать от него взгляда полного обожания, рылась в сумочке в поисках телефона. Когда пальцы нащупали гладкую поверхность мобильника, меня уже потряхивало от нетерпения.
На экране скромно моргал значок входящего сообщения.
Номер незнакомый, поэтому я без задней нажала конвертик, готовясь к очередной рекламе, но там было письмо совсем другого содержания.
Мы с Игорем давно любим друг друга, а ты нам мешаешь! Свалила бы ты, милочка, по-хорошему. Он все равно бросит тебя и уйдет ко мне .
В полнейшем ступоре перечитала послание. Это точно чья-то шутка! Я отправила скупое:
Вы ошиблись номером.
И тут же получила ответ:
Ничего подобного.
Следом прилетела фотография, на которой мой муж улыбался рядом с какой-то белокурой девицей. Судя по рубашке, которую я сама лично покупала ему на прошлой неделе – фотография была совсем свежей.
Живот свело неприятным спазмом, пришлось напомнить себе, что в моем состоянии нельзя волноваться.
А как не волноваться? Как?! Когда тут такое.
Я обессиленно опустилась на лавку и прижала ладонь к неспокойному животу.
Это фотомонтаж! Мой муж – видный бизнесмен, кто-то просто хочет подставить его, очернить в моих глазах! Хочет, чтобы наша семья распалась!
Телефон снова пиликнул:
А это чтоб сомнений не было .
Маленький ролик, на пять секунд, где они смеялись как ненормальные, кривлялись перед камерой. Целовались.
Дыши, Алекса, дыши.
Дрянь, которая мне прислала эти сообщения, никак не могла успокоиться.
Я знаю, что вы давно не спите вместе! Он мне сам говорил.
Угу, а беременность мне ветром надуло.
Слабо встретиться? — отправила ей холодное послание.
Надо было ставить пиявку на место, потом ехать к благоверному на работу и разбираться, а скорее всего и разводиться.
Насчет сына я ему не скажу. Обойдется! И фото не увидит!
Девка попалась наглая и перла напролом:
Через час в Марлен
Я убрала телефон сумочку, откинулась на спинку больничной лавки и прикрыла глаза ладонью.
Вот тебе и самый счастливый день в жизни.
Приехали.
— М-да, — протянула задумчиво, потирая кончик носа, — мдя-я-я-я.
Потом, собрав в кулак волю, смелость и боевой дух я отправилась на встречу с девой, что влезла в нашу размеренную жизнь. Посмотрим, что там за королева.
На место я приехала чуть позже намеченного срока. Кафе гостеприимно распахнуло двери, и меня окутал непередаваемый аромат кофе. Насыщенный, терпкий. Жаль, что нельзя. Беременность была непростой и во многом приходилось себе отказывать.
Профурсетку я обнаружила за столиком в углу. Блондинка, наверное, на пару лет младше меня. Симпатичная с виду, но какая-то пустая и взгляд у нее бестолковый, как у сельской Буренки.
В общем, не понравилась она мне… Хотя было бы странно, если бы случилось наоборот.
Она была настолько поглощена изучением меню, что заметила меня, только когда я подошла вплотную к столику.
— Приветствую, — произнесла я, глядя на нее сверху вниз.
Она вздрогнула от неожиданности, но тут же взяла себя в руки. Недовольно сморщила нос, отложила в сторону меню и только после этого окатила меня взглядом, достойным особы королевских кровей. Правда корона мигом съехала набекрень, когда она увидела мой беременный живот. У нее вытянулось лицо, побелело, пошло бордовыми пятнами, а рот открылся в немом протесте.
— Это как раз к вопросу о том, что мы с Игорем не спим, — прохладно улыбнулась я и села напротив нее.
— Это…это…— белокурая нимфа не могла подобрать слова.
— Это беременность, милочка. У нас с мужем скоро пополнение.
— Не может быть, — заверещала она, — ты…ты его на стороне нагуляла! Однозначно! И пытаешь Игорька обманом удержать.
Понятно, Игорек наш заигрался, навешал ей лапши на уши. Да и мне тоже.
— Естественно, спать не сплю, а ребенка на него повесить хочу. Гениально. Как только сама не додумалась.
Бедолага хватала воздух ртом, пытаясь что-то сказать. Похоже, сегодня мир перевернулся не только у меня.
— Как зовут-то тебя, наивная прелестница, — усмехнулась я, хотя смеяться совсем не хотелось.
— Ю…Юля, — заикаясь, проблеяла она.
— Значит, давай договоримся так, Юля. Ты потихоньку сваливаешь в туман, а я делаю вид, что ничего не произошло, и не начинаю полномасштабные боевые действия.
Буренка сначала похлопала глазами своими бестолковыми, а потом начала злиться:
— Еще чего! Я никуда не свалю. Игорь мой!
— Ты в это до сих пор веришь?
— Он любит меня…
— Любит тебя, а детей делает мне? Отличная любовь.
Юляша заткнулась, засопела, снова своими голубыми глазами на меня уставилась. Хотя нет, не голубыми. Цвета морской волны. Темные, сине-зеленые с длиннющими натуральными ресницами. Красивая. Мне даже завидно стало, и в груди защемило от обиды, от боли, от того что Игорь, скотина такая, предателем оказался.
Ладно, с ним позже разберусь:
— В твоих интересах, Юляш, самой уйти.
— А если не уйду, что тогда? — нагло улыбнулась она.
— Тогда проблемы будут, большие. Думаешь, я нежная домохозяйка? Которая без боя отступит в сторону?
К счастью, от Игоря я совершенно не зависела, чтобы такие вещи молча проглатывать. У меня свой швейный бизнес, и моя семья пользовалась большим уважением в городе. Так что сама не пропаду, и спуску никому не дам.
— Да что ты мне сделаешь? — пренебрежительно фыркнула она, вызывая жгучее желание придушить.
— Еще не знаю. Ты работаешь, деточка? Или муженек мой содержит?
Она вскинула подбородок и гордо сообщила:
— Я студентка. Третий курс.
А я зачем-то подсчитала, что разница между нами примерно пять лет.
— Не закончишь ты свою учебу, солнышко.
— Это еще почему? — захлопала ресницами Буренка.
— Потому, — сочувствующе улыбнулась я.
Юляшка, хоть и дурочка, но все-таки сообразила, что к чему. Тут же побагровела от негодования, а в глазах заблестели злые капризные слезы.
— Я пожалуюсь Игорю, и он тебе устроит!
— А еще он порадуется, что ты мне написала и подставила его.
Она, наконец, сообразила, что ее самодеятельность ни к чему хорошему не приведет, и как-то очень заметно сникла.
— Все деточка, не скучай. Будешь Игорьку звонить — передавай пламенный привет, — мне очень хотелось уйти. Нет ничего приятного в общении с девицей, которая имела доступ к мужниному телу.
Выйдя на крыльцо, я с дрожью выдохнула и попыталась собрать себя воедино.
До чего же чудесный день! Просто песня! Сплошной праздник!
И что делать дальше?
Ответа на этот вопрос у меня не было, поэтому я еще раз вздохнула и поплелась к машине, припаркованной на другой стороне дороги.
На улице тишина, будто вымерли все. Так странно.
Посмотрела налево, посмотрела направо, ни машин, ни людей, почему-то это напрягло. Еще раз покрутила головой, в надежде заприметить кого-то живого.
Никого.
В окнах кафе по-прежнему отражались люди, и я немного успокоилась. Беременная паранойя — страшная вещь. То зомби причудятся, то огурцы убийцы. Валерьяночки надо попить.
На середине проезжей части опять стало не по себе, словно холодом по спине мазнуло. Я остановилась, осмотрелась. Что за…
В окнах соседнего здания отразилось ярко-алое пламя. По земле, по стенам, по отражениям в стеклах пробежала рябь, пространство покрылось морщинами, а за спиной раздался гадкий голос Юляши: