Огненная бунтарка Крака (ЛП)

— Большинство считает его чудовищем, — тихо проговорила Скитер, стоя в дверном проеме.
Крак медленно повернулся, взглянув на нее. Глаза у нее опухли, а ресницы еще блестели от слез. Он замер, когда она подошла к нему и осторожно взяла скульптуру из его рук.
— Но не ты? — тихо спросил он.
Скитер улыбнулась, глядя на фигурку своего «отца».
— Нет, никогда. В то время как другие видели его страшные зубы и острые когти, для меня он мой личный дракон, который пришел спасти и защитить меня. Он был огромным и самым прекрасным существом, которое я когда-либо видела, — сказала она с кривой улыбкой и тихо засмеялась, когда слезы снова наполнили ее глаза. — Он и сейчас такой. Он мой герой и всегда им будет, — призналась она.
Крак осторожно поставил скульптуру на полку, а затем повернулся к ней. Он не знал, что делать или говорить, поэтому не сделал ни того, ни другого. И просто смотрел на нее.
— Мне бы сейчас очень не помешали объятия, — прошептала она, глядя на фигурку на полке. — Папа всегда знает, когда мне это нужно.
Крак не стал ждать и обнял ее. Скитер напряглась, сопротивляясь, но потом неуверенно обхватила его за талию. Жар внутри него превратился в пожар. Впервые в жизни он хотел кого-то для себя.
— Мне не стоило говорить то, что я сказал, — признался он.
— Нет, не стоило, — согласилась она, прижавшись щекой к его груди и вздохнув. — Почему ты это сказал?
— Потому что не хочу, чтобы ты думала о том другом мужчине, — пробурчал он.
Скитер откинула голову.
— Почему? — спросила она в замешательстве.
— Потому что, — прошептал Крак. — Потому что хотел поцеловать тебя, и мне не понравилось, что ты могла думать о нем, когда я бы это делал.
Скитер покачала головой.
— Никогда, — пробормотала она. — Он не возбуждал меня так, как ты, — вздохнула она, когда их губы соприкоснулись.
Глава 16
— Какую часть слова «нельзя» ты не понял? У тебя что, нет яиц? Зато у меня есть, и я хотел бы их оставить, — прорычал голос Фрогета с порога.
Крак зарычал, когда Скитер прикусила нижнюю губу, подпрыгнув при звуке голоса Фрогета у нее за спиной. Воин сделал глубокий, успокаивающий вдох, отступая. Крак сощурил глаза на другого мужчину, уперевшего руки в бедра и нетерпеливо постукивающего ногой.
— Прости, — прошептала Скитер.
— Ты не должна извиняться. Думаю, я убью его, чтобы он больше не мешал нам, — прорычал Крак. — Я убивал и за меньшее.
— Ладно! Можешь угрожать мне, сколько хочешь, но когда ты пойдешь отлить и тебе придется присесть, не забудь, что я буду смеяться над тобой из потустороннего мира, — огрызнулся Фрогет. — А теперь вытаскивай свою задницу из ее спальни.
В комнате эхом раздалось не только хихиканье Скитер. Три пары глаз устремились на кровать. Виолетта сидела, прижав к груди большого красного тритерианца, и смотрела на них сонными глазами.
— Охххх, Фрог сказал плохое слово, — хихикнула она. — Мама сказала, что вымоет дяде Рорраку рот с мылом, когда он так сделает. Скитер, а ты вымоешь рот Фрогу? Почему дядя Крак целовал тебя, как папа целует маму? Он твой прекрасный принц?
Скитер яростно покраснела, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос.
— Я… Он… Спи, малышка.
— Я хочу пить, — зевнула Виолетта.
— Я принесу ребенку попить. А дядя Крак проследит, что я все сделаю правильно, правда, дядя Крак? — ответил Фрог, пристально глядя на крупного мужчину.
Крак подождал, пока окажется в коридоре, и свирепо посмотрел на Фрогета.
— Ты мне не очень-то нравишься.
— Ну, это уж точно заставляет меня трястись от страха, — саркастически ответил Фрогет, закатив большие глаза.
— Так и будет, — прорычал Крак, когда Фрогет направился к камбузу.
Тихое хихиканье из спальни дало ему понять, что обе девушки слышали его замечание и ответ Фрогета. Крак покачал головой. На Земле его считали чудовищем. Его создали в лаборатории ученые из ужасных инопланетных существ прошлого. Одного цвета его кожи хватало, чтобы большинство мужчин и женщин, за исключением Анастейши и Грейси, закричали от ужаса. Именно поэтому Крак обычно носил плащ, чтобы скрыть свою личность.
 
Женщина в соседней комнате за несколько часов перевернула его тщательно контролируемый, организованный мир с ног на голову. Крак посмотрел в спину уходящему от него пилоту. Его глаза сузились, а губы искривила медленная, угрожающая улыбка.
«Если земноводный говнюк снова прервет меня, когда буду целовать Скитер, я выброшу его зеленую задницу в ближайшую утилизационную трубу», — подумал Крак, поправляя штаны.
***
Следующие четыре дня прошли в танце досады: Фрог и Крак сошлись по обе стороны от Скитер. Все было настолько плохо, что даже Виолетта с восторгом наблюдала за двумя мужчинами.
Фрог взял на себя обязанность быть сопровождающим и защитником Скитер. Если он не был с ней, то следил, чтобы Виолетта находилась рядом. Скитер не могла удержаться от смеха, когда, встав в первое утро, чуть не споткнулась о своего второго пилота, который устроился на полу возле ее двери.
— Ты что, спишь на полу? — удивленно воскликнула она.
— Слежу, чтобы этот похотливый серый ублюдок не спал в твоей кровати, а ты в его, — ворчливо ответил Фрог.
— В кровати Скитер мало места, глупыш, — хихикнула Виолетта. — И она не может спать в его кровати, потому что спит со мной, чтобы я не испугалась.
— Ты только помни об этом, — пробормотал Фрог, схватив свое одеяло и подушку и топая прочь.
Теперь Скитер с сожалением вздыхала, глядя в иллюминатор «Лулу Белль». «Завоеватель» связался с ними и сообщил, что через два часа будет в пределах видимости. Если это недостаточно плохо, то вскоре после этого должны были прибыть «Ворон» и «Галактика». Это означало, что ее время, чтобы выяснить, может ли что-то быть между ней и Краком, вот-вот закончится.
— Что случилось? — глубокий голос спросил у нее за спиной.
Скитер повернулась в капитанском кресле и увидела Крака, стоящего в дверном проеме. Она и не подозревала, насколько мал мостик грузового корабля, пока воин не вошел внутрь. По правде говоря, вокруг кресел капитана и второго пилота было достаточно места для доступа к некоторым приборным панелям, но для нее он заполнил все пространство.
— Я просто подумала, — ответила она, глядя на его смуглое лицо и думая, что с каждым днем он выглядит все сексуальнее. — У нас осталось всего пара часов до приезда твоих друзей. Я стану плакать, когда Виолетта уедет. Было весело, когда она жила со мной рядом. Я буду скучать по ней.
— Ты будешь скучать только по ней? — хриплым голосом спросил Крак, подойдя ближе к ее креслу. — Да?
Скитер откинулась в кресле, облизала губы, когда воин наклонился вперед. Желание пылало в ней, скапливаясь между ног и заставляя ее страдать.
— Нет, — прошептала она.
— Хорошо, — пробормотал Крак, а затем впился губами в ее губы.
Он находился на грани убийства ее проклятого второго пилота. Ему все равно, что мужчина просто ее защищал. Ему все равно, что последние четыре дня и ночи он провел, пытаясь рационально объяснить то, что с ним происходит.
Не было ничего рационального в том голоде, который пылал глубоко внутри него. Его член застыл в вечном состоянии твердости. Даже попытки отключиться, чтобы отдохнуть, не помогали. Он никогда раньше не видел снов, но последние две ночи были наполнены яркими образами мягкой, фигуристой рыжеволосой девушки. Он проснулся весь в поту и дрожащий, не понимая, что происходит, и это смущало и злило его.
Крак проглотил тихий стон, когда она ответила ему. Это что-то затронуло в его душе. Он обхватил ее за талию и приподнял, прижав к себе. Поцеловал ее глубже, желая, нуждаясь в чем-то, чему не мог дать названия. Ему было больно. Так больно, что, как бы он ни старался отключить нервные окончания, у него все равно все болело.