Самые жестокие преступники. Психологические профили нацистов, диктаторов, сектантов и серийных убийц
Ангел и одновременно демон, Пабло Эмилио Эскобар Гавирия родился в Рионегро, Антьокия, 1 декабря 1949 года в крестьянской семье. Уже в школе он демонстрировал харизму и лидерские качества, которые позволяли ему выделяться среди сверстников. Решив использовать эти таланты для быстрого обогащения, он начал с мелких мошенничеств и краж, в основном автомобилей, и продажи контрабандного табака. Его связь с наркотиками началась в начале 1970-х годов, когда он стал посредником при покупке пасты коки, которую затем продавал торговцам, экспортировавшим ее в Соединенные Штаты.
Прибыльность этого бизнеса настолько захватила его, что в 1976 году он стал одним из инициаторов создания Медельинского картеля – организации, которая производила и распространяла значительную часть кокаина, отправляемого в Соединенные Штаты, что приносило миллиарды долларов необлагаемой налогами прибыли ежегодно, значительная часть которой попадала в руки Эскобара. Так он освободился от давнего обещания, которое дал друзьям: «Если к тридцати годам не заработаю миллион песо, я покончу с собой». Эта сумма была значительно превышена.
Но деньги не были единственной его целью. Патрон также жаждал общественного признания и стремился к нему. С одной стороны, он финансировал строительство футбольных полей, спортивных площадок, школ и жилья в самых бедных районах Медельина, с другой – привлекал политиков, предпринимателей, банкиров, военных, моделей, телезвезд… Таким образом Эскобар превратился в знаменитость, востребованную и восхваляемую средствами массовой информации, которые говорили о нем как о Робин Гуде из Антьокии, используя местное наименование для ее жителей и других колумбийских регионов.
Откуда поступали его деньги, мало кого волновало. Никто не задавал вопросов. Так же, как никто не спрашивал о таких убийствах, как убийство торговца наркотиками Фабио Рестрепо в 1975 году или двоих полицейских, которые год спустя застали Эскобара с 18-килограммовой партией кокаина. Благодаря своему богатству Патрон добился закрытия дела, но не забыл тех, кто его арестовывал. Это преступление также не было расследовано, но послужило предупреждением для всех, кто хотел бы вмешаться в его дела. Его девиз для политиков, судей, полицейских и военных был прост: «плата или пуля», то есть деньги за молчание или пули, чтобы заставить замолчать. Полагая себя неприкасаемым, Эскобар решил войти в политику, чтобы добиться последнего признания, которого ему не хватало, – от правящей элиты Колумбии. В 1982 году он был избран заместителем депутата в Палате представителей Боготы.
Упадок Патрона начался год спустя, после серии статей в газете El Espectador, где была раскрыта его тесная связь с наркоторговлей. К тому же выводу пришло расследование, проведенное министром Родриго Лара Бонильей и полковником полиции Хайме Рамиресом Гомесом. Эскобара исключили из Палаты представителей, и, униженный, он объявил войну государству. В апреле 1984 года двое наемников расстреляли автомобиль, в котором ехал министр, смертельно ранив его; два года спустя настала очередь полковника, которого застрелили на глазах его семьи, когда он возвращался в Боготу.
И это были не единственные жертвы. Любой, кого Эскобар считал своим врагом – адвокаты, прокуроры, судьи, полицейские, военные, журналисты и политики, – становился целью его наемников. Среди них был судья Тулио Мануэль Кастро, директор газеты El Espectador Гильермо Кано Исаса, судья Мариэла Эспиноса и три кандидата на президентских выборах 1990 года: Луис Карлос Галян, Карлос Писарро Леонгомес и Бернардо Харамио. Наемники Патрона также преследовали силы безопасности: с 1989 по 1993 год от их рук погибло более 650 полицейских.
Побочные жертвы этих действий его мало заботили. Только с сентября по декабрь 1989 года было взорвано более сотни бомб в правительственных зданиях, банках и магазинах в городах Богота, Медельин, Кали и Барранкилья. Одним из самых страшных терактов стал взрыв рейса 203 авиакомпании Avianca в ноябре 1989 года, в результате которого погибли 107 пассажиров и членов экипажа. Месяц спустя здание Департамента административной безопасности в Боготе и сотни зданий в радиусе десяти кварталов были разрушены взрывом грузовика с 500 килограммами динамита. Погибли 63 человека. Но на этом ужас не закончился: в 1990 году 23 представителя высшего общества Антьокии были убиты в баре Oporto; в феврале 1991 года 22 гражданских лица погибли при взрыве бомбы у арены для корриды в Медельине. Эскобару также приписывают участие в захвате Дворца правосудия в Боготе боевиками М-19; операция, проведенная 6 ноября 1985 года, привела к гибели 101 человека, среди которых было 11 судей. Война закончилась лишь в 1991 году, когда правительство Колумбии согласилось не выдавать обвиняемых в наркоторговле Соединенным Штатам. Патрон тогда согласился сдаться. Его заключили в тюрьму Ла Катедраль, специально построенную для него, где он жил как король и продолжал управлять наркобизнесом.
Пребывание Эскобара в Ла Катедраль длилось до 22 июля 1992 года, когда он сбежал после того, как ему сообщили, что правительство планирует перевести его в другую тюрьму. Его побег продолжался 499 дней. Наконец, его нашли 2 декабря 1993 года, на следующий день после его дня рождения, в районе Лос Оливос. Оказавшись в окружении, он попытался сбежать по крышам, но был застрелен.
Так закончился путь самого знаменитого наркоторговца. После него осталась цепь из более чем 4000 погибших: большинство из них стали жертвами войны, которую он вел против колумбийского государства с помощью бомб и наемников. Другие жертвы были вызваны борьбой против картеля Кали и соперничеством между различными наркокланами.
Наркоторговец-террористПсихологический профиль Пабло Эскобара
Ни один мафиози до или после Пабло Эскобара (1949–1993) не осмелился пересечь черту убийства невинных людей, устанавливая бомбы в чисто террористическом стиле. Хотя можно провести определенную параллель между Эскобаром и Аль Капоне (в их стремлении быть признанными лидерами и хорошими людьми, желании манипулировать полицией и политиками через подкуп и угрозы, в борьбе за то, чтобы стать самыми великими в своей профессии и, в некотором роде, в их статусе основателей определенного типа организованной преступности), Эскобар был более дерзким, смертоносным и, главное, гораздо более психопатом, чем его предшественник, потому что хотел превратить Колумбию в часть своего зоопарка. Если Аль Капоне хотел контролировать Чикаго, то Эскобар стремился завладеть всей Колумбией. Он чувствовал себя выше всех и не колебался убивать любого, кто вставал у него на пути.
Детство Эскобара не способствовало его преступлениям. Если мы понимаем, что бедность и нерадивые родители часто служат питательной средой для криминальной карьеры. Напротив, его мать была учительницей, отец – добродушным фермером, а сам Пабло [86] учился неплохо. Несмотря на это, в 16 лет он бросил школу, чтобы посвятить оставшуюся жизнь накоплению денег и обретению власти через преступление. Его криминальная карьера началась с кражи надгробий на кладбищах, с которых он стирал надписи перед перепродажей. В 1960 году он создал свою первую банду, которая зарабатывала на ограблениях с применением насилия и продаже фальшивых лотерейных билетов. Затем он перешел к гораздо более прибыльному виду преступлений, уже требовавшему организованной преступной структуры: краже автомобилей и продаже их запчастей, взимая с местных жителей «налог на защиту» в обмен на гарантию того, что их автомобили не исчезнут навсегда.
Когда он впервые попал в тюрьму в 20 лет, его мафиозные навыки продолжали развиваться, что в конечном итоге привело его к созданию своей империи как крупнейшего наркоторговца XX века [87].
Война против наркоторговли
Начало так называемой войны против наркотиков, развернутой правительством Колумбии, имеет свою отправную точку: убийство 30 апреля 1984 года министра юстиции Родриго Лара Бонильи, который обвинял Эскобара в серьезной угрозе общественности. После этого преступления, как пишет Хуан Пабло, сын Пабло Эскобара, «тогдашний президент Белисарио Бетанкур приказал беспощадно преследовать главарей картелей Кали и Медельина, одновременно объявив о немедленном применении экстрадиции в Соединенные Штаты» [88].