Вкус к жизни (СИ)

Юля была особенной. Несмотря на присущий всем художникам налёт романтизма, у неё была хватка. Это чувствовалось, это улавливалось. И он сделал ставку на успех. Юная красавица с пластичной, гибкой психикой идеально подходила на роль его невесты. Она не навязывалась, чаще существовала в какой-то параллельной реальности и была совершенна в своей искренности. Но отец не ценил забитые горной породой самородки. Он жаждал увидеть рядом с сыном бриллиант! И Астафьев занялся ею вплотную. Лепил идеал. Эмоции, выдержка, стремления… Но наравне с вновь приобретёнными качествами Юля не теряла присущую ей лёгкость и воздушность. Она по-прежнему умела удивлять, она завлекала. Жаркое чувство влюблённости не раз преобладало над инстинктами. И когда наступил идеальный момент представить невесту отцу, вмешался Андрей со своей дебильной выходкой!
Показательное выступление было рассчитано как по нотам. Её волнение, растерянность, желание сбежать… И то, как трепетно и нежно Андрей придерживал Юлю за плечи. Он шептал ей что-то на ухо и сдержанно улыбался. А потом дерзко смотрел в глаза, заявляя о своей решимости идти до конца. Обычно ветреный и легкомысленный, в этот раз Андрей предусмотрел всё до мелочей. И привёл в дом не разрисованную дурочку, а… его Юлю…
Выводы Астафьев сделал мгновенно и, пожалуй, даже не осудил её желание сыграть на два фронта. Конечно, он знал, что брат учится в том же заведении. Разумеется, брал в расчёт, что их знакомство возможно. Вот только не мог предположить… А впрочем, недальновидность – это порок, от которого стоит избавиться раз и навсегда.
В разговоре один на один Андрей долго и отчаянно упирался. В какой-то момент Астафьев даже почувствовал гордость за брата, за эту его готовность идти до конца. Не так давно он обещал отцу сделать из Андрея человека и судя по его сегодняшнему настрою неплохо справлялся. Вот только шансов выиграть схватку характеров младшему из Астафьевых было не суждено. За вымученное обещание «подумать ещё, не торопиться…» Андрей получил неплохой бонус в виде новенького авто. Ставку Павел выбрал сам. В конце концов, несмотря на вложенные усилия, брат всё ещё оставался мальчишкой, перекупить желания которого не составляло труда.
Объясниться с Юлей оказалось куда сложнее. Астафьев трусливо отложил этот разговор на потом и отделался язвительными намёками. Хотелось остыть, всё хорошенечко обдумать. Жаль, что она не оставила ему такой возможности и уже на следующий день явилась прямо в офис. И вот тогда взыграло мужское эго. Он раздавил её в два счёта. Без жалких душевных метаний и без сожалений. В тот момент в расчёт не шли ни её качества как женщины, ни какие-то профессиональные подвиги. Вычеркнуть из своей жизни маленькую интриганку вдруг показалось идеальным решением. Трофимова, ожидаемо, не спорила, хотя несколько раз в запале пыталась возразить.
Глядя на закрывшуюся за Юлей дверь личного кабинета, Астафьев успел подумать, что шанс на вторую попытку у неё всё же есть. Главное, чтобы малышка грамотно его разыграла. В этой её фатальной ошибке был один безусловный плюс: в следующий раз она будет умнее, станет более покладистой и научится ценить полученное доверие.
Для примирения Астафьев выбрал срок в два месяца. Этого времени окажется достаточно, чтобы загнать девчонку в угол, а потом вызволить её оттуда. Да и… он слишком много сил вложил в провинциальную девчонку, чтобы просто выбросить её на обочину жизни! Одним махом он хотел лишить Юлю иллюзий, а себя неконтролируемых всплесков чувств. Ведь если рассматривать избранницу не как ангела во плоти, а как человека со всеми присущими ему пороками… Такой вариант гораздо предпочтительнее.
Жаль, что хвалёной выдержки Астафьеву хватило всего на пару недель. Он даже не потрудился себе как-то это объяснить. Просто сначала вернул Трофимовой утраченные позиции в галереях, а затем принял решение поговорить лично. Известие о том, что Юля отбыла в Москву, окатило ушатом ледяной воды, но вместо реального внутреннего взрыва Астафьев только зло хмыкнул, ведь туда же, покорять вершины Олимпа, отправился и его брат. А ещё через несколько дней мать как бы невзначай сообщила, что Андрюша теперь живёт с девушкой и явиться к нему без предупреждения будет дурным тоном. Правда, ни о каких «невестах-свадьбах» речи не шло.
 
Мысленно послав всех к чёрту, Астафьев душил себя тупой злостью, которой отчего-то не было предела и конца. Вот только окончательно оставить эту историю не позволял взваленный на плечи бизнес-проект. Ожидаемо, после немалых вложений Юля Трофимова попала в тренд. Её работы срывали овации, одобрительные отзывы критиков, и шли с аукциона за немыслимые для вчерашней студентки суммы. И лишь нежелание новой «звезды» светить лицом омрачало великое будущее. Юля была недоступна для представителей прессы, скрывала контакты, не выходила на связь самостоятельно. А народ требовал зрелища! По большому счёту, Астафьеву было всё равно, как скоро закатится её звезда, но въедливая привычка доводить начатое до конца, толкнула-таки на личную встречу с затворницей.
В последний раз Андрей видел Юлю Трофимову полгода назад. Примерно так прозвучал заголовок его громкого признания. Девчонка, что до этого отиралась в постели брата, оказалась тому внеочередным подтверждением. Подробности были опущены. В какой-то момент стало смешно, потом горько. Затем Астафьев захотел услышать историю в развёрнутом виде, и стало тошно. Виной тому нелепые совпадения, его поспешные выводы и не в меру решительные действия. Обвинять кого-то, кроме себя… бессмысленно!
Он знал адрес Юли уже через два часа. Но на встречу с ней так и не отправился. За некоторые ошибки нужно держать ответ достойно. Эту ошибку он принял как должное и закрыл страницу. Казалось, что навсегда. А вот теперь выходит, что снова наступил на те же грабли.
Идея вернуть Трофимову немедленно, сейчас, показалась единственно правильной! Большой город воспитал в ней характер, но без должного контроля этот характер растерял какие-то рамки, границы разумного. Час, два, три… и она вычеркнет из памяти последние события, как лишний, ошибочный эпизод. День, другой – и начинать придётся сначала. С букетов, долгих прогулок, поцелуев под подъездом. На это у Астафьева не было ни желания, ни времени, а заполучить гордую красавицу хотелось непременно! Пожалуй, именно поэтому он стремительно покинул квартиру и бросился по лестнице вниз, ожидая найти её как максимум у подъезда.
Сбавить обороты пришлось уже скоро: встреча с Мартином не вписывалась в планы, но была неизбежна. Контакт второй раз за одни сутки переполнял лимит терпения и обещал то ещё удовольствие. Ну а взгляд, которым наградил тот, буквально выворачивал наизнанку. Благо, что открыть рот и выплюнуть очередную язвительность мужчина не захотел, лишь предельно вежливо кивнул и самодовольно ухмыльнулся. Астафьев знал цену и этим кивкам, и ухмылкам, да и мысли продать квартиру зародились в тот самый момент, когда новый сосед только появился в парадной. Но стоит отдать должное: свои законные метры Мартин посещал нечасто, и необходимость в категоричных действиях отпала. Минув «опасную» зону, Астафьев снова ускорился, спустился вниз, но за дверью подъезда его ждало разочарование: Юли не было. Не оказалось её ни в саду, ни на территории двора. А недавние влажные, припорошённые снегом следы, обрывались на тротуаре.
Астафьев скрипнул зубами и с досадой взмахнул кулаком. Он запрокинул голову вверх, закрыл глаза и шумно вытолкнул из себя струйку горячего пара. На ходу набирая номер своего безопасника, Павел вернулся в подъезд. Коротко переговорив с подчинённым, он принялся неспешно подниматься по ступеням и очень скоро об этом пожалел. К своему неудовольствию пришлось снова столкнуться с Мартином лоб в лоб – тот не торопился пройти в квартиру и зачем-то мозолил глаза. Астафьев раздражённо оглянулся, запоздало осознавая, что стоило воспользоваться лифтом, но отступить не захотел из принципа.
– Что-то потерял? – с наигранной заботой в голосе окликнул его Мартин, когда, казалось, прямого контакта удалось избежать.