Рубин Песчаных Принцев

– Ну же… – взмолилась, надеясь на скорое облегчение.
 
Глава 5. Белые Пески
 
Демон не стал меня больше мучить. Вошел быстро, с размаху, наполняя до самого конца и вырывая из груди сладостный стон. Все внутри обрадованно сжалось, обняв крупный член.
Кнесс зарычал, и, позабыв о всякой нежности, принялся вбиваться внутрь, наращивая темп. Но ведь я именно этого и хотела и сейчас всхлипывала от восторга каждый раз, когда он с силой возвращался внутрь. Обняла его бедрами, сокращая дистанцию. Пусть будет ближе, глубже.
Демон, очевидно, знал толк в сексе. Он быстро подстроился, совершая именно такие движения, которые я так хотела. Оргазм накрыл быстро, очень.
Я затряслась, по бедрам пробежала судорога, заставляя вскрикнуть. Но Кнесс не остановился. Он только подхватил мои ягодицы, присел и стал насаживать на себя, ловя мои конвульсии. Эта поза сделала их еще более яркими, выбивая из головы последние здравые мысли.
– О да! – захрипела, срывая горло. Сжала простыню, цепляясь за нее, как за спасательный круг. Когда сокращения мышц успокоились, Кнесс поменял позу, завел мое бедро вбок, оперся на него и стал методично вбиваться внутрь под другим углом. И это было невероятно сытно и сладко. Я закусила губу, ловя взгляд демона.
Его татуировки горели голубым светом, разливаясь под кожей красивым свечением. Серебристые радужки наполнились дикостью, он увидел, что смотрю на него. Улыбнулся, шлепнул по ягодице, обжигая болезненностью по чувствительной коже. Там остались незажившие царапины. Но эта боль только подстегнула меня снова забиться в оргазме. Однако и на этом все не закончилось.
– Надо наполнить Рубин. – Кнесс наклонился к моему уху и прошептал фразу, которую я совсем не понимала. – Тебе хорошо? – продолжил говорить. Обжег жаром, лизнул мочку, втягивая в порочный рот. Спустился по шее, цепляя кожу зубами, словно дикий зверь. Передышка длилась недолго.
Я судорожно кивнула, все еще переживая последствия последнего оргазма. Тогда принц окончательно перевернул меня на живот, поставил на четвереньки. От предвкушения проникновения лоно требовательно сжалось, теряя капли смазки. Демон провел пальцами по промежности, вынуждая меня нетерпеливо повести задом. Но я не получила того, чего хотела.
Внезапно клитор накрыл умелый рот. Пощекотал языком, играя на грани фола. Я зашипела от удовольствия, падая на локти в совершенно постыдной позе, но мне было все равно. Камень в груди нагревался все сильнее и будто подстегивал возбуждение. По рукам поползло красное свечение. Кнесс вошел языком внутрь, пощекотал клитор большим пальцем, сочетая язык и прикосновения. Черт.
– Вкусный, – сообщил Белый Принц, а потом принялся доводить меня до финала жадным языком. Гибкий влажный негодник скользил внутри слишком уж смело, и на задворках сознания мелькнула крамольная мысль. Наверняка, этого принца тоже большой гарем… Но она тут же растворилась, когда ласки языком прекратились и ко входу приставили крупную головку напряженного члена.
Он вонзился с нахрапом, быстро и резко, практически заставив меня подпрыгнуть. А потом… я совершенно потерялась. В этой позе он входил максимально глубоко, а шарики, стимулирующие наружную стенку, сотворили со мной что-то невероятное. Видимо, где-то там находилась та пресловутая точка, управляющая женским удовольствием, потому что я кончила мгновенно, только Принц не дал мне замереть и насладиться судорогами, а продолжил насаживать на себя, усиливая оргазм и продлевая его. В какой-то момент Кнесс совершил особенно глубокую фрикцию и замер, издав особенный рык.
Низкие ноты прошлись по моей пояснице, заставив снова сжаться в очередном оргазме. Я уже перестала их считать. Но вот пульсации его члена ощутила сполна. Демон остановился, а потом перевернул меня на спину, давая расслабиться.
– У меня, кажется, аллергия… – пробормотала, осматривая свои руки. Все вены под кожей зажглись красным, просвечивая насквозь. Выглядело жутко.
– Аллергия? – переспросил демон. Без всяких эмоций. Будто его совсем не интересовал ответ. – Ты говорить странно.
 
Теперь он смотрел на меня иначе. Потребительски. Повторяя Норга. Его белые радужки уставились между грудей, прямо в рубин, изучающе. Я проследила за его взглядом, обнаружив, что именно от камня тянется это красноватое свечение под кожей. Он будто чего-то ждал.
И пока из меня вытекало семя того, кто только что заставил взлететь, я сделала глубокий вздох, стараясь успокоиться и отринуть плохое предчувствие. Но падение с высоты было резким и одномоментным.
Кнесс подал руку, явно намекая, что нужно куда-то идти.
– Зачем?.. – растерянно спросила, плохо понимая происходящее.
– Только третья часть рубина. Мало, женщина! – высказался блондин, выражая глубокое недовольство. Судя по тону, меня обвиняли. Хорошо бы еще знать причину…
Красиво очерченные брови озабоченно сошлись на переносице, коса после бурного секса заметно растрепалась. Белый Принц был очень красив. Татуировка на его плече горела загадочным голубым светом.
– Дать мне руку!
Прозвучало как приказ.
Холодея внутри, я протянула ему ладонь. Он помог мне подняться с кровати и практически потащил в соседнюю комнату. Когда дверь распахнулась, мне в лицо ударил горячий южный ветер, сухой, наполненный мелкими песчинками. Запоздало вспомнились слова Кнесса про бурю, из-за которой Норг не сможет нас догнать. Воздух задувало в два больших окна, высеченных из белой скальной породы. На полу этой террасы стояли уже знакомые мне кадки. Только…
Все растения стояли совершенно сухими и почти безжизненными. На некоторых виднелись маленькие зеленые листочки, едва прорезавшиеся из крохотных почек. Но большая часть представляла собой искореженные коричневые загогулины небольшой высоты, едва ли способные снова зацвести. Сад очень отличался от того, который я видела во владениях Норга. Рубин в груди сжался, словно второе сердце. Показалось, что камень жалеет каждое карликовое деревце, скрутившееся под гнетом пустыни.
Я подошла к круглой каменной кадке, стоящей неподалеку. Из нее торчал только черный корешок непонятного растения. Яблоня? Слива? Не знаю. Корявая коричневая «лапка» тянулась из белого песка, будто моля о помощи. И мне очень захотелось протянуть ей руку в ответ.
По наитию пробежалась пальцами по сухой крупе, помешивая и просеивая рассыпчатый белый песок. Как в нем вообще может что-то расти? Никакого питания, влаги. Жалость затопила сознание, я коснулась корешка, любовно его поглаживая. Тогда рубин снова нагрелся и стал вибрировать, а с моих пальцев в зародыш деревца потекла волшебная живительная сила.
Угольно-черный корень пожелтел, показал белые отростки-ниточки, увеличивающиеся прямо на глазах. Корешки зарылись в песок, стремясь найти там хоть каплю влаги.
– Воды, – тихо попросила я, сосредоточившись на растении.
И Кнесс примчался с кружкой, вылив ее прямо под корневище. Я видела, что красное свечение, слетающее с кончиков пальцев, бледнеет, постепенно исчезая. Когда оно совсем исчезло, над кадкой наклонился Белый принц. Он вонзил пальцы в песок и проделал то, что я имела честь наблюдать у другого демона. Только сила его была иной. Под воздействием голубого света песок становился черным, насыщаясь полезными веществами, постепенно превращаясь в почву, похожую на земную.
Когда все закончилось, Кнесс тщательно осмотрел росток.
– Яра послать мне тебя. Но я ожидать большего.
В смысле?! Я вспыхнула от негодования, уставившись на наглого блондина.
– Да у тебя тут одни сухие коряги! – обвела рукой остальные растения. То, над которым мы сейчас поработали сильно отличалось от остальных, однако мало напоминало зародыш деревца. Слишком маленькое и хиленькое, на нем открылись три зеленых листка с зазубринами по краям, тонкий пушистый стебель покрылся мелкими колючками. Кажется, это ягода… Малина?
Кнесс угрюмо промолчал.
– Знаешь, милый демон, я тоже ожидала большего! – резко отвернулась от гадкого блондина и гордо прошествовала назад, в его комнату.