Треугольник (СИ)

- Я уже взрослый и сам выбираю, что мне делать и с кем жить.
- Взрослый, - Даня отвернулся, чувствуя себя все более странно. – Ты хочешь взять его с собой на отдых?
- Да, - отец ответил без раздумий и колебаний. Даня вздохнул. Отец все решил, и мамины претензии в расчет брать никто не собирается.
- Мы же хотели устроить просто семейный отдых, - последняя попытка, а потом он уйдет с чистой совестью.
- А если он тоже моя семья? – отец поднял на него глаза, в которых плескалось искреннее любопытство.
Даня невольно дернулся.
- Мама сказала, что никуда с ним не поедет, - немного лжи, она сказала другое, но смысл все равно тот же.
- Я не тащу ее насильно, - отец залпом выпил воду и поставил стакан на стол.
Даня выдохнул:
- Ладно, я все понял.
- А ты? Ты тоже не поедешь?
Вопрос отца застал Даню врасплох. Об этом он как-то не думал.
- С ним – нет, - Даня чуть улыбнулся. – Я поеду с тобой.
Губы отца дрогнули в улыбке:
- Спасибо.
========== Часть 1. Преступление. Глава 1 ==========
Даня выдохнул сигаретный дым и улыбнулся. Океан катил свои волны, вода искрилась и окрашивалась в золото от поднимающего солнца. Голубое небо, разлитая в напоенном свежестью воздухе прохлада. Все ярко, живо, красиво и немного непривычно после сырости и серости московских улиц. Вчера вечером, а, вернее, ночью, он так и не взглянул на здешние красоты, рухнув на кровать сразу, как только разложил вещи и принял быстрый душ. Долгая дорога дала о себе знать. А еще мама со своими претензиями. Она все-таки поехала. Возможно, надеялась, что отец передумает, но Даня с самого начала говорил ей, что шансов на это нет. И в аэропорту отец появился вместе с Сашей. Даня только вздохнул, вспомнив эту донельзя неловкую сцену. Саша был заметно ниже отца и при дневном свете казался еще более молодым. У него не было ничего, кроме рюкзака за спиной, простой, какой-то блеклой одежды и тускло сияющих глаз, которые он прятал под большим козырьком белой кепки. Как только они появились в поле зрения, мать что-то прошипела, а Даня, который вдруг обратил внимание на то, насколько близко друг к другу идут отец и Саша, отвел глаза. Все же… Это было дико.
- Всем здравствуйте, - отец хмуро поздоровался, Саша коротко кивнул, обжег взглядом, а потом опустил глаза в пол. На секунду Даня представил как это – быть сейчас на месте Саши и невольно ему посочувствовал. Впрочем, сочувствие испарилось быстро. Стоило только увидеть, как отец обнял его за плечи и повел к большим панорамным окнам, что-то говоря. Почему он не боится? Пусть отец никогда не был публичным человеком и на улицах его не узнают, все же он достаточно богат и влиятелен. Да, он живет скромно, что очень злит маму, кстати, но всегда есть кто-то, кто может узнать. Сначала Даня удивился, а потом понял – Саша с отцом смотрятся как отец с сыном. И только очень внимательный наблюдатель увидит в отцовских жестах далеко не родительскую заботу.
И весь долгий полет Саша проспал на плече отца под музыку из плеера. Какое-то время Даня всматривался в эту умиротворяющую картину, пытаясь понять, что же чувствует. Неприятие? Нет. Отрицание? Может быть, немного. Даня не мог, просто не мог представить себе их отношения. Все-таки когда отец был со Славой, он был очень сдержан в проявлении чувств. Только взгляд иногда можно было поймать, да легкое касание невзначай. А в самолете он обнимал Сашу за плечи и дремал, прислонившись щекой к его макушке.
…Сигарета догорела, и Даня затушил ее в массивной пепельнице, стоявшей рядом с ним на перилах. Дом просыпался. Где-то слышались голоса, тихая ругань. Солнце оторвалось от воды, а легкий ветерок шевелил зелень, в которой утопал дом. Даня склонил голову к плечу и прислушался к звукам соседней комнаты. Там располагалась спальня отца, и дверь на балкон была открыта. Но, похоже, отец еще не проснулся. Нет, не так – отец с Сашей еще не проснулись. Еще вчера, когда они только приехали, папа отдал Саше один из чемоданов и отправил его в комнату. Свою спальню, тем сразу дав понять, где, с кем и как будет жить Саша. Мама фыркнула вслед поднимающемуся по лестнице парню и, вскинув голову, отправилась в свою комнату. Отец проводил ее насмешливым взглядом, а потом повернулся к Дане. Тот еле успел отвести взгляд. Молча взял свою сумку и поднялся к себе. Разобрал вещи и рухнул спать. А сегодня проснулся раньше всех.
  
***
Было жарко. Лениво. Не хотелось двигаться, хотелось просто лежать на этом пляже, прикинувшись морской звездой. Волны мерно шуршали, погружая в сладкую дрему.
- Накупался? – голос отца заставил приоткрыть один глаз.
- Да, - с вышедшего из воды Саши ручейками бежала вода, и он тряс головой, разбрызгивая капли с волос. Он дошел до отца и тот потянул его вниз, усадив к себе спиной. Открыл бутылочку с кремом от загара и, вылив на ладонь пару капель, прошелся ею по обнаженной, еще влажной спине Саши. Тот дернулся:
- Не надо.
- Надо, - отец сжал его плечо второй рукой, не давая двигаться. – Сиди смирно.
Саша только вздохнул и расслабился, позволив сильным, мужским рукам гулять по его спине, плечам, рукам. Взгляд Дани заметался по берегу, а волну напряжения, идущую от матери, можно было резать ножом. Странно. Непривычно. Неправильно. Но любопытно. Нарочито небрежным движением Даня надвинул козырек посильнее и покосился на сидящую рядом парочку. Отец закончил с косметическими процедурами и, отставив бутылочку в сторону, вдруг притянул Сашу к себе за локти, прижался губами к выступающему позвонку, закрыв глаза. За спиной раздался приглушенный мамин вздох и ее презрительное: «Совсем стыд потерял», сказанное вполголоса. А Даня просто замер на месте, не понимая, что за буря чувств поднялась внутри. И вдруг… Прямой, яростный взгляд из-под длинной челки. Глаза, в которых отражался океан, смотрели на него с вызовом, легкой усмешкой. Даня отвел взгляд, отвернулся, а потом поднялся и, как можно небрежнее отряхивая песок, пошел к воде. Зашел, врезался в воду и тут же погрузился в нее с головой. После горячего песка и обжигающего воздуха она казалась почти ледяной. Даня вынырнул только, когда от нехватки кислорода в голове начало мутиться. Вынырнул, судорожно глотая воздух. Хорошо, так хорошо. Никаких мыслей, ничего. Осталось только сожаление. Не надо было ему приезжать. Остался бы дома, в Москве тоже есть куча мест, где можно хорошо расслабиться. А здесь… Отец. Перед глазами снова встала эта сцена: отцовские губы, прижатые к белой коже, его закрытые, словно от удовольствия глаза. И взгляд Саши. Прямой. Острый. Даня выдохнул и снова нырнул с головой. Похоже, отдых покажется долгим.
На пляж Даня вернулся спустя почти час. Наплававшись, наглотавшись воды, закоченев, но успокоившись, он буквально рухнул на песок, чуть ли не зарывшись в его жар. Выдохнул и повернул голову. Мама, кажется, задремала над книгой. Отец лежал на открытом солнце, а рядом с ним, свернувшись клубочком, устроился Саша. Его лица Даня не видел, только начавшие чуть виться волосы да кончик уха, но почему-то было ощущение, что он не спит.
- Дань, как у тебя дела с учебой? – отец повернулся к нему, глядя с интересом и легкой ленцой.
- Нормально, - Даня пожал плечами и сложил голову на руки. – Мне нравится.
- Проблем нет? – отец платил за учебу, но с самого начала поставил условие, что вмешиваться не собирается. За свои «хвосты», прогулы и прочие студенческие радости Даня отвечал сам.
- Да так… Трудности с макроэкономикой. Я ее не понимаю, а у нас госэкзамен по ней…
- Попроси Сашу. Думаю, он не откажется тебе помочь.
Даня невольно фыркнул. Саша? Помочь?
- Зря смеешься, - отец с теплой улыбкой посмотрел на Сашу, запустив пальцы в его волосы. – Он дипломированный экономист.
Глаза Дани широко распахнулись от удивления, и мама, кажется, выдохнула почти шокировано. Даня перевел взгляд на Сашу, но тот только повертелся, утыкаясь лицом в сгиб локтя, словно и не о нем шел разговор.