ЗА ЗАВЕСАМИ СВЕТА. Эзотерический суфизм
Руслан Жуковец
За завесами света
Эзотерический суфизм
«Ведь лишь ко Мне вы все вернётесь, и Я тогда вам сообщу всю (суть) того, что вы творили»
ВВЕДЕНИЕ
Истина открывается тем, кто её ищет. Тем, кто готов следовать за ней в любые пределы, невзирая на внешние и внутренние препятствия, которыми изобилует путь искателя. Истина открывается тем, кто не боится её, кто готов отказаться от всех своих предубеждений и кто остаётся открытым для нового опыта.
Бертран Рассел в своей «Истории западной философии» сетовал на то, что вся философия последних столетий переключилась с общих вопросов мироустройства на вопросы чисто человеческие — о пределах познания мира и смысла жизни. Причина этой перемены вполне очевидна — мирозданием стала заниматься наука, а философы пришли к открытию довольно банальной истины: каждого человека в первую очередь интересует он сам, и во вторую очередь всё остальное. После этого открытия стало неизбежным возникновение психологии — науки, которая всерьёз занялась изучением механических реакций человеческой психики. Однако незнание исследователями самих себя привело к тому, что вся психология превратилась в набор теорий, содержащих проекции и фантазии их авторов на тему «почему современный человек такой, какой он есть». Со временем стало очевидным, что количество имеющихся теорий не приносит удовлетворительных ответов и не переходит в новое качество понимания человеческой природы. Тут и понадобились мистики и их опыт в познании себя.
В тот момент, когда наука начала своё триумфальное движение в объяснении необъяснимых до этого явлений и стала открывать законы, по которым существует физический мир, в умах многих людей возникло мнение, что религиозная и мистическая сторона жизни должна уйти в прошлое. В отношении Бога, который должен был сидеть на небесах, Бога внешнего, явно присутствующего во внешнем мире, — это было абсолютно правильным мнением. Бога нельзя увидеть ни в телескоп, ни в микроскоп, это факт. И это может означать, что Его нет вообще, или же это значит только то, что для обнаружения Божественного Присутствия требуются совсем другие средства. Средства такого рода предоставляют мистические пути, на которых искатель может обрести собственное переживание истинности и реальности Бога.
Религии обрастают ритуалами и требуют веры в свои догматы. Мистицизм в сравнении с религией, как ни странно, выглядит вполне научно. Любой желающий при должном усердии в выполнении рекомендуемых практик может получить объективный и предсказуемый результат. Мистическая работа основана на знании законов, которые не могут быть зафиксированы и описаны физикой или химией, потому что относятся не к сфере материи, а принадлежат сфере духа. При этом, выполняя практики, искатель фактически проводит эксперимент, при правильном соблюдении условий которого результат гарантирован и предсказуем. Ну чем не научный опыт?
Каждая мало-мальски серьёзная религия имеет собственное мистическое течение, которое, возникнув под сенью той или иной веры, нередко становится вполне самостоятельным представителем духовно-мистической науки и носителем специального знания. При этом давно существующие мистические школы и течения подвержены действию того закона, который Гурджиев представил миру как «закон октав». Говоря до некоторой степени упрощённо, этот закон гласит, что любая деятельность, осуществляемая людьми, неизбежно деградирует со временем, если в неё не вносятся импульсы обновления, обычно приходящие в виде желаемых или не желаемых перемен. При деградации форма осуществляемой деятельности может оставаться прежней, но суть её полностью утрачивается или сильно меняется. Так же утрачивается понимание сути практик, и настоящее знание подменяется туманными, ничего не объясняющими завесами из «многозначительных» фраз. В конце концов, в выродившихся системах последователям предлагается просто верить в то-то и то-то и выполнять указания и практики, «освящённые» временем. Так знание и понимание подменяется верой, а мистическая школа становится религиозной сектой.
Практически все давно существующие мистические течения подверглись деградации — в той или иной форме, и суфизм здесь не стал исключением. Как я уже писал раньше — суть любой мистической работы заключается в установлении и поддержании связи с Богом, а стать сознательным проводником и носителем этой связи удаётся далеко не всем. Привычные способы передачи — вроде передачи духовного знания и преемственности от отца к сыну, например, действуют далеко не всегда и часто приводят к тому самому вырождению, о котором я упоминал выше. Такую картину, по крайней мере, можно наблюдать сейчас в нескольких действующих суфийских орденах.
Естественно, что понимание многих вопросов в практике и теории суфизма сейчас тоже обрело черты упрощения и самого примитивного мистицизма, когда всё непонятное объявляется изначально скрытым и необъяснимым. Некоторые вещи трудно объяснить, это правда. Их можно только пережить, чтобы обрести опыт, выходящий за пределы того, что можно описать человеческим языком, но всё равно существует возможность обозначить закономерности того, как люди приходят к этому опыту. На мой взгляд, существует необходимость в том, чтобы ряд скрытых ранее истин, напрямую связанных с суфийскими методами мистической работы, был изложен современным языком, с учётом состояния, в котором теперь находятся люди.
Истина открывается тем, кто её ищет. Тот, кто озабочен только собой и своими состояниями, не сможет прийти к переживанию Высшего. Он будет ограничен собой, и его усилия всё время будут упираться в собственное эго, которое при таком подходе станет непреодолимым препятствием. Выход за пределы обыденного невозможен, если внимание человека сужено и ограничено только собственными проблемами. Так что Бертран Рассел до некоторой степени был прав — философия, замкнувшись на человеке, потеряла часть имевшегося в ней потенциала. Мистицизм избежал этой ловушки, сделав упор не на умозрительное, а на прямое постижение Истины. Суфии говорят, что человека отделяют от Истины три тысячи завес — полторы тысячи завес Тьмы и полторы тысячи завес Света. Тот, кто сможет избавиться от всех завес, обретает ничем не омрачённое видение Истины. Избавление от влияния энергий Тьмы или Света делает восприятие человека совершенным.
В любой истинно мистической школе существует разделение информации и ограничение в возможности получить то или иное знание. Это связано с тем, что вопрос знания — вопрос опасный. Практическая направленность мистической работы делает опасным приобщение человека к практикам, к которым он ещё не готов. Работа с энергиями высокой частоты вибраций подобна воздействию радиации — человек, чьи внутренние структуры не подготовлены к подобным воздействиям, может пострадать. Поэтому часть информации всегда скрыта, и потому возникает так называемое эзотерическое знание, которое в каждой мистической школе обретает свою специфическую форму, способы применения и передачи. Некоторая часть мистического знания, относящегося к суфийскому Пути и способам Работы, изложена в этой книге.
БОГ, КАК ОН ЕСТЬ
Много лет назад один Мастер сказал мне, что Бог — это энергоинформационная сущность, созданная людьми для собственных целей. Я, не имевший тогда совсем никакого опыта, был поражён. Откуда же тогда взялись все религии и кому мы служим? Тогда мне пришлось принять это утверждение к сведению, но всерьёз относиться к нему я долгое время не мог. Бог был мне нужен — иначе прикладывать усилия к выполнению практик становилось невозможным, потому что терялась моя высшая мотивация. Понять, как устроена эта самая информационная сущность, тогда я не мог, и потому предпочитал доверять религиозным текстам, в которых про Бога писали только хорошее. Тексты такого рода утешали меня, вдохновляли и мотивировали.
