"Фантастика 2023-139". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

Чтоб меня херувимы на свои копья света вознесли! Теперь мне понятно, о чем именно говорила Бездна. Дрянь!
‒ Ну привет, красавицы, ‒ усмехнулся кисло я, вновь разлепляя веки. ‒ По глазам вижу, что не ждали.
‒ Это действительно он… ‒ кивнула с нарастающей лучезарной улыбкой ла Валет, переглянувшись с лисицами.
‒ И всё такой же суровый грубиян и язва, ‒ вырвалось у Ванессы.
‒ А ты всё также не можешь держать свой длинный язычок за зубами, ‒ не остался я в долгу.
‒ Ха-ха-ха! ‒ рассмеялась заливисто целительница, прикрыв ладошкой губы. ‒ Это и вправду Лазарев.
А затем уже вдох спустя я оказался в объятиях Хельги под довольный и радостный смех остальных девушек.
‒ Живой… Пришел в себя… А мы уже… ‒ с покрасневшими глазами шептала фон Тек, лаская мои волосы и покрывая щеки поцелуями. ‒ Живой…
Отчего так гадко и в то же время приятно на душе?
‒ Сколько я провалялся овощем? ‒ потеплевшим тоном спросил я, пальцем убирая выбившийся локон из прически женщины.
‒ Год. Даже чуть больше… ‒ с расцветающей и обворожительной улыбкой на губах прошептала та. ‒ Если точнее, то год и тридцать пять дней.
Чтоб я сдох! Вот же сучья кровь!
‒ Уведомьте остальных! ‒ вдруг обернувшись к девушкам, громко заявила начальница службы безопасности. ‒ С кого начать вы сами знаете…
‒ Но прежде, чем вы начнете обо всём докладывать, ‒ резко отозвался я, прекращая начавшийся гвалт, отчего телодвижения лисиц замедлились и все присутствующие уставились на меня. ‒ Кто-нибудь подайте мне, наконец, воды, принесите зеркало и срочно узнайте, как сейчас себя чувствует Рита. Срочно!
***
Российская Империя. Санкт-Петербург. 
Александровский дворец. 
Тренировочной полигон Романовых. 
Полчаса спустя… 
Лёд и разлитая сила духа были повсюду. Появись сейчас на полигоне какой-нибудь незнакомец, то многие могли бы посчитать, что в радиусе нескольких десятков метров в начале жаркого лета вновь вернулась суровая и лютая русская зима, однако весь заснеженный и заледенелый пейзаж лишь своим присутствуем разбавлял силуэт высокого черноволосого мужчины, что был пропитан потом до самой нитки.
Ростислав Романов был в своей стихии. За минувший год будущий император Российской Империи изменился до неузнаваемости. Он заметно повзрослел, в глазах исчезло юношеское ребячество, а на смену ему пришел ледяной и колючий холод. Количество мышц на теле заметно увеличилось, однако один неоспоримый факт оставался неизменным. Парень так и не смог вернуться к возможному пику своих сил, а раны от амерских проклятий так и не покинули его тело до конца и продолжали медленно, но верно подтачивать организм цесаревича с каждым днём.
‒ Брат, дядя Мирослав говорил уже, что тебе лишний раз лучше не перенапрягаться. И я тебе об этом говорю, но уже не как сестра, а как целительница, ‒ подала сердитый голос Виктория, переглядываясь с Голициной, с которой пятью минутами ранее прекратила свои занятия по воинскому искусству, и всё это время те на пару наблюдали за действиями парня.
Каждый из Романовых и их приближенных знал, что нрав будущего императора кардинально переменился, и не сказать, что в лучшую сторону. А всему виной оказались обстоятельства Камчатской бойни по одну и по другую сторону пространственных врат на территории некогда истребленного древнего клана Ясака.
‒ Знаю, ‒ сухо отчеканил юноша, протяжно выдыхая и развеивая свои ледяные клинки, а также между делом подхватывая полотенце на границе рассеивающегося купола. ‒ Поэтому я уже закончил.
‒ Ростислав, не нужно так себя истязать, ‒ вдруг тихо добавила Марина, медленно подступая к мужчине и обхватывая его лицо своими руками. ‒ Ничего ведь уже не изменить. Не нужно себя так корить и истязать. Да и не думаю, что Настя оценит такое твоё поведение.
После слов любимой регаццы и стоило той упомянуть о Морозовой, как взгляд парня неуловимо потеплел и тот прохладными пальцами коснулся рук девушки.
‒ Знаю, Мариша, ‒ тихо обронил парень. ‒ Но будь я тогда чуточку сильнее, а не так жалок, то подобного могло и не произойти.
 
‒ Ты же ведь понимаешь, что Захар знал на что шёл?! Он ведь твой друг и исполнял свой долг перед империей. Тебе лишь всего-то и нужно, что вспомнить его последние слова, ‒ утешающе прошептала Голицына. ‒ К тому же он невероятный феномен даже среди всей знати. И по своему развитию мог бы потягаться с твоим отцом. Многие именно из-за этого его боятся до сих пор и желают ему смерти. Сам ведь знаешь, что за прошедший год страсти так и не улеглись.
‒ Ты права. Жаль только, что «мог бы», ‒ кивнул парень, повторив слова девушки. ‒ До меня только недавно дошли его слова, и я понял то, о чем он тогда говорил. Захар сказал, что возьмет всё на себя, а я, дурак, что-то бормотал тогда, что помогу ему. В итоге всё вышло так, как он и предсказал. Его заклеймили палачом, а я как цесаревич Романов вышел сухим из воды.
‒ Знаешь, брат, хочу кое-что сказать тебе по секрету, ‒ с тёплой улыбкой проговорила Романова, прислушавшись к разговору Ростислава и Марины. ‒ Граф самый непредсказуемый... человек, которого я знаю. И этим всё сказано. Поверь мне на слово.
Однако беседы мгновенно прекратились, когда до всей троицы донесся цокот приглушенных каблуков, а несколько секунд спустя на территорию полигона прошествовала задумчивая Оксана Романова и остановившись подле детей и регаццы со скрытым интересом посмотрела на сына, а после на обеих девушек.
‒ Так как его величество в курсе, между прочим, как и ваш отец тоже, то у меня для вас две новости. Хороша и плохая, ‒ вкрадчиво заговорила женщина. ‒ С какой начать?
‒ Если даже ты ведешь себя подобным образом, то давай лучше с плохой, ‒ после недолгих раздумий хмуро изрёк цесаревич, продолжая утирать пот с тела.
‒ Мне кажется, что в скором времени столицу, а то и всю империю ожидает волна непонятных телодвижений и скрытых интересов.
‒ Телодвижений и интересов? ‒ задумчиво отозвалась Виктория, глядя на мать. ‒ С чего бы это?
‒ Потому как это напрямую связано с хорошей новостью, но для кого-то она окажется крайне плохой, если не катастрофически плохой. Боюсь, и в самом деле столицу ждёт немалое потрясение, ‒ загадочно ухмыльнулась Романова. ‒ Ваш друг, Лазарев. Мне доложили, что полчаса назад он каким-то чудом пришел в себя.
Данные слова прозвучали как гром среди ясного неба. От услышанного рот Марины невольно приоткрылся, Виктория резко просияла, а вот Ростислав ещё долгое время находился в прострации и не мог поверить в услышанное.
‒ Самолет… ‒ хрипло и неверяще выдал цесаревич, обращаясь к Голициной. ‒ Мариша, готовь самолет. Мы возвращаемся в Москву.
***
Российская Империя. Москва. 
Главная резиденция рода Трубецких. 
Личные покои княгини Елены Трубецкой.
Обстановка в покоях первой жены Елены Трубецкой была накалена. Точнее накалена до своего возможного предела. Потому как подобные разговоры с участием двух матерей Алины происходили с завидной частотой, а всё из-за одного злополучного случая с целителем, который произошел четыре месяца назад. Но сегодня тандем женщин был как-никогда решителен в отношении своей дочери.
‒ Алиша, ты должна как можно быстрее решить вопрос касательно своего будущего замужества, ‒ порицающим холодным тоном продолжала говорить княгиня, чеканя каждое слово, словно забивала гвозди в крышку гроба.
‒ Мама, я никому и ничего не должна! ‒ твердым тоном изрекла девушка, глядя в голубые глаза женщины. ‒ Это было моё и только моё решение. И я не считаю его ошибочным.
‒ Дочь, ты ведь понимаешь, что если об этом кто-то узнает, то это будет позором. Позор ляжет на весь род! И ты должна сказать нам спасибо, что мы не донесли о произошедшем твоему деду, ‒ подключилась к разговору Жанна Трубецкая. ‒ К тому же благодари бога, что у нас в роду хорошие, а главное молчаливые целители.