Штурмовики над Карпатами
В этих крайне тяжелых условиях летчики 565-го штурмового полка не имели ни одного случая удара по своим войскам. И заслуга в этом главным образом принадлежала нашим командирам -ведущим групп С.И. Петрову, А.А. Варникову, А.А. Дахновскому, В.Я. Мокину, Н.Ф. Денежкину, Н.В. Демидову, К.П. Панченко и другим.
В третьей декаде апреля мы продолжали летать группами по 4, 6, 8 самолетов на Тарнополь и в районы Бучач - Подгайцы. 14 апреля город Тарнополь был освобожден нашими войсками. Операция близилась к завершению. Но враг пока не сложил оружия, враг продолжал сопротивляться. На что надеялись тогда немцы, понять трудно, но дрались они, пожалуй, с еще большим ожесточением, чем прежде.
В это время слово "Бучач" среди летчиков произносилось с особой интонацией. Полеты в этот район так же, как за несколько дней до этого полеты на Дунаевцы и Каменец-Подольск, были очень опасны. Противник создал здесь мощный огневой заслон, прикрыв свои войска зенитной артиллерией и истребительной авиацией. Полк нес потери в людях и в материальной части.
Стала заметно ощущаться нехватка самолетов, и в связи с этим группу летчиков срочно командировали в Куйбышев за новыми штурмовиками. Я в эту командировку сначала не планировался. Но на аэродроме Проскуров, куда только что перебазировался наш полк, произошел несчастный случай: взорвался склад боеприпасов, оставленный гитлеровцами. В результате взрыва погибли два неразлучных друга: заместитель командира - штурман 3-й авиаэскадрильи старший лейтенант А.А. Варников и командир звена 1-й авиаэскадрильи лейтенант Н.Я. Нечаев, которые должны были вместе с другими летчиками отправиться за новыми самолетами. Потребовалась замена, выбор пал на меня и еще на одного пилота.
Возвратившись через несколько дней из Куйбышева, мы узнали, что на аэродром с боевого задания не вернулись наш командир звена лейтенант И.Т. Ромашов и летчик младший лейтенант Ф.Г. Гутов, которые летали в район Станислава парой на разведку и уничтожение живой силы и техники противника в качестве свободных охотников - группами в те дни не позволяла летать низкая облачность. Задание было выполнено, штурмовики возвращались домой.
По радио за полетом следил тогда старший техник полка В.Н. Платонов. Из эфира доносились звуки песни "Не разлука, а нежная встреча смелых ждет на родимой земле". Пел Иван Тихонович. Пел, как всегда, когда возвращался с боевого задания. Но вдруг песня оборвалась. Эфир замолк. Прошло время прилета, а самолеты наших товарищей так и не появились. Произошло что-то трагическое. Сбили истребители или зенитки. Так решили тогда все.
В начале мая наша 2-я авиаэскадрилья три дня подряд била по одним и тем же целям в районе Хоцимежа. Затем работали по целям в районе Коломыи, Делятына и Надворны. И снова не все штурмовики вернулись на свой аэродром. При выполнении боевого задания погибли командир 3-й авиаэскадрильи майор С. И. Петров, летчик той же эскадрильи лейтенант В.И. Михайлов, младшие лейтенанты В.Н. Костин и И.К. Ельтищев. Имелись потери и в 1-й авиаэскадрилье.
Война есть война, нас часто посещала не только радость побед, но и горечь утрат. Смешиваясь, соединяясь в наших молодых сердцах, эти два сильных чувства создавали тогда в полковом коллективе особый моральный климат. Разрядка приходила вечером, после боевого дня. Собравшись в столовой за ужином, летчики пели под баян фронтовые песни, среди которых чаще всего звучала наша любимая:
Бьется в тесной печурке огонь,
На поленьях смола, как слеза...
В эти минуты - после жарких боев - мы скорбели о погибших товарищах, вспоминали их черты характера, привычки. Ваня Ельтищев... Голубоглазый блондин, мягкий, скромный... Володя Михайлов... Этакий рубаха-парень, добряк, любивший петь своим бархатным тенором "Бирюзовые вы мои колечики, раскатились по лугу...". Вася Костин... Наш полковой юморист, которого за интересные и очень смешные рассказы, читавшиеся им с актерским мастерством, мы в шутку называли Василием Теркиным. Ваня Ромашов... Коренастый, физически очень сильный человек. Это про таких, как он, в народе говорят "косая сажень в плечах"...
Нет уже среди нас этих ребят. Они погибли в бою с ненавистным врагом, но и погибнув, остались жить - в нашей памяти, в наших сердцах.
Проскуровско-Каменец-Подольская операция, продолжавшаяся около двух месяцев, закончилась. За активное участие в ней 224-й штурмовой авиационной дивизии было присвоено наименование Жмеринской. Многие летчики, техники, оружейники и другие авиаспециалисты за участие в этой операции были награждены орденами и медалями. Большинство молодых пилотов, в том. числе и я, за одиннадцать успешных боевых вылетов получили свой первый боевой орден - Красной Звезды.
Закалка мужества
На 1-м Украинском фронте наступила оперативная пауза -передышка между двумя военными операциями. Сколько она будет продолжаться, в то время никто не знал. Но все понимали, что впереди предстоят большие и тяжелые бои, к которым надо активно готовиться с учетом опыта прошлых сражений.
Воинские части вели разведку и боевые действия местного значения, занимались перегруппировкой и накапливанием сил.
9 мая 1944 года наш 565-й штурмовой авиационный полк перебазировался с аэродрома Шатава на аэродром Ольховцы, находившийся в пятидесяти километрах от линии фронта. Для самолетов были приготовлены земляные капониры. Личный состав поселился в добротных бревенчатых домах. В это время произошли некоторые изменения в расстановке руководящих кадров. Вместо убывшего на повышение майора М.И. Безуха заместителем командира полка по летной подготовке стал майор В. К. Михайлов, заместителем командира по штурманской подготовке - майор Н.Ф. Денежкин, помощником командира полка по воздушно-стрелковой службе - капитан А.А. Дахновский, командиром 2-й авиаэскадрильи - старший лейтенант В.Я. Мокин. Капитан И.И. Козловский заменил погибшего командира 3-й эскадрильи майора С.И. Петрова. Мне пришлось принять командование авиазвеном лейтенанта И.Т. Ромашова.
Установилась прекрасная солнечная погода. Сады оделись в праздничный весенний наряд. Но природой наслаждаться было некогда. Напряженная, интенсивная работа продолжалась.
Недалеко от КП из грубых досок сооружены стол и скамейки. На стене прикреплена черная учебная доска, рядом повешена летная карта района базирования полка. Это наш учебный фронтовой класс. Идут занятия летчиков 2-й эскадрильи. В.Я. Мокин рассказывает пилотам о тактике боевого применения самолета Ил-2 на опыте боев предыдущих военных операций.
- Летчик-штурмовик, - четким голосом говорит он, - это многопрофильный специалист. Он и пилот, и штурман, и механик, и бомбардир, и артиллерист, и стрелок. Ему нельзя теряться над полем боя, долго раздумывать, сомневаться в чем-либо или в ком-либо. Самолет летит быстро, особенно во время пикирования на цель. С земли стреляют автоматические зенитные пушки, в воздухе атакуют истребители противника. Как видите, обстановка над полем боя сложная, горячая, а летчику нужно успеть применить все имеющиеся в его распоряжении боевые средства на самолете и поразить заданную цель. Кроме того, надо соблюдать строй, боевой порядок, защищать впереди летящего товарища. Где же выход из этого сложного положения? - задает вопрос Владимир Яковлевич и сам же на него отвечает: - Выход есть. Он в нашей высокой сознательности, дружбе, в воспитании воли и овладении летным мастерством.
И это действительно было так. Если авиационный полк во фронтовых условиях представлял из себя слаженный боевой коллектив, то летный состав авиационной эскадрильи был настоящей боевой семьей. И ничего удивительного в том нет. Ведь летчики авиационной эскадрильи, по сути дела, все время находились вместе: вместе летали на боевые задания, вместе, за одним столом обедали, в одной землянке или комнате спали, Общее ратное дело и повседневная опасность потерять самое дорогое, что есть у человека, жизнь, цементировали фронтовую дружбу, делали людей особенно близкими. Нашим девизом были слова: "В бою сам погибай, а товарища выручай!" Товарищеская взаимовыручка плюс растущее с каждым днем мастерство, вера в себя, в свои силы обеспечивали летчикам успех в боевых действиях с минимальными потерями.