Рождённые вакуумом (СИ)
— Спать не хочешь? — спросил ИР.
— Отслеживаешь наши показатели? — вопросом на вопрос оветил Жук.
— Да. Но вы так и остаётесь загадкой для меня, эти ваши эмоции, зависимости, или как вы говорите привязанности. Я просто вывел для себя алгоритмы поведения, они работают, но не дают ответов «кто вы?»— ответил ИР.
— Это всё философия, друг мой. — уставшим тоном сказал Жук, давая понять, что сейчас он не расположен к подобным беседам.
— Отдыхайте, если что я разбужу вас. — отозвался ИР.
Жук чувствовал, что сильно устал, но и спать не хотелось. Он решил надо закрыть глаза и постараться заснуть.
Уже проснувшись, но ещё не открывая глаз Небо наслаждалась сладкой дремотой. Она очень любила ловить такие моменты, когда организм не требует срочно бежать в туалет, и ещё не обретя ощущение времени, в голове можно прокручивать свежие сны. В какой-то момент Небо заметила, что ей не охота перевернуться на другой бок или потянутся, как это обычно бывает. И тут же вспомнила, что теперь она в искусственном носителе, или это ей тоже приснилось? — в любом случае пора вставать — решила Небо, и окончательно придя в сознание открыла глаза.
Вокруг стало на много светлее, а болтанка и вращение прекратились. Течение стало плавным и медленным. Сталактит, прижавшись и не много погрузившись в верхний слой киселя, двигался с ним в общем потоке, временами поворачивая в плоскости. Не обнаружив рядом своих компаньонов, у Неба мелькнула мысль, может она ещё спит, и в следующий момент увидела их на нижнем краю слома сталактита. Всё в тех-же не естественных позах, с вывернутыми в обратную сторону коленями, и больше похожие на четырёх палых пауков, они вглядывались в глубину океана.
— Дорогая, ты проснулась- развернув голову на сто восемьдесят градусов, и двигаясь задом на перёд, словно огромный паук, к ней подбежал Жук. Коснувшись механической рукой её головы, легонько погладил, как он это делал по утрам, будучи оригиналом.
— Странные ощущения, но приятно. Вот над этим вы трудились семь лет, чтоб ты мог меня погладить? — рассмеялась Небо.
— Нет, чтобы ты могла это почувствовать. — поддержал шутку Жук.
— Долго я спала?
— Двенадцать часов, мы приближаемся к южному полюсу. Течение вытолкнуло нас и ушло на глубину-
— А пузыри?
— Тут самое интересное, пойдём покажу — с довольным видом сказал Жук — по собранным данным, течение не просто ушло на большую глубину, а сжалось в сотни раз и уплотнилось. При этом выталкивая огромные массы лишней воды, вместе с сжавшимися пузырями. Те в свою очередь по мере подъёма и понижению давления многократно увеличиваются. Здесь у поверхности довольно спокойно, но на глубине ста километров, должно быть, настоящий шторм, хотя ИР утверждает, что при таком огромном давлении как там, водные массы движутся довольно медленно. Ты меня слушаешь? — обернувшись спросил Жук у Неба, направляясь вместе с ней на край сталактита.
— Да, конечно. Просто ещё привыкаю к искуственному носителю. — ответила Небо, разглядывая на ходу как грациозно она двигается, совершенно не естественным для человека образом, и при этом чувствует себя очень уверенно.
— Я же говорил тебе понравится, а ты всё чего-то боялась. — улыбаясь сказал Жук
— Ну это не ты был, а Балу. — парировала Небо
— О, ещё один! — воскликнул ИР, указывая в даль с права от себя. Повернув головы Небо и Жук увидели в ста двадцати метрах, огромный, около сорока метров в диаметре, поднимающийся пузырь. При этом по мере всплытия он не сильно, но заметно продолжал увеличиваться в размерах. Поднявшись к слою киселя на верху, он повёл себя как маслянистая жидкость, сначала растёкшись по нему бесформенной каплей, но быстро собрался в диск, практически идеальной формы, при этом многократно увеличившись в размерах, так что ближней край был всего в десятке метров от сталактита.
— Это уже третий при мне, и два я проспал. — сказал Жук.
— А что будет если он нас накроет? — спросила Небо.
— Ни чего. Уже накрывал. Первый. — ответил ИР.
— А ты мне не говорил? — удивился Жук
— Ты не спрашивал- удивился в ответ ИР- видите тёмные пятна, это куски льда в снегу. Газ их пропускает. Хотя вокруг покрывает кисель полностью не зависимо от рельефа-
— Ты имеешь в виду что он не стекается в углубления и трещины — уточнила Небо приближаясь вместе с Жуком к краю сталактита.
— Да, но это только в начале. Через десять, двенадцать, минут он потеряет свою форму и растечётся в соответствии с рельефом. Затем свечение довольно быстро угаснет, а газ растворится в верхнем слое. — констатировал ИР, когда все торе собрались на краю.
— Сколько до полюса? — спросила Небо.
— Почти четыреста километров. Предлагаю продолжить погружение двигаясь вдоль течения к полюсу, судя по всему, там самое интересное — заключил ИР.
Вся троица, включив ранцы, одновременно оттолкнулась с края сталактита и, выстроившись клином, с ИР в центре, устремилась в глубину. Скафандры в автоматическом режиме настроили напряжения торсионного поля до необходимого, сплюснув его вокруг каждого в дискообразную оболчку три сантиметра толщиной. При этом носители могли управлять спуском своими конечностями, как парашютисты в свободном падении. Хотя в не течения плотность океана была меньше, максимальная скорость всё равно не превышала восьмидесяти километров в час, но для жидкой среды это был очень хороший результат.
Довольно быстро погрузившись в кромешную тьму, герои перешли на визары и инфро-виденье, эхо-локацию, и различные вспомогательные системы. Давление постепенно росло и стали ощутимы различные подводные течения. Вскоре они увидели как в кромешной мгле появляются и хаотично двигаются светящиеся точки, выброшенные из электромагнитной дуги. Было видно, как большую часть из них, течения растаскивают в разные стороны и те теряются где-то вдалеке. Но многие продолжали двигаться в верх в поле зрения героев. И вот уже первый из них проплывал в ста метрах. Пузыри стали по полтора, два метра в диаметре, и обрели свечение и в привычном человеку диапозоне. А среднее расстояние между ними было сто пятьдесят, двести метров. В кромешной тьме они походили на миниатюрные голубые звёзды, медленно вращающиеся по спирали в черноте космоса. По мере дальнейшего погружения, пузырей становилось всё больше, хотя сами они стали гораздо меньше. Вскоре герои уже начали уклоняться от вездесущих пузырей. Зато, стал хорошо различим сам электромагнитный рукав. Он, словно гигантская, светящаяся змея, извиваясь, нёс в себе на огромной скорости миллиарды сжатых пузырей, попутно выталкивая их наружу. Герои решили приостановить погружение и двигаться дальше вдоль течения на данной глубине. Выписывая пируэты, они легко маневрировали между стремящимися к поверхности пузырями. Впереди стал вырисовываться силуэт гигантского светящегося столба, состоящего из миллиардов поднимающихся пузырей, рассеивающихся по мере подъёма на огромной площади, и теряющихся в просторах океана. Это был южный полюс Спутника. Герои вполне освоились в водной среде и вальяжно маневрировали среди пузырей, рассеявшись на довольно большое расстояние. При этом Жук, как мальчишка, воображал себя в игре, а Небо представляла себя в танце, сочиняя на ходу музыку. И только ИР не поддаваясь очарованию окружающего мира, продолжал двигаться оптимальным курсом.
— Вы это видите? — спросила друзей Небо.
— Ты о чём? — отозвался Жук.
— Ну если к ним почти в плотную подплываешь они реагируют светом, и как-бы отталкиваются от тебя.
— Точно! — с восторгом подтвердил Жук, уже проверяя слова Неба — то есть они как-то чувствуют нас, воспринимают?
— Согласен — послышался озабоченный голос ИР, который в этот момент попробовал схватить один из пузырей — не факт, что они нас как-то воспринимают. Предполагаю, это — чистая физика.
— ИР, ты что такой скучный? Нет что б выдвинуть сумасшедшую гипотезу о разумных пузырях. Взял всё испортил. — возмутилась шутливым тоном Небо.
— Поле пузыря реагирует при прямом попадании света — констатировал ИР, сопровождая в подъёме один из пузырей, всё так-же пытаясь его схватить.