Мастер... (СИ)

Когда необычный посетитель ушел, официант с кусочком мяса в руке подошел к кусту под которым обычно сидел или лежал кот.
- Кис, кис, кис. – Позвал он кота, помахивая кусочком мяса.
Дремавший кот открыл глаза, посмотрел на официанта и как умеют только коты, презрительно фыркнул и отвернул голову. Официант сделал еще шаг, протягивая кусочек мяса, кот мгновенно злобно зашипел, оскалился и даже вздыбил шерсть. Официант дернулся, выронив кусочек мяса, и отступил на пару шагов, кот поднялся, выгнул спину дугой и подхватив с земли мясо исчез в глубине кустов.
Утолив голод, Алекс решил заняться еще одним делом, он уже немного осмотрелся и решил, что пора приобрести себе приличный и современный городской костюм. Он уже понял, что его одежда хоть и выглядела добротно, но была провинциальной и уместно смотрелась только на рынке, городская молодежь одевалась не так. А как говорила бабушка Марна «Встречают по одежке, провожают по уму».
Деньги у него были, и раз ему предстоит поездка в столицу в академию, то хороший костюм, соответствующий статусу лэрда ему был явно необходим. С местом для покупки он определился, просматривая хронику происшествий в газетах. Местную хронику он просматривал по диагонали, но полезную для себя информацию запомнил «…хорошо одетые молодые люди в костюмах с улицы Лонгиновской…». 
Нужная ему улица оказалась буквально в пяти минутах ходьбы, так что он отправился туда пешком. Алекс прошелся вдоль всей улицы, осматривая солидные яркие вывески и манекены в витринах, он даже зашел ненадолго в один магазин, чтобы понять порядок цен, а потом выбрал заведение с самой скромной и неброской вывеской. Оно располагалось чуть в стороне в небольшом переулке. На небольшой медной табличке у дверей было написано: «Мужская одежда. Мастерская Исаака Яффе».
Алекс потянул на себя за фигурную ручку солидную дубовую дверь, которая открылась на удивление легко и свободно, оповещая о своем открытии звоном колокольчика. В просторном фойе с расставленными по стенам массивными и даже на вид удобными креслами и диванами его встретила приветливой улыбкой красивая высокая темноволосая девушка лет двадцати пяти. По мере того как она оглядела Алекса приветливая улыбка стала исчезать, девушка уже хотела что-то сказать ему, но не успела, одна из дверей открылась и в фойе стремительно вышел невысокий мужчина лет шестидесяти. Алекс каким-то образом понял, что это и есть хозяин мастерской Исаак Яффе. Он был полной противоположностью мэтра Аарона, худощавый, подвижный, с обширной лысиной в обрамлении длинных седых и торчащих во все стороны волос, с темными скорбными глаза. Белоснежная рубашка на выпуск, жилетка в яркую клетку и портняжный метр на шее завершали образ мастера.
Он сразу обратился к Алексу, так словно ждал именно его и когда узнал, что ему нужен костюм для поступления в столичную академию, причем нежен уже сегодня, разразился бурной речью. В процессе бурного (со стороны мастера) обсуждения Алекс вдруг осознал, понял и… принял, что приличному молодому лэрду в столице понадобится не один, а минимум два разных костюма и их надо шить на заказ, а еще сорочки, галстуки, платки и куча другого. И только жесткий цейтнот заставляет его (мастера Исаака) отступить от своих принципов и правил, подобрать и подогнать готовые костюмы своих лучших подмастерьев и то только потому, что молодой человек прекрасно сложен.
Мастер Исаак хоть и выглядел несколько эксцентрично, но держал все в ежовых рукавицах, не прошло и пары минут как все завертелось и пришло в движение. Его помощники и подмастерья выкатывали стойки с различными костюмами, мастер по одному ему понятным критериям выбирал некоторые из них для примерки. Он даже не снимал с Алекса мерки, но все отобранные им костюмы прекрасно подошли тому по размеру, оставалось лишь выбрать из нескольких и подогнать по длине. И опять непонятно по каким критериям мастер их выбрал. Параллельно откуда-то из соседних магазинов доставили сорочки и другие аксессуары, в общем все кипело и процесс шел, с минимальным участием Алекса, да и чем бы он мог помочь в том, в чем не особо разбирался, но слушал он все внимательно и запоминал. Он уже понял, что ему повезло, и он попал к Мастеру с большой буквы, к тому же любящему свое дело. 
 
Повезло и не только в этом, Алекс даже не подозревал, что к мастеру Исааку очередь расписана на две-три недели вперед, что сам мастер занимается только самыми важными клиентами. Другие могли попасть только к его подмастерьям и тоже только по записи. Мастер был прекрасным портным и своими костюмами мог скрыть любые дефекты фигуры, за что его и ценили, но главное он был артефактором - мастером зачарования. Его костюмы не мялись, не марались и поддерживали терморегуляцию тела, и если не проводить над ними экспериментов с применением боевых заклинаний (а такие случаи были), зачарование держалось до полугода, главное не забывать подзаряжать энергией пуговицы, изготовленные из магической древесины. А через полгода мода все равно менялась, и потому записывались к нему в очередь аристократы постоянно.
Когда сорочки и аксессуары были подобраны, а костюмы отправились на финальную подгонку, встал вопрос с нанесением герба на костюмах. Пришлось Алексу снимать рубашку и заголять плечо, пока один из подмастерьев не зарисовал эскиз герба клана. Вышивку гербов он заказал только на одном, так сказать официальном и парадно-выходном костюме, другой решил оставить нейтральным и неприметным. 
Пока костюмы подгоняли, вышивали герб и мастер занимался зачарованием, Алекс занялся другими мелкими, но нужными делами, в первую очередь он постригся, за время путешествия он порядочно оброс, потом он посетил галантерейный магазин, где приобрел пару объемных саквояжей с крепкими ручками. По большому счету они ему были не очень и нужны но, во-первых, путешествующий без багажа молодой лэрд, будет вызывать удивление, вопросы и ненужное внимание, а это ему было ни к чему, а во-вторых, саквояжи ему просто понравились, изготовленные из рыжей тисненой кожи, с медными защелками и заклепками. Они сразу привлекли его внимание еще на витрине своей добротностью, качеством материалов и изготовления, он как охотник на искаженных тварей разбирался в коже и изделиях из нее.
Оставшееся время ожидания он провел в ближайшей кофейне, где его и нашел мальчишка посыльный из мастерской. Еще в процессе общения с мастером он заподозрил, что выбрал не самую скромную мастерскую, а как бы совсем наоборот. Он даже посетил уборную, где достал из пространственного инвентаря дополнительный мешочек с золотыми монетами, а то придется расплачиваться, а денег в кошеле не хватит. Стоимость работ мастерской он прикинул примерно, за основу взял стоимость готового костюма из ближайшего магазина и с учетом зачарования и прочего умножил её на три.
Прежде чем примерить готовые костюмы, он осмотрел их магическим зрением - мягко светились какие-то руны, очевидно вышитые на подкладке, они соединялись тонкими энергетическими линиями с пуговицами накопителями энергии. Что же интересно будет проверить заявленные эффекты, видимо род мастера Исаака сохранил кое-какие знания доставшиеся от Древних.
Алекс решил сразу и переодеться в одну из своих обновок, в повседневный костюм. Идеально сидящий на нем серый в тонкую практически незаметную полоску костюм, светлая сорочка и шейный платок, на ногах легкие мокасины из чешуйчатой кожи, а еще и модная стрижка и сейчас на него смотрел из зеркала практически незнакомый молодой человек.
От подбора новой обуви он сразу отказался, и мастер едва взглянув на его мокасины, только кивнул в ответ. Вся обувь Алекса была пошита из шкур одной из искаженных тварей и помимо прочности и удобства обладала стойкостью к последствиям магических воздействий, а идеальный микроклимат поддерживала без всякого зачарования. Этот вид искаженных тварей не был особо опасным или редким, скорее наоборот, но они для маскировки использовали магию иллюзий и добыть их шкуры было практически невозможно, но не для дядьки Горда мастера иллюзий. Так что они с дядькой были по сути эксклюзивными поставщиками и очень неплохо на этом зарабатывали. Обувь Алексу пошил конечно же дядька Горд, который когда-то для прикрытия работал обувщиком (Алексу наверно проще было сказать, чего не умел, не знал и чем не занимался дядька Горд за свою долгую жизнь).