Лезвие на воде (СИ)

– Вы еще и мысли читаете.
– А ты удивлена?
– Нет. – я отпускаю руки, заканчивая останавливать кровь.
– Ну вот и правильно. Чаша – символ силы, бриллиантовая подвеска – символ твердого сердца, железное кольцо – символ цепких лап. Вы все собрали! Поздравляю! Наконец-то я свободен! Столько лет, столетий на этой горе!
Хранитель исчезает, а на его месте остается нефритовая фигурка в виде дракона.
  
Часть 20. Дамно Деасан
 
Весь окружающий нас мир настолько широк и безграничен, что вы себе даже не представляете. Я и сам не представлял пока не стал Хранителем. Это произошло много, очень много тысячелетий назад. Я был простым человеком. В то время еще полукровок не было, а стихийники, перевертыши и люди не знали о существовании друг друга. Само собой я никогда не хотел быть Хранителем, но старший нашего рода, который давно покинул деревню для уединения, выбрал следующим Хранителем моего старшего брата, но тот всегда мечтал стать музыкантом. Вы представляете как человек, который живет искусством, тем, чтобы дарить его людям, просто возьмет и запрется в себе, уйдет от людей, чтобы выполнить свой долг?
Я, видя, как страшится брат своей горькой судьбы, предложил себя в качестве Хранителя. Родные были категорически против, но ночью я покинул свой дом, на прощание поцеловав спящих родных.
А теперь представьте, что я, один из множеств Хранителей в нашем мире, знаю всю прелесть мира вокруг, каждый день вижу истории миллиардов существ и людей, и перевертышей, и стихийников, и полукровок, но вынужден все свое бесконечно долгое существование просто быть пассивным зрителем. Да возможно я должен сказать спасибо за то, что не был заточен в темной пещере, как цепной пес, чтобы охранять сокровище, но так я чувствовал себя птицей, запертой в прекрасной клетке, в которой тебе тепло уютно и тебя кормят, но ты в клетке.
Первое время было интересно следить за жизнями живых существ. Я узнал о перевертышах и стихийниках, видел первого полукровку, когда два народа столкнулись, но спустя пару сотен лет стало невыносимо тяжело и лишь через первое тысячелетие я смог более менее свыкнуться со своей участью и просто ждать, но сильно не надеяться ведь моему наставнику так и не удалось освободиться от плена артефакта. Он покинул меня через шесть лет после того как забрал меня из дома. Мне хотелось вырваться, покинуть пост Хранителя и раствориться в толпе живых существ и стать частью их истории, а не раз в пару сотен лет становиться причиной гибели существ, стремящихся заполучить артефакт. В каждом я надеялся увидеть именно того, кто наконец-то заберет у меня артефакт, но всем он нужен был для наживы. Я как Хранитель не мог позволить таким алчным существам добраться до артефакта.
Какую же радость я почувствовал за сирену Хранительницу меча, когда узнал, что она теперь свободна и меч нашел своего владельца, но сам я уже и перестал надеяться, что и мне когда-нибудь так повезет. Но мне повезло! В мою очередную ловушку попалась группа молоденьких ребят, совсем детей. Девчонка стихийница и парень перевертыш справились со всем без проблем, но вот парень, я узнал в нем того самого, что получил меч, чуть-ли не лишил меня долгожданной свободы, когда пошел против правил испытания, но все прошло гладко и вот теперь я наконец-то прогуливаюсь по дивному саду, который столько раз видел издалека и могу почувствовать чарующий аромат цветов.
  
Часть 21. Эйрин
 
Эйрин
– Где вы были? – прерывает долгую тишину Оберон, разводя костер в пещере Хранителя.
– Я в пустыне.
– В океане.
– Да по твоему мокрому виду было понятно. – язвит Оберон, но не со зла, а чтобы разрядить обстановку.
– А где был ты?
– Я в поместье, рядом с Хиларией. Но там были мои сородичи. Они хотели разбить статую. Мне пришлось… Мне пришлось драться с ними. Один пытался разбить Хиларию мечом, но заколол меня.
– А мне пришлось вызвать духовного зверя, но воды вокруг не было, одна пустыня. Мне пришлось использовать кровь, а там еще и змея…
 
– Я просто захлебнулся, достигнув дна океана.
– И спас мою иллюзию. – тихи бурчу себе под нос, но мужчины все слышат.
– Откуда мне было знать иллюзия ты или реальность?
– Мог бы и додуматься. – все продолжаю бурчать.
– Ну уж прости, увидел тебя и ринулся спасать, некогда было определять реальна ты или нет.
Я злюсь не на Данте, а на себя. Я никогда не хотела, чтобы кто-то страдал из-за меня, и никогда не хотела становится чьей-то слабостью.
Еще хорошо отделался. Неизвестно, что вообще могло произойти. Может, он вообще не вернулся бы из-за нарушения правила.
– Теперь сосуд у нас, и мы можем вернуть Хиларию. – произносит Оберон с грустной улыбкой, продолжая внимательно рассматривать фигурку нефритового дракона.
Резко он вскакивает на ноги, у меня в носу начинает неприятно щекотать от знакомого мне запаха, но в слишком большой концентрации. Громкий рев разносится по всей пещере. Следом за ревом в пещере появляются несколько существ. Все высокие, и мужчины, и женщины крепкого телосложения. Одежда украшена мехом животных.
– Оберон, сколько лет… – произносит мужчина, самый крупный среди остальных.
– Ригон. – Оберон весь напрягается и настороженно осматривает всех нежданных гостей.
Нам стоит опасаться? Ну вообще-то да, мы на их территории по факту.
– Так ты живой, брат. Я тогда тебя хорошенько приложил. Зачем вернулся, да еще и притащил с собой, – мужчина шумно принюхивается и брезгливо морщит нос, – полукровку и стихийницу? Против стихийницы не имею ничего против, но ты вместе с полукровкой. – опасно рычит Ригон.
– Они со мной. Я вернулся по делу. Уже уходим. Не мешай. – четко произносит Оберон приближаясь к брату вплотную.
– А что, если помешаю? – с угрозой выдыхает Ригон.
Я уже хочу вставить свое слово, но меня отдергивает Данте, давая понять, что это только между ними.
– Мне придется убрать тебя с дороги.
На слова Оберона Ригон отвечает смехом.
– Ты еще даже не Альфа. Не боишься, что я опущу тебя в грязь лицом перед всеми и они перестанут тебя уважать и бояться? На этот раз тебе не помогут твоих подлые приемы.
Ригон резко перестает смеяться и уже более серьезно слушает Оберона.
– Прошло много лет, брат, ты не знаешь меня.
– Что здесь происходит? – звучный голос проходит волной вибрации по стенам пещеры.
Все расступаются перед вошедшим мужчиной уважительно склонив головы.
Альфа.
– Оберон, вот сын мне достался, что даже не зашел в гости навестить своего старика. – будничным тоном мужчина бьет Оберона по плечу.
– Отец? – непонимающе бубнит Оберон.
– Удивляешься почему я не удивлен твоему появлению?
– Нет, отец, конечно, нет. Ты все здесь знаешь.
– Я узнал о твоем прибытии недавно, а то, что ты живой и состоишь на службе у полукровки, – Альфа легким кивком головы приветствует Данте, – я знал изначально. Убедившись, что Данте довольно неплохой человек, я позволил тебе самому следовать своей судьбе и не стал вмешиваться. Неужели ты думал, что родной отец позволит своему родному сыну кануть в небытие?
Оберон крепко обнимает отца. Я бы насладилась этой картиной и поддалась бы собственным воспоминаниям, если бы не недовольный взгляд брата Оберона и некоторых его приспешников.
– Но ты должен понять, что…
– Я знаю, и не планирую напрашиваться домой.
– Но, если захочешь вернуться в стаю, я подумаю над этим. Так и быть.
– Я запомню, отец. Спасибо.
На миг Альфа закрывает глаза и принюхивается.
– М-м-м… Аромат молодого горного ручья. Давно не сталкивался со стихийниками. – он направляет взгляд янтарных глаз на меня.
– Отец, познакомься, Эйрин Дорген, ну а с Данте как я понял ты знаком. Ребята, это мой отец Галвин Броган.
– Рад снова встретиться с Вами, Глава Броган.
– Честь познакомиться с Вами, Глава Броган. – я следом за Данте склоняюсь в почтительном поклоне перед Альфой.