Лезвие на воде (СИ)

У наших ног заплаканная темноволосая женщина продолжает держать тело Агирика тихо покачиваясь из стороны в сторону.
– Это его жена, госпожа Дивона Рохман. Отведите Госпожу к себе. – обращается Тюрин к служанкам.
– Он неплохой человеком. Очень даже хороший. Добрый и заботливый, когда не злится. Он очень любит меня. Он все делал для своего народа! Все! Но что-то сбило его. Он изменился. Стал замкнутым отдалился от меня. Если бы Властитель Стихий хоть немного прислушивался к нему, а не отталкивал от себя все могло бы сложиться по-другому…
Она продолжает гладить мужа по волосам, что-то тихо нашептывая ему. Женщина отталкивает руки служанки, когда та пытается поднять ее с пола и оторвать от мужа.
– Что теперь будет с детьми и со мной? – сквозь слезы спрашивает женщина.
– Вас отправят во дворец Шторма.
– Позвольте забрать тело мужа, в противном случае только убив меня Вы сможете разлучить нас, Властитель Стихий.
Дивона склоняет голову в смиренном поклоне перед Тюрином.
– Хорошо, можете забрать его тело и собирайтесь вас перевезут сегодня же.
На этот раз женщина позволяет служанке помочь ей подняться, а несколько стражников забирают тело Агирика.
– Надо же, перевертыш, рад встречи, я Тюрин – парень протягивает руку Оберону, тот принимает ее.
– Оберон. Большая честь познакомиться с Вами, Властитель Стихий.
– Меня народ еще не выбрал своим Властителем, поэтому просто Тюрин. Эйрин, думаю тебе стоит увидеться с родителями, они тоже должны были освободиться…
Не дослушав Тюрина, я выбегаю на задний двор и вижу толпу людей, которая с каждой минутой становится все больше и больше. В этой огромной толпе я наконец вижу лица отца и матери.
Мы заключаем друг друга в крепкие объятия.
***
Лучи багряного солнца освещают пыльное помещение галереи. Я так мечтала о том, что после того, как Агирик будет повержен, Данте в безопасности и я встречусь с родителями тяжесть в сердце, непосильная ноша отпустит, но теперь мое сердце болит о судьбе Хиларии и тоскует по Данте.
– Эйрин, решила поностальгировать? – мое одинокое пребывание в заброшенном зале прерывает Тюрин.
Вместо порванной одежды на нем бордовая рубашка, застегнутая на все пуговицы, черный удлиненный камзол, брюки и высокие сапоги. От былого мелкого проказника, дергавшего меня за косички, не осталось и следа. Пребывание в течение долгих лет в темнице выбьет свет радости из глаз любого.
– Ты прав, Тюрин, решила вспомнить давние деньки, когда прогуливалась с дядей по этой галерее, в основном все мое детство прошло в этих стенах. Эта галерея так ему нравилась.
– Это было его самое любимое место. Если не знаешь куда запропастился Властитель Стихий ищи его среди искусства. – Тюрин старается в точности повторить слова и мимику дяди, чем вызывает у меня печальную улыбку.
– Как его не стало?
– Кинжал в сердце. Он до последнего дня тосковал по сыну и винил себя во всем произошедшем. – Тюрин напрягается всем телом, сильно сжимает кулаки, но сдерживает гнев, старается расслабиться и прячет руки в карманы. – Расскажи, что происходило с тобой все эти годы.
Я рассказываю Тюрину все с самого начала, о том, как потеряла память, как столкнулась с Данте и как он помогал мне все это время, и о том, что именно Хилария победила Агирика.
– Эта маленькая, хрупкая девочка. Невероятно. Я помню ее еще совсем маленькой, вечно бегающей за тобой хвостиком, всегда считал ее трусишкой. Я узнаю у прабабушки, чем можно ей помочь.
– Спасибо, Тюрин. Родители рассказали мне о том, что ты сделал для них….
– Я счастлив, что мои знания помогли, тяжёлое время наконец-то закончилось, давай не будем об этом.
***
Ближе к вечеру моя семья и еще несколько приближенных семей собираемся в том же самом приемном зале. За короткое время в нем установили большой круглый стол и стойки со знаменами главенствующих Домов Стихий вхожих в совет. Вообще во дворце было отдельное помещение для совета, но Агирик его уничтожил.
Тюрин представляет меня и Оберона присутствующим.
 
Разумеется, первый вопрос, который поднимается на совете - это кто займет место следующего Властителя Стихий.
– Тюрин, мы знаем тебя с самого детства, видим, как ты заботишься о людях, не думаю, что будет кто-либо против того, чтобы именно ты занял место Властителя Четырех Стихий. Разумеется, мы объявим народу сегодня же, но я уже слышал на улицах, что произносят твое имя как нового Властителя Четырех Стихий. Тем более каждый из нас обязан тебе жизнью. Если бы ты не перекрыл наши энергетические каналы, мы бы не выжили, артефакты уничтожили бы всех нас. Кладезь талантов в тебе не имеет границ. – произносит Глава Дома Ветра господин Кирни, на вид он чуть старше Тюрина.
Все присутствующие главы утвердительно кивают, полностью соглашаясь со словами господина Кирни.
– Хорошо, если народ отреагирует спокойно и примет меня, то я займу место Властителя, но никаких церемоний. Сейчас слишком много работы, формальности потом. Эйрин, прошу, поведай все, что произошло Главам Совета.
Я рассказываю им все с самого начала. О том, как мы смогли ослабить Агирика и, что произошло с Хиларией.
– Эйрин, я очень благодарен всем вам за помощь. У меня будет просьба, необходимо переговорить с Властителями Долин. Хочу попросить, чтобы они открыли ненадолго барьер и все остальные стихийники смогли вернуться домой, может даже мой брат. После, ключи надо уничтожить, чтобы больше ни у кого не было соблазна претендовать на господство ни людям над стихийниками, ни стихийникам над людьми.
– Никто за барьером не знает, что некоторые стихийники могут преодолевать барьер. Властитель Запада и Властитель Востока не собираются распространяться о том, что в деле замешан стихийник, дабы не поднимать шума. И тут заявлюсь я на совет Властителей Долин…
– Я хочу закончить дело отца…
– Дорогой мой племянник, – в разговор подключается мама, – ты позволишь снова мне лишиться единственного ребенка? Это опасно, ее арестуют, как только услышат, что она стихийница.
– Из всех стихийников только Эйрин знакома с двумя Властителями и ее шанс быть услышанной выше, чем у кого-либо из нас. Необходимо вернуть всех наших стихийников домой. Эйрин, что скажешь?
– Я постараюсь, но не обещаю. Поверят ли они, что стихийники хотят уйти окончательно?
– Мы поставим необратимую защиту. Никто не сможет выйти.
– Я постараюсь что-то сделать, но не обещаю.
– Позвольте мне сказать. – вмешивается Оберон.
– Конечно, Оберон. Слушаем тебя.
– Хилария. Если бы не она, вы бы все здесь не сидели. Вам известна ситуация, помогите.
– Можно попробовать найти Андео. Это сосуд, неживая форма пожирателя. – отвечает женщина преклонных лет, прабабушка Тюрина, госпожа Дейра Флинн. Пожиратель. – Он находится высоко в горах у Хранителя. У Вас не составит труда его достать, юноша. Я могу попробовать отделить темную энергию от девушки.
– А Вы можете пройти сквозь барьер?
– Детка, для Пожирателя нет границ.
Невероятно, значит барьер могут проходить перевертыши, пожиратели и определенные стихийники, связанные по силе с создателями барьера.
– Мы найдем его, поможем Хиларии, а затем поговорим с Властителями Долин. – подводит итог Оберон.
***
На следующий день мы возвращаемся в поместье и застаем Данте в библиотеке, измеряющим комнату шагами.
Стоит только нам войти, как он сгребает меня в крепкие объятия.
– Я знал, что ты вернешься. – старается уверенно произнести Данте, но в голосе проскальзывает тень беспокойства.
– Что решили на собрании? – с нетерпением спрашивает Оберон.
– Сварта посадят в темницу на остаток его жизни за убийство двух Властителей. О том, что он был под контролем стихийника распространятся мы не стали. Это вызовет лишние беспокойства.
– Ключи нашли?
– Да, нашли и вернули Властителям Долин. Они наконец-то разобрались, кто из них займет места Властителей. – с усмешкой произносит Данте. – Что у вас?