Лезвие на воде (СИ)

От ужаса этой части истории тело пробирает мелкая дрожь. Мне страшно представить, что чувствовал Данте, через что ему пришлось пройти. Наверняка боль прошлого так и не отпустила. Несмотря на все пережитое, он дарит заботу и любовь своему народу. Ведь не зря кухарки с таким восхищением и трепетом говорят о своем хозяине.
Так же я узнаю, что у Властителя Тиге есть правая рука.
– Оберон очень приветливый юноша, но все равно какой-то странный. Сразу, как появился в поместье, стал правой рукой хозяина и руководить всей стражей в городах и селах, воинами на границе и даже наемниками для личной охраны и поручений хозяина. – обеспокоенно произносит Дана, заканчивая отмывать кастрюли.
Узнаю от кухарок, что Хозяин Восточной Долины прекрасно играет на скрипке, только делает это крайне редко.
  
Часть 2. Эйрин
 
– Наставница, я не могу! Мне не хватает сил в руках. Я стараюсь! – обессиленно произносит одна из учениц моей новой группы, бросая палку на землю.
– Сможешь, Айрис, пусть и не сразу. Не опускай руки. Подними палку и бей манекен дальше! – отвечаю строго.
Айрис лишь тоскливо стонет в ответ, но палку поднимает и продолжает тренировку. Остальные десять учеников усердно бьют палками манекен, набитый песком. Я медленно расхаживаю рядом с ними, время от времени комментируя и корректируя действия того или иного ученика. Тренировка проходит на заднем дворе школы, и я не сразу слышу шум, исходящий со стороны центральных ворот.
– Нападение! – в ужасе вскрикивает Иделла, со всех ног несясь к нам.
Она спотыкается и летит лицом вниз. Я еле успеваю ее подхватить. Все ее тело дрожит, одежда заляпана кровью. Я с облегчением выдыхаю понимая, что кровь не ее.
Нас окружают люди в черном. Лица их закрыты. Кровавые мечи обнажены.
– Всем встать на колени! Живо! – орет один из убийц.
– Медленно садитесь на землю… Не дергайтесь. – приказываю ученикам, стараюсь, чтобы мой голос звучал максимально спокойно, чтобы не пугать их еще больше.
– Наставница…они убили стражу… – робко шепчет Айрис, тихо плача, стоя на коленях позади меня, вместе с остальными.
Несколько человек забегают в здания школы. Слышится грохот мебели.
– Эй ты! На колени! – один из убийц обращается ко мне.
Я не реагирую на его слова. Наблюдаю за тем, как люди в черном, перевернувшие вверх дном наши классы и спальни, возвращаются и в отрицании качают головой. Встречаюсь с глазами полными жестокости и злобы.
Они не нашли то, что искали и готовы выместить всю злобу на нас.
Я медленно закрываю глаза и пытаюсь сосредоточиться. Глубокий вдох – выдох. Чувствую каждую капельку воды вокруг меня и кровь, текущую по венам людей в черном. Цепляюсь за нее и больно сжимаю кулаки, чувствуя резкий тошнотворный запах прогнившей крови.
Открываю глаза и вижу, как меч одного из убийц зависает в сантиметре от моей шеи. Вижу неподдельный ужас в его глазах, как и в глазах остальных убийц, что стоят передо мной и видят, как изменяется цвет моих глаз.
Незваные гости начинают кряхтеть, задыхаться, хвататься за горло. Их тела начинают выворачиваться в неестественные позы. В воздухе раздается хруст костей. Наконец убийцы падают и затихают.
Ученики в ужасе вздрагивают.
– Что это было?
– Они не поднимутся?
– Что произошло?
Гам среди учеников не утихает.
– Не поднимутся. Не бойтесь. Не знаю, что произошло, но старшие вернутся и во всем разберутся. – успокаиваю учеников и увожу их в разгромленные комнаты, подальше от тел.
С трудом сдерживаю волнение и страх, готовые накрыть меня с головой. Тело бьет мелкая дрожь. В голове ощущение пустоты и тумана. Боль в мышцах тянется по всему телу. Дышу глубоко и медленно, чтобы хоть немного прийти в себя, успокоиться.
Наставники и старшие ученики прибегают вместе с одним из стражников через полчаса. Нела начинает расспрашивать меня о случившемся. Я отвечаю лишь то, что убийцы ворвались на задний двор через центральные ворота, а затем упали замертво.
 
– Все произошло так быстро. Кому понадобилось нападать на нас?
Нела качает головой, не зная, что мне ответить. Увидев, что я еле стою на ногах, она отправляет меня отдыхать, а сама присоединяется к остальным наставникам, обсуждающим случившееся.
Собрав немного вещей и все деньги, что у меня есть, опускаюсь на пол рядом с кроватью, ожидая наступление ночи, чтобы незаметно покинуть школу. Надеюсь, что наставники не так быстро поймут, как скончались убийцы.
Кровать, столик с зеркалом, небольшой шкаф, ванная комната. Я провела в стенах школы семь лет. Теперь мне придется начать все заново. Я накопила достаточно, чтобы купить домик у моря или домик с землей, чтобы выращивать виноград или даже открыть небольшую школу. Но теперь придется жить остаток жизни в бегах.
Из-за этих тяжелых мыслей и истощения, не замечаю, как проваливаюсь в сон. Будит меня шарканье ног по деревянному полу. Передо мной на корточках в темной комнате опускается Бренна. Мы не виделись с самого выпуска. Не сразу замечаю в ее руках какой-то камень.
– Как ты…
Не успеваю договорить, как она бьет меня этим камнем в грудь.
***
Резкая боль в груди и мой собственный крик в очередной раз будят меня, вырывая из липких объятий ночного кошмара.
Тяжело дыша, на негнущихся ногах подхожу к столику с графином воды. Наполняю стакан и, стараясь не разлить все содержимое из-за крупной дрожи, пробирающей все тело, подношу к пересохшим губам, с жадностью осушая его. Сердце гулко продолжает отдавать в висках, а кровь, словно раскалённая лава, несется по моим венам. Прохладной воде едва ли удается хоть немного остудить ее. Прошло уже двадцать дней, как я работаю в поместье и каждую ночь просыпаюсь в холодном поту от преследовавших меня по ночам воспоминаний. С Властителем Тиге я больше не виделась. Добросовестно выполняю свою работу на кухне, а после изучаю поместье.
Пусть я успела восхититься внешней красотой южной части сада из окна, но то, что я ощутила, прогуливаясь по аккуратным серым тропинкам среди живой изгороди, цветущих кустарников, вдыхая запах хвои, не передать словами. Огромные стволы деревьев уходят ввысь. Шелковистая изумрудно-зелёная трава манит скинуть ботинки и пробежаться по ней босиком.
Сад с северной части встретил меня множеством кустарников и невысоких деревьев. Но самое примечательное – большое озеро в окружении пеннисетума с изящными ярко-зелеными узкими листьями. По сердцу пробежала тень боли и холода, тревоги и непринятия. Я не рискнула подойти близко к озеру, остановившись от него на приличном расстоянии. Я больше не чувствовала ее, не чувствовала зов стихии, ее манящий, теплый и такой родной голос. Чувство одиночества ударило по мне с новой силой, заставляя щипать глаза от непрошенных слез. Не желая задерживаться надолго, я еще раз окинула взглядом зеркальную гладь озера и вернулась в дом.
Массивные двустворчатые двери центрального входа с южной стороны в течение дня гостеприимно открыты, впуская в прихожую, отделанную белоснежным мрамором, настолько просторную, что у меня промелькнула мысль о ее роли не только в качестве передней, но и гостиной в дни приемов. Огромные стеклянные двери, завешенные легкой полупрозрачной бежевой тулью, выходят прямо на залитый солнцем газон и северную часть сада. В течении всего дня лучи солнца весело играют с прозрачными камнями, свисающими с кованной люстры, копией той, что висит у меня в комнате, только в четыре раза больше. С левой стороны, под огромной лестницей, также отделанной белоснежным мрамором и коваными перилами, расположена неприметная дверь, ведущая на кухню, а с правой – дверь, ведущая в комнаты для слуг. Под кухней расположены погреба с запасами еды и вина. На втором этаже комнаты для гостей, обеденный зал в таком же стиле, что и прихожая. На каждом этаже несут службу не менее пяти стражников.