Лезвие на воде (СИ)
Я понимаю, что ни мне раздавать советы в любовных делах, но по крайней мере мы с Данте время от времени разговариваем.
Не говоря больше и слова, я ухожу на тренировочную площадку. Там я сталкиваюсь со своими учениками… снова бывшими. От этого становится грустно. Их уже тренирует мужчина средних лет. Новобранцы встречают меня дружным приветствием. Я знакомлюсь с вернувшимся наставником. Ерин Кейн оказывается очень приятным мужчиной крепкого телосложения, с невероятной харизмой.
– Очень благодатен Вам, Эйрин, что подменили меня, пока я отдыхал. А то тут отпуск урвать нереально. Ребята остались в форме. Благодарю.
– Всегда пожалуйста, если еще захотите в отпуск с удовольствием вас подменю. Вы не против, если я присоединюсь к тренировке, в качестве Вашего ученика?
– Это замечательно! Только щадить Вас я не буду, имейте в виду!
– На это и рассчитываю, наставник!
Полоса препятствий, рукопашный бой, стрельба из лука, драка на мечах – прекрасное средство, чтобы привести в порядок мысли, а если надо, то и выбить лишние из головы.
Вечером мы сидим в знакомом мне шатре и слушаем лекции по стратегии ведения боя.
Вернувшись в комнату, привожу себя в порядок. Волосы собираю в высокую прическу и украшаю ее длинной шпилькой с красивыми темно синими камнями, чтобы ничего не скрывало аккуратное декольте синего платья в пол и сияющего синевой ожерелья.
Захожу в комнату к Хиларии. Она тоже принарядилась, надев черное платье с разрезанными рукавами, и уложила прямые волосы в нежные локоны, собранные спереди.
– О… – Хилария с интересом рассматривает меня. – Я тебя редко видела в платье. Правильно, что надела.
– Я смотрю, у тебя улучшилось настроение…
– Да… Оберон заговорил.
– Что он тебе сказал?
Часть 14. Хилария
Хилария
Щебетание птиц, в роскошном саду Властителя Востока, завораживает. Каждый день, начиная с моего первого появления в поместье, я прогуливаюсь под сенью многовековых дубов, вокруг ухоженных клумб и идеально подстриженной живой изгороди, превращающая весь сад в огромный лабиринт.
Лязганье мечей отвлекает меня от созерцания прекрасного и, завернув за угол вижу, как Оберон тренируется в гордом одиночестве. Он орудует одновременно двумя мечами так быстро, что я не в силах рассмотреть лезвия, что со свистом разрезают воздух.
С момента как я вернула все воспоминания и часть силы Эйрин мои чувства обострились. Теперь меня не покидает странное ощущение, которое возникает каждый раз, когда я сталкиваюсь с Обероном, но связано оно не только с тем, о чем подумала Эйрин. Как я не пытаюсь, у меня не получается объяснить, что именно мне кажется странным в нем, ведь раньше я никогда не чувствовала от кого-либо такой странной энергетики. Временами она становится подавляющей, как сейчас.
Я наблюдаю за ним, скрываясь за живой изгородью, на протяжении всей тренировки. Все это время его рубашка остается идеально сухой. Оберон не замедляет темп тренировки ни на секунду. Ловлю себя на мысли, что наблюдала бы за его тренировками часами на пролет, но Оберона прерывает подошедший с письмом слуга.
– Хилария, постой. – останавливает меня Оберон, стоит мне только развернуться, чтобы покинуть эту часть сада прежде, чем мы бы столкнулись.
Сложив письмо, Оберон прячем его в карман и подходит ко мне. Я, потупив взгляд смотрю себе под ноги, разглядывая мощеную серым камнем тропинку.
– Ты не хочешь разговаривать со мной?
– Мне казалось это ты меня избегаешь. – произношу, резко поднимая глаза, и встречаюсь со взволнованным взглядом зеленых глаз.
– Вовсе нет. Не пойми неправильно. – Оберон на миг замолкает и отводит взгляд. – Я редко бываю в поместье. Очень часто в разъездах. У меня много работы.
– Если бы не тот факт, что я оказалась в том месте, к которому ты привязан, то ты снова исчез бы как в прошлый раз… Ладно, на этот раз ты узнал, что я чудовище, но почему исчез тогда?
– Ты не чудовище. Прекрати так говорить… Я никогда не думал о тебе так и ты не смей! – Оберон замолкает, а я продолжаю смотреть на него ожидая продолжения, чувствуя, что он недоговаривает. – Я давно влюблен. Не хочу вгонять тебя в заблуждения, поэтому избегаю.
У меня от его слов все сжимается внутри. Я не ожидала, что его сердце будет свободно, но все равно услышать это от него довольно больно. В то же время мне становится легче, от того, что он избегал меня не из-за того, что я пожиратель.
– Я очень рада за тебя и твою избранницу. Я говорю это искренне и иных чувств, кроме глубокой благодарности за спасенную жизнь и уважительное отношение, к тебе не испытываю. – произношу, стараясь изо всех сил сдержать голос равнодушным и не выдать истинные чувства.
Но до последнего мне не верится в правдивость его слов. Оберон или врет мне, стараясь не обидеть, или он действительно влюблен, но тогда мне очень жаль его девушку, ведь я бы не простила, если бы мой возлюбленный смотрел на кого-то так, как Оберон смотрел на меня, когда увидел у ворот поместья.
Часть 15. Эйрин
Эйрин
Я и Хилария переглядываемся, не сдерживая улыбок, когда замечаем, как мужчины на мгновение задерживают на нас взгляд, а затем одновременно тянутся к бокалу вина и переводят наигранно равнодушный взгляд к окну, стараясь всячески не обращать внимание на наше, несвойственное нам ранее, появление.
На протяжении всего ужина каждый смотрит в свою тарелку, и только я пытаюсь поймать взгляд хоть кого-то за столом.
– Кто унаследует статус Властителя Севера и Юга? И как там сейчас обстановка? – задаю вопрос сама при этом прекрасно понимая, что там творится сплошная неразбериха.
– Это не совет, а змеиная нора. Приперлись все, кто борются за место Властителей Южной и Северной Долины. Каждый мог убрать своего родственника. – раздраженно произносит Данте, возвращая на стол залпом осушенный бокал.
– Есть хоть какие-то зацепки? – тихо интересуется Хилария.
– Я снова допросил убийц. Имя нанимателя они не вспомнили, но вспомнили имя его представителя. Мабон. На счет миндаля… Я чувствовал его запах от Властителя Западной Долины, но я знаю его довольно давно, это очень миролюбивый человек. Самое странное, это то, что после гибели Властителя Северной и Южной Долины, а также после нападения на Властителя Западной Долины пропали ключи от барьера. Три из четырех.
– Ключи… Кто-то хочет открыть барьер? – высказывает догадку Оберон.
– Люди сами в свое время нас прогнали, зачем им вдруг нас выпускать. – откладываю приборы в сторону и откидываюсь на спинку стула. – Может кто-то хочет избавиться от ключей, чтобы ни у кого не возникло мысли открыть барьер?
– Может переворот у стихийников и смерти Властителей связаны? – Хилария задумчиво мешает маленькой ложечкой свой чай.
– Даже если считать, что Агирик хочет завоевать весь материк, как он может совершать эти убийства? – я пытаюсь мыслить трезво, но сомневаюсь в своих словах.
Может произойти, что угодно.
– А что, если он так же, как и вы может проходить сквозь барьер? – обеспокоенно произносит Оберон, поддавшись вперед.
– Это вполне возможно... – мне с трудом удается выдавить из себя эти слова. - Но почему тогда он столько ждал?
Если это правда, то именно Агирик главный подозреваемый. Я прекрасно помню его громкие речи на совете о слабости дяди.
– В любом случае остался один ключ, и он у меня. Я приставил к Властителю Запада своего человека. Если у врага цель избавиться от Властителей, то он вернется за Хозяином Запада, если его главная цель ключи, то он наведается снова ко мне.
– Ловим на живца…
– Именно.
– Он снова подошлет убийц…
– Тогда мы будем допрашивать всех, может что-то узнаем. В итоге ему надоест и явится сам.
– А что, если это все-таки Хозяин Запада? Он выжил в отличии от Хозяина Севера и Хозяина Юга.
– Я тоже выжил, может тогда это все моих рук дело?