Лезвие на воде (СИ)

Спустя целую вечность он появляется верхом на своем коне, совершенно один. К нему подбегает слуга и хватает коня за узду, чтобы увести в конюшню. Данте буквально соскальзывает с седла, держа в руке какой-то сосуд. Шатающейся походкой он начинает медленно плестись в мою сторону, допивая содержимое бутылки. Он еще не успевает приблизиться ко мне, но я уже чувствую разящий от него запах алкоголя.
Он вусмерть пьян.
– О, – заметив меня, Данте старается стать ровно, не шатаясь, но получается у него плохо, и он чуть-ли не спотыкается, – доброго вечера…
– Уже скоро рассвет, Властитель Восточной Долины. Будет более уместно пожелать доброго утра.
– Да? Совершенно не заметил, как пролетело время…
– Видимо, компания было очень приятной.
Неожиданно Данте притягивает меня к себе, обнимает и утыкается носом в шею.
– Прости. – тихо произносит Данте заставляя оставить попытки его оттолкнуть.
Я не понимаю, что он имеет в виду и как понять его поведение, но продолжаю стоять не шевелясь, боясь спугнуть нахлынувшие откровения и выслушать все до конца.
– Еще тогда, у водопада, очень давно влюбился в глупую девчонку, сбегающую из дома и гуляющую по ночам. До сих пор помню тот поцелуй. – к концу рассказа его речь становится все более невнятной.
Я понимаю, что Данте говорит о той девушке, которую я напоминаю ему, и от этого становится так тошно. На глаза накатывают слезы, но я изо всех сил сдерживаю их, запрокинув голову наверх. Сегодня не видно ни луны, ни звезд. Кромешная тьма. Освещают поместье только зажжённые фонари.
– Властитель, Вам стоит поспать.
Данте медленно отстраняется от меня и кивает головой. Я забираю из его рук бутылку и, держа его под руку, помогаю дойти до дома, а затем подняться в комнату. Усаживаю Данте на кровать и собираюсь уже уйти, но он резко хватает меня за руку и снова притягивает к себе, зарываясь в мои волосы. Я оказываюсь у него на коленях.
– Но я ее потерял. Потерял. Так близко и так далеко…
– Властитель Тиге, Вам стоит поспать и…
– Снова на Вы… Это обращение… – Данте резко заглядывает мне в глаза, отвлекаясь от волос, и, едва касаясь моих губ, целует.
Я ожидала все, что угодно, но это уже перебор. Возможно, целуй он меня без предыстории, может я и смогла бы насладиться моментом, но позволить ему целовать меня, представляя другую, я не могу.
Пытаюсь оттолкнуть Данте, но его ладонь крепко держит мой затылок, поэтому я больно кусаю его нижнюю губу. Хозяин Востока резко дергается, ослабляя хватку. Пользуясь моментом, я отстраняюсь от него и вскакиваю на ноги, но Данте снова хватает меня за руку.
– Эйрин, прости. Я не хочу, чтобы ты так убежала, думая обо мне плохо…
– А ты считаешь, что поступил хорошо? Говоришь мне о том, как жалеешь, что потерял другую, а потом целуешь меня?
– Я виноват, прости. – взгляд Данте становится более ясным, и я понимаю, что укус его, пусть немного, но отрезвил. – Я поступил подло. Больше не буду. Только не уходи. Я чувствую себя просто ужасно.
– Еще бы столько выпить, я позову служанку.
– Нет, ты же не хочешь, чтобы стали ходить слухи о том, что я пьяница?
– Надо было думать о репутации до того, как пить. Позову Оберона.
– Он уехал из поместья на границу. Остаешься только ты. Мне правда очень плохо…
– Да вижу я. Только помогать тебе у меня нет сейчас никакого желания. И то, что ты спас мне жизнь, не дает тебе право пользоваться мной, как тебе вздумается. Я вообще хотела поговорить, а ты уехал и напился! – я выдергиваю свою руку и разворачиваюсь, чтобы уйти, но вместо двери, что ведет к выходу, иду к двери, что ведет в ванную.
Нахожу чистую тряпку, смачиваю ее холодной водой и возвращаюсь к Данте.
– Я поддался эмоциям. Прости. Мне не стоило столько пить.
– Отлично, что ты это осознал. А теперь раздевайся и ложись.
– С удовольствием. – на миг его лицо озаряет плутовская улыбка, но она быстро пропадает с его лица, после того, как ловит мой недовольный взгляд. – Прости, я пошутил.
Данте с трудом снимает кафтан, ботинки и разваливается на кровати. Я сажусь рядом и кладу прохладную ткань на его лоб.
 
Таким я его еще не видела. Кто услышит, не поверит, что жесткий Властитель Восточной Долины страдает от потерянной любви и может так беспечно напиться.
– Ты хотела поговорить…
– Ты пьян.
– Но твой укус меня отрезвил. Ты ведь хотела переговорить о случае в библиотеке. Мне жаль, что Оберон ранил тебя. Пусть и царапина, но все же. Он рассказал мне, что ты собиралась напороться на его меч. Сначала я сомневался, но после произошедшего на тренировке все сомнения отпали. Почему ты так безрассудна? Что ты хотела доказать этим или все же что-то скрыть, унести с собой в могилу? – Данте просто рассуждает вслух, без какого бы то ни было подозрения в голосе.
– Вовсе нет… – я собираюсь объяснить Данте, что не планировала пасть в тот вечер от меча Оберона.
Хотя потом в сердцах жалела, что он успел среагировать.
– Тогда зачем? Почему оказалась в библиотеке? – нетерпеливо перебивает меня Данте.
– Я искала тебя. Меня никто не предупреждал что ходить на третий этаж нельзя. – уверенно лгу я. – Потом увидела книги и решила подождать тебя там.
– И для этого ты разулась? Я не отапливал раньше коридор третьего этажа. – по тону Данте я понимаю, что он не верит моим словам.
– Я не хочу навредить тебе. Я благодарна тебе за то, что спас меня. Скрывать мне от тебя нечего.
– Абсолютно нечего?
Временами мне начинает казаться, что Данте знает обо мне больше, чем я сама.
– Абсолютно.
– Почему не увернулась на тренировке?
– Я боялась, что из-за слов Оберна ты больше не хочешь видеть меня и подозреваешь. Ведь его доводы вполне обоснованы. Неизвестно, кто такая. Рылась в книгах про артефакты, а может и в бумагах на столе. Он твоя правая рука и следит за всеми твоими людьми. Я видела тогда твой взгляд, полный разочарования. Меня съедает совесть. Я не хочу потерять твое и так необоснованное ко мне доверие… Не поговори я с тобой на тренировке, то снова упустила бы. Почему тогда в библиотеке ты не стал допрашивать меня? Ты принял мою сторону. Поверил мне…
– Интуиция и связи.
– Связи?
– Я знаю, что ты в розыске. В Западной Долине тебя считают стихийницей. Но не переживай, здесь тебя никто не тронет.
– Я не стихийница.
– Я вижу. Поэтому посчитал, что тебя оболгали. Такое часто бывает. Бесконечные доносы приходят в поместье каждый день. У тебя хорошая репутация, пусть и без прошлого.
– Спасибо. Но чтобы ты сделал, если бы я оказалась стихийницей?
– Отправил бы тебя домой. – абсолютно спокойно произносит Властитель Востока. – Но ты ведь утверждаешь, что ты не стихийница, поэтому я могу просить тебя остаться рядом. Я спас тебе жизнь, так что больше не ищи способов себя лишить ее. Думаю, у меня есть право требовать от тебя хотя бы это.
Он не лукавит и говорит искренне, без темного подтекста, вроде того, как «отправлю домой, туда, где большая часть твоих сородичей – на тот свет». Данте готов просто отпустить и просит остаться с ним. Уже только за это я обязана ему отплатить. Не только в этой, но и в следующей жизни.
***
Утром, свободным от тренировок, я отправляюсь в конюшню, запрягаю Амрита и делаю пару кругов по площадке, а затем выезжаю на просторное поле за поместьем. Прохладный ветер развивает волосы, влажный воздух наполняет легкие. Но хорошее настроение улетучивается, стоит мне заметить вдали огромную тучу, предвещающую грозу и неспокойный для меня день. Собираюсь повернуть назад, но замечаю, как к поместью направляется всадник. Приглядевшись, узнаю Данте, обнимающего сидящую впереди госпожу Рине.
Сердце болезненно сжимается, на глаза накатывают непрошенные слезы от созерцания этой картины и от переполняющей мое сердце зависти.
И чего я раскисла? Какая мне разница с кем он? Если ему не нужна будет Андрэйст, то он сам сможет спровадить ее, и моя помощь ему не потребуется. Возможно, она сможет заменить ему первую любовь. Я для него лишь болезненное напоминание о ней.