Последний Охотник на Магов. Том 3 (СИ)

Но почему-то мне резко расхотелось с ней расставаться… Удобный физический щит, стопроцентное отражение любых атак. Я будто обрёл левую руку, всю жизнь проходив с одной лишь правой.
Эх и неподобающие же мысли посещают главного Охотника на Магов. Всё-таки искушение перед колдовством слишком велико. Одно дело заимствовать чьи-то способности с помощью отражение, а другой — обрести свои. Теперь я лучше понимаю окружающих меня магов.
Они ни за что не захотят расстаться со своими силами добровольно.
Все мои каникулы сожрала чёртова экспедиция, и на следующий же день я был вынужден приступить к новому семестру.
У главного корпуса суетился Николай Бродский. Мой друг о чём-то встревоженно переговаривался с другими студентами защитного потока.
— Доброе утро, Николай, — поприветствовал его я. — Что стряслось?
— Володя! — воскликнул Бродский. — Моя драгоценная… профессор Лазарева уволилась!
О, быстро же она. Это хорошо. Решила всё-таки послушать меня.
Хоть здесь ты поступила правильно, Ольга.
— Не переживай, скоро ей найдут замену, — успокоил Бродского я.
— Да как ты можешь так спокойно об этом говорить! — не унимался Николай. — Ты же и сам как-то говорил, что лучше её занятий — в нашей академии нет.
Я такое говорил? Хотя, в каком-то смысле Бродский был прав. У Ольги действительно был ярко выраженный преподавательский талант. Я смог узнать много нового о защитной магии на её занятиях. А на индивидуальных — ещё больше.
Что ж, в каком-то смысле мне правда будет её не хватать. Я буду скучать по той Ольге, какой считал её изначально.
— У нас со стихийниками сегодня должен был состояться сдвоенный урок! — разочарованно протёр глаза Бродский. — Лазарева говорила, что в самом начале семестре стихийники будут оттачивать на нас свои атаки, а мы будем тренировать защиту. И что теперь? Такое важное занятие — Гаспару под хвост!
Из главного корпуса вышел Роман Викторович Побединский. За ним шли студенты боевого потока.
— Внимание! — обратился к собравшимся студентам профессор Побединский. — В связи с временным отсутствием Ольги Анатольевны, студенты защитного потока будут заниматься с другими преподавателями. Сегодня пойдёте со мной.
Фраза про «временное отсутствие» меня смутила, но пока решил не уточнять при всех. Скорее всего, Побединский так хочет успокоить студентов.
— Но как же так, профессор! — воскликнул Николай. — Мы ведь должны были оттачивать навыки защиты!
Да что он так упёрся в эти навыки защиты? Бродского отродясь ничего, кроме зелий не интересовало. Странно всё это. Меня не было всего неделю, а все мои друзья изменились до неузнаваемости. Ну, кроме Ковтунова, конечно же. Тот, как был мощной грудой мышц, так ею и остался.
— Не переживайте, Бродский, — махнул рукой Побединский. — Сегодня у боевого потока по расписанию поединки. Мои студенты с радостью потренируются на вас. Будет у вашего потока хороший шанс показать свои навыки защиты.
— Отлично! — обрадовался Бродский.
В Бродского дух Юли Колокольцевой, что ли, вселился? Откуда такое рвение к учёбе? Надо бы поболтать с ним после занятия. Что-то я беспокоюсь за ментальное здоровье Николая.
И догадываюсь, откуда это влияние.
— Белов! — крикнул Побединский. — А вы пойдёте с нами. Будете и роль атакующего, и роль защитника отыгрывать. Вам пригодится.
Мы переоделись и направились в тренировочный зал. На улице уже было не позаниматься — город окутал лютый мороз.
Когда я вошёл в зал, передо мной предстала совсем странная картина. Народу внутри было чересчур много. Кроме боевого, защитного и моего индивидуального потока, внутри собрались ещё и стихийники.
— Так, ребята, а вы тут что забыли? — поинтересовался Побединский. — Ах, ну да… — Роман Викторович хлопнул себя по лбу. — У вас ведь тоже должно было быть занятие с Лазаревой. Ну ничего! В тесноте — да не в обиде! Всем хватит места. Всем хватит моего внимания, уж не сомневайтесь.
И после пылкой речи Побединского произошло сразу несколько требующих внимания вещей.
Николай Бродский схватил Алексей Ковтунова и потащил в центр зала.
 
— Пойдём! — кричал он. — Будешь меня бить!
В это же время из рядов стихийно-разрушительного потока выскочила Анастасия Антарктьева. Девушка быстрым шагом приближалась ко мне. На её лице застыла загадочная улыбка.
Пришлось отвлечься от чудного поведения Бродского и сконцентрировать своё внимание на потенциальном враге в лице Анастасии.
Но и на этом сюрпризы не закончились.
— Фух, еле успел, — послышался рядом со мной до боли знакомый голос.
В зал вошёл Павел Мясников. Парень улыбнулся и протянул мне руку.
— Давно не виделись, Владимир. Соскучился по мне?
Воздух наполнило запахом магии крови.
Так значит, Павел всё-таки восстановил свои силы.
— Скучал, не то слово, — ухмыльнулся я. — А ты учиться пришёл или снова пытаться меня убить?
 Глава 5 
Павел усмехнулся.
— А сам как думаешь, Владимир? Буду ли я пытаться тебя убить? — ответил вопросом на вопрос он и принялся загибать пальцы. — Ты на целый месяц лишил меня способностей — раз. Отнял Закрытый Клуб — два. Каким-то образом переманил мою сестру на свою сторону и рассорил её с отцом — три. Умудрился оскорбить моего отца и даже ранил его — четыре. Я ничего не упустил?
— Ещё забыл упомянуть, что я в целом испытываю к тебе личную неприязнь, — сложив руки на груди, добавил я.
— В точку! — усмехнулся Павел. И это — пять. О чём это говорит?
— О том, что ты продолжишь свои тщетные попытки отправить меня на тот свет? — предположил вполне очевидную вещь я.
— Я не идиот, — неожиданно ответил Павел.
Вот тут я бы поспорил, но чёрт бы с ним. Посмотрим, что Мясников ещё мне скажет.
— Череда неудач моей семьи в столкновении с тобой явно говорит о том, что с Владимиром Беловым лучше не связаться, — заключил Павел. — Вот о чём говорят все перечисленные пункты.
— Уж не хочешь ли ты сказать, что принимаешь своё поражение? — спросил я.
— Именно это я сказать и хочу. Я пришёл учиться. Больше от меня проблем не будет.
Что-то подозрительно всё это. Передо мной точно Павел Мясников? А то, может быть, какой-нибудь маг-хамелеон принял его облик, чтобы подшутить надо мной?
Не могут люди меняться так быстро… Я скорее поверю, что это очередная ловушка, чтобы запутать меня.
— С трудом верится, что ты так просто от меня отстанешь, — ответил я. — Похоже, ты пытаешься усыпить мою бдительность.
Кстати, про бдительность!
Я аккуратно взглянул в сторону Анастасии Антарктьевой. Девушка, похоже, передумала подходить ко мне, когда увидела Павла. Однако Антарктьева продолжала время от времени посматривать на меня.
Любопытно, я не слышу стука барабанов, а значит, и смерти она мне не желает. Как и Павел! Что странно.
Я начинаю подозревать, что моё отражение всё же сломалось. Из-за пробудившейся магии его функции могли нарушиться. Высок риск, что и Павел, и Анастасия желают мне смерти, а я этого теперь даже не чувствую.
По-хорошему это надо как-то проверить, чтобы знать наверняка — стоит мне теперь рассчитывать на своё чутьё или нет. Но как я это проверю? Найти кого-то, кто желает мне смерти? В последнее время это стало не самой сложной задачей.
— Ты ошибаешься на мой счёт, Владимир, — произнёс Павел. — И скоро это поймёшь.
Удивительно…
Даже сейчас, когда Мясников пытается меня убедить в своей доброжелательности, его слова продолжают звучать, как угрозы. От привычки так просто не избавиться.
В другом конце зала послышался громкий возглас профессора Побединского.
— Итак! Для начала проведём один показательный поединок, а затем все разобьются на пары и продолжат тренировку самостоятельно, — произнёс он. — И первыми рвутся в бой Алексей Ковтунов и Николай Бродский! Давайте, господа. Ковтунов — атакующий, Бродский — обороняющийся. Покажите, на что способны.