Ветер стихий 4 (СИ)
В прошлой войне за титул повелителя земли Закатных пустынь великий Лаир из рода Сихья слишком сильно разошёлся, встретив упорное сопротивление загнанных в угол Дуум, применив чересчур разрушительные техники. Поставив под угрозу существование самого оазиса, по сути, вынудив божество Шаль-Дуум лично вмешаться в ту битву. От чьей ярости пострадало куда больше жителей города и самих говорящих с демонами, чем от действий Сихья. Чему змеи вовсе не обрадовались, поскольку заплатили за это слишком высокую цену. Шади повторения подобного не желали. Убеждённые в том, что божество Шаль-Сихья намного более опасно, чем божество Шаль-Дуум.
Возвращаясь к поднятой теме, Акрам указал, что дом древних Амир каждый претендент на титул главы союза постарается склонить на свою сторону. Да, у него практически нет военной силы, значимых богатств, многочисленной родни или заметного влияния на знать, но зато есть весьма полезные способности. Они очень пригодятся в борьбе со змеями, что с Сихья, что с Ханай. К тому же голос главы древнего дома проводников из касты повелителей, универсала аспекта пространства, обладателя легендарного Пожирателя солнца, будет значить очень много для рядовых сторонников того или иного альянса. Дома повелителей с уклоном в ремесло, а не боевые искусства или какие-то особые личные навыки, во всех регионах Канаан всегда ценились очень высоко.
Амира прекрасно можно было использовать в качестве своеобразного «знамени» для поднятия боевого духа. Создания видимости своего превосходства. Ведь тогда Шади смогут громко заявлять, что на стороне их альянса выступает два рода повелителей, столько же, сколько у альянсов истинных воинов пустынь и чистой крови. И в два раза больше, чем у Сихья и Дуум. Что они никому не уступают. Да и потом, наличие у древних Амир доступа к путевым вратам и возможности производства пространственных артефактов тоже не стоило сбрасывать со счетов. Воинов Шади и так найдут, во множестве, вопрос возникал с тем, что им вложить в руки. Ещё ими можно значительно усилить армию своих бессмертных слуг. Основную боевую силу владык востока. Об этом кукольники тоже не забывали.
— Прежде чем идти в гости к шифу Амиру, побеседовать на эту тему, я решил сперва заглянуть к тебе. Узнать, что он из себя представляет. Стоит ли прилагать усилия, чтобы приглашать его к нам.
Акрам не стал озвучивать то, что от этого зависел размер предложенной ему взятки. Идейным борцом за права восточной области Амир не являлся. Как и её патриотом. Это они оба прекрасно понимали, не строя иллюзий.
— Скажи, как он относится к кукольникам? Надеюсь, без предубеждений? Не считает ли наше искусство глупыми забавами взрослых детей? Или, напротив, преступными, из-за так называемого похищения душ, в чём нас любят обвинять всякие кроволюбы? А может, какими-то извращёнными? Находятся ведь желающие покупать наши особые игрушки для постельных утех.
— Я бы сказал, относиться с симпатией, — с уверенностью ответил Амередин. — Без предубеждений. Он с охотой пользуется плодами наших искусств. Интересуется их развитием. К некоторым из которых даже испытывает глубокую эмоциональную привязанность. Его личная служанка и старший секретарь из бессмертных слуг. В нездоровой любви к марионеткам, что тоже очень радует, не замечен.
— Какие приятные слова, — повеселел Акрам, от восторга хлопнув ладонью по подлокотнику кресла. — Раз уж он не тупой лизоблюд великих Сихья, обязательно его на днях проведаю. Не подскажешь, что он любит? Есть какие-то предпочтения или слабости? Чтобы знать, о чём с ним можно говорить.
— На удивление, вполне приличный молодой дерр, — настала очередь Амередина одобрительно улыбнуться. — С понятными и невинными слабостями. Самыми распространёнными. Любит красивых женщин, хорошее вино и необычные диковинки. Не прочь побаловать себя банхари. Ценит искусство, такое как живопись, архитектура, работа по камню. Интересуется литературой.
Вспомнив что-то смешное, глава рода Аллмара рассмеялся.
— В которой совершенно не разбирается, но пытается приобщиться, чтобы не выделяться среди других аристократов. Понимать, о чём она разговаривает. На каком языке и на какие темы. Спортивные или азартные игры, а также классические виды занятий нашей молодёжи с шифу Амиром лучше не обсуждать.
— Не одобряет? — полюбопытствовал Акрам.
— Как и с литературой, незнаком. Будет делать вид, что ему интересно, чтобы вас не обидеть. Подавляя скуку.
На этом обсуждение Амира закончили. Акрам перешёл непосредственно к расписыванию Амередину всех прелестей от вступления в их альянс и неприятностей, последующих за отказом. Чтобы не выглядеть сказочниками, Шади в лице своего владыки предложили Аллмара целую пачку совместных договоров в совершенно разных сферах деятельности: торговой, производственной, исследовательской, даже культурной. Предоставили освобождение от уплаты налогов на территории восточной области. Дарственные на кое-какую недвижимость и земельные участки. Согласились поделиться своими новыми разработками. Местами в лучших учебных заведениях их города. Предоставить редкие материалы, необходимые для создания особо ценных марионеток, которые так просто на рынке не купишь. Шади хорошо знали, чем можно соблазнить других кукольников в целом и Аллмара в частности.
***
Пока одни владыки выжидали, только присматриваясь к недавно появившемуся дому древних Амир, другие действовали более решительно и открыто, чего от них не ожидали. Такие, как древние говорящие с демонами, что отправили во дворец Изумрудных перьев официальное приглашение на званый ужин. Целью было объявлено знакомство, ради создания дружеских отношений. Его доставили слуги в ливреях родовых цветов древних Дуум, на карете с их гербом. Поскольку своего дворца или квартала на территории Шаль-Сихья у говорящих с демонами не имелось, из-за отсутствия необходимых разрешений городского совета, то северянам приходилось довольствоваться довольно небольшой, скромной резиденцией, куда меня и позвали. При этом землю под неё им выделили в престижном районе Серебряного города, так что обвинить господина фонарей в неуважении к Дуум было сложно.
Несмотря на то что Латифа выступала против, я решил принять их приглашение. Поссориться мы всегда успеем, так зачем же с этим спешить?
— А если Дуум решат от тебя избавиться, чтобы досадить Сихья? Поломать им планы, — высказала свои опасения Латифа.
— Для этого есть способы куда проще. Напротив, чтобы не выставлять себя бесчестными подлецами, плюющими на законы гостеприимства, они с меня пылинки сдувать должны. Странно, что я объясняю тебе такие простые вещи, — удивился.
Кто из нас потомственный аристократ с их вечными заморочками по поводу чести и сохранения лица?
— Ты слишком беспечен, — не пожелала признавать свою неправоту.
Одно дело судить о каком-то незнакомце со стороны, сидя на диване, другое, примерять свои же суждения к себе.
— Почему же? — возразил, — Я допускаю возможность, что меня проклянут, отравят, наложат какое-нибудь незаметное заклятье. Попытаются обмануть. Только не понимаю зачем? Вот для этого и еду. Чтобы во всём разобраться.
Несмотря на убеждение супруги в том, что я слишком беспечен, об осторожности забывать не стал. Отправил к резиденции одного из телохранителей с медальоном, к которому была привязана пространственная метка. Получив от него сообщение о том, что всё в порядке, к указанному времени переместился прямиком к самым воротам. С собой взял лишь Аюни, одетую в одежды кунан и Чха-Ух, наряженную в форму дворцовой стражи. На всякий случай приказал целому отряду Фалих затаиться неподалёку от резиденции Дуум, в ожидании условного сигнала. Одного из трёх. Прибыв туда заранее, отдельно от меня.
У ворот с суровыми выражениями лиц застыла почётная стража из двух дашун Шаль-Дуум, чья одежда и по расцветке, и по фасону немного отличалась от одежды южан. Хотя внешне они выглядели неотличимо от местных жителей.