Ты моя тень (СИ)

— У птички, оказывается, очень обеспеченные родители. Я даже от греха подальше со своим женатиком рассталась.
— Неужели поумнела, — я наклонилась над коляской-трансформером и вручила Даньке игрушку, которую он всё время ронял из рук.
— На тебя смотрю. Может быть, тоже хочу детишек.
— Тут нет слова может быть. Это не понянчиться на один вечер. Нянчить придется всю жизнь. И чем старше, тем нянчить приходится больше.
— Ну, такая же красота няшняя! — Настя пощекотала Дениса по животику, и он расплылся в улыбке с четырьмя зубами.
— Мы ещё часик и поедим уже домой. Богатырям моим уже спать пора.
— Я с тобой. Развлекать вашу пенсию не хочется.
Я улыбнулась. Настя могла в лицо сказать правду без прикрас.
— Хорошо, как раз шампанское будет кому открыть.
Настя теперь оставшееся время прохаживалась по залу, поглядывая на часы. Я решила пожалеть подругу, и мы собрали мальчишек на пятнадцать минут раньше.
— Мама, мы поехали. Настя со мной, мы хотим ещё дома пообщаться, — я шепнула на ухо уже весёлой и подпившей маме, — спасибо за праздник.
— Для вас, родные.
Я поцеловала её в щёчку и вышла к машине, где уже сидела Настя на переднем сидении, наверное, вся в нетерпении, и в детских креслах — близнецы.
— Помчали, — я усмехнулась.
Настя уже барабанила пальцами по панели, и я, развернув машину среди припаркованных на стоянке авто, направилась в сторону нашего дома.
Мы въехали на парковку и, поставив свою машину под своим номером, выключила зажигание.
— Классно. Вот так с парковки и сразу до порога своей квартиры, — присвистнула Настя, находясь в лифте, резво понимающего нас на десятый этаж, — я решила свою квартиру перепродать и тоже в новый дом переехать.
— А деньги?
— Кредит никто не отменял.
— Хорошая мысль, — я открыла дверь квартиры, — у нас теперь бардак. Не удивляйся.
— Я называю это творческий беспорядок.
— Шампанское и фрукты в холодильнике. Похозяйничай сама.
— Замётано.
Я отнесла мальчиков в спальню, и мои бутузы почти сразу уснули, уставшие от насыщенного дня. Я зашла в кухню. Шампанское уже в бокалах, фрукты на столе.
— За тебя, — Настя подняла бокал с шампанским, — за самую отчаянную маму, которую я знаю.
— И за самую без башенную крёстную маму.
Я сделала большой глоток шампанского первый за последние два года.
— Я иногда поражаюсь твоей стойкости, я бы давно уже козырнула детьми пред его носом.
— Зачем? Неужели ты думаешь, что он припадет к моим ногам.
— Не думаю…, знаю, что припадет. Уже готовая семья. Красавица мама и принцы в люльках, — Настя рассмеялась.
— Король уже занят и безмерно счастлив. Ты бы его мину довольную видела. И опять блондинка. Я знаю, почему у нас ничего не срослось. У меня не тот цвет волос, — хмель уже крутил мою голову.
— У нас ещё будет всё хорошо. У тебя когда-то появится мужчина, который полюбит тебя вместе с твоими мальчишками, а я выйду замуж за Даньку.
— Хороший тост! — Я стукнула бокал Настюши и закинула в рот большую клубничку. — А пока… займемся открытием отделения, тем более, что здание я уже нашла.
— Я в тебе не сомневалась. А близнецы?
— Буду искать няню. Другого варианта нет, нужно становиться на ноги.
— А вообще я боюсь твоего Костика. Ты после него в себя долго приходишь. В последний раз, когда вы расстались, я по твоему лицу всё поняла и рванула за тобой на балкон… Побоялась, что с третьего этажа сиганешь.
— Мыслей таких никогда не было… Но отчаянье…, я помню своё состояние после Костиного не звони мне больше сука. Я запомнила его слова на всю жизнь.
Будни, приправленные хлопотами, пролетали мгновенно. Настя, вдоволь наигравшись с мальчишками, вернулась через месяц в свой далекий Питер. Я сидела на диете, готовилась к выходу из отпуска по уходу и искала няню для мальчишек. Несколько кандидатур приходили ко мне на собеседование из агентства, но меня не устроил ни один из них: где-то не устроил юный возраст, где-то слишком зрелый возраст претендентки, кто-то показался слишком беспечным человеком.
 
Телефон завибрировал, подпрыгивая на кухонном столе.
— Мария Андреевна, — слишком официально начал Виталий Александрович, — вы готовы выйти из отпуска и занять должность управляющим отделением банка?.
— Уже давно, Виталий Александрович.
— К вам из Москвы для подготовки документов вылетают юристы из головного офиса, номера для связи я вам сброшу. Здание согласовано. Хороший выбор. Надеюсь, мы с вами встретимся на открытии.
— Отличные новости, Виталий Александрович, всё будет в лучшем виде, — я отрапортовала, пребывая в панике. Няньку для близнецов я ещё не нашла.
— Надо ускориться, — сказала я себе и открыла сайты по подбору персонала.
Няню я нашла с большим трудом. Мама посчитала меня слишком придирчивой в выборе, но я доверяла самое главное в моей жизни. Татьяна Владимировна мне понравилась сразу. Бывший воспитатель в детском саду, имеющая внушительный опыт работы в других семьях, сразу нашла общий язык с моими капризными и характерными малышами. Оставляя мальчиков с Татьяной Владимировной, я знала, что с ними все будет в порядке, и я могла сосредоточиться на своей работе. Искать чужие ошибки оказалось легче, чем полностью отвечать за работу всего отделения. Я уже официально прията в должность во вновь открытом отделении и уже вовсю набирала персонал для открытия отделения, но официально мы открываемся в августе. Перерезать ленточку должны были мои руководители из Москвы. Виталий Александрович и ещё пару начальников из Санкт-Петербурга. Моя задача усложнилась. Нужно было найти всему вышестоящему начальству комфортное жилье, соответствующее их уровню, и организовать банкет в честь открытия. От уровня ответственности нервы зашкаливали.
В ответственный для меня день я прибыла на рабочее время заранее. Я практически не спала. Управляющим оказалось быть очень уж волнительно. Вся команда начальников из Москвы прилетела накануне, и я уже успела познакомиться с престарелыми и не очень престарелыми мужчинами, которых Виталий Александрович год уговаривал на открытие отделения. Я организовала размещение в высококлассном отеле и банкет в пятничный вечер. Все москвичи должны были по задуманному мною сценарию, довольные улететь в Москву в субботу. Из окна своего кабинета я смотрела, как выплывают грузные "мэны", обсматривая, выбранное мною здание. Будем надееться, что одобрили. Через стеклянные двери моего кабинета я увидела нервно снующего секретаря. Секретаря я нашла в последний день и из того набора претенденток, что побывали на собеседовании. Подходящего мне варианта я не нашла, поэтому пришлось довольствоваться тем, что есть. И секретарём у меня принята молодая девчонка, вчерашняя студентка. Опыта нет, сноровки пока тоже, но сообразительная Ольга мне показалась, справится лучше, чем остальные.
— Добрый день, проходите, — я открыла стеклянные двери своего кабинета, — Ольга, пожалуйста, приготовьте всем кофе.
— Хорошо, Мария Андреевна.
Даже непривычно. Мария Андреевна. Подчиненные.
Растем…
В ряд расставленных кожаных кресел уселись все мои Петровичи и Владимировичи и я в своем строгом бежевом костюме, приобретенным специально для этого случая, в котором я была чудо как хороша. Через час к нам присоединиться небольшая делегация из администрации города для антуража и перерезать ленточку, а пока мне задавали рабочие вопросы и раздавали рабочие советы, которые я старалась слушать, но толком не слышала из-за своего нервно-возбужденного состояния. Виталий Александрович одобрительно кивал на мои ответы. Наверно, увидел страх в моих глазах. Я выдохнула, когда под аплодисменты Евгений Владимирович, махнув ножницами, положил в коробочку отрезок красной ленты на память. В моем кабинете Ольга и Марина, мои новые сотрудницы, расставили аппетитные фуршетные блюда, заказанные в ресторане, и спиртное на разный вкус: виски, коньяк, шампанское. Вкусы моего нового начальства были прозондированы заранее.