Невыносимый Дар (СИ)

— Мне хочется, чтобы ты помогла Каро переодеться, — говорит он и достает из шкафа то самое платье куклы. Мерзавец.
— Почему я? — Энси выползает из своего угла и безуспешно пытается взять себя в руки. Получается у нее это плохо. Голос дрожит от едва сдерживаемых слез, на щеке расцветает синяк, похоже, Эдвардс все же ее где-то приложил. Но противоречить соседка боится, хотя и пытается что-то выяснить. — Что ты вообще задумал? Зачем ей переодеваться? Ты меня пугаешь, Эдвардс.
— На платье должны остаться твои отпечатки, Энси. Это ведь ты у нас маньячка, — ласково улыбается он, а мне становится чуть понятнее его замысел. — Неуравновешенная, повернутая. Мы год провели вместе в приюте, у тебя была неустойчивая психика…
— О чем ты говоришь?
— Энси, помоги ей… ты же знаешь, мне не нравится, когда ты тупишь.
Энси всхлипывает и замирает.
— Ну же! — рычит Эдвардс, заставив девушку дернуться вперед и схватить из его рук платье. — Каро, снимай одежду.
— Всю? — равнодушно уточняю я, мечтая о том миге, когда избавлюсь от заклинания. Знаю, как только обрету свободу, а это произойдет быстрее, чем Эдвардс рассчитывает — приложу к этому все усилия, я убью его. Интересно, он это понимает? Или считает, будто все держит под контролем?
— Снимай всю… — с определенной задержкой, словно взвешивая «за» и «против», говорит он.
На щеках Эдвардса появляется нездоровый румянец, а дыхание сбивается, когда я начинаю неспеша раздеваться. В спортивной среде, на соревнованиях хорошо, если тебе повезло и есть раздельные раздевалки. Я не испытываю смущения, оставшись перед незнакомыми людьми без одежды. У меня хорошая фигура, мне нечего стыдиться и нет причин комплексовать. Эти эмоции я оставляю Энси, которая переводит ошарашенный взгляд с меня на своего парня. Она не может не видеть, как на меня смотрит Эдвардс, а я ведь ничего не делаю, просто стаскиваю с себя одежду.
— Но, Эд… так нельзя! — возмущается она, словно забыв, что этот чокнутый уже определил ее на роль маньячки, видимо, чтобы обелить себя и снять все подозрения. Получается, мы с Энси все же должны будем умереть? Вопрос когда? А вот Энси нервничает и вопросы задает совершенно неверные. — Почему ты на нее смотришь?
— Потому что мне, очевидно, нравится…
Он действительно смотрит на меня иначе, не так, как его отец. Во взгляде его отца был восторг эстета, который хочет пополнить свою коллекцию очередным экспонатом — красивой куклой. Эд же смотрит на меня с вожделением и жадностью. Это хорошо. Значит, он меня не убьет. По крайней мере, сразу. Надо намеренно тянуть время. Заклинание не может действовать бесконечно. Моя задача — сделать так, чтобы Эдвардс пропустил момент, когда я обрету волю.
Да, мое тело беспрекословно подчиняется приказам парня, но вот скорость, с которой я их выполняю, не регламентирована. Поэтому раздеваюсь я максимально медленно, но не настолько, чтобы маньяк заподозрил что-то. Он вообще не особенно способен сейчас соображать. Это мне на руку. Желание — это эмоции, а эмоциональный человек допускает ошибки. Отец Эдвардса всегда был хладнокровен. Именно поэтому у меня не было шансов, а потом однажды он вышел из себя, начал допускать ошибки, и я сбежала. Только сейчас я понимаю, его нервозностью была связана с сыном. Точнее, с тем, что он боялся его потерять. Интересно, чего боится Эдвардс? Чего он хочет, я уже поняла.
  
Глава 24
 
Переодеваюсь в платье с помощью всхлипывающей Энси. У меня самой слез нет, и это не потому, что наложенные на меня чары не позволяют. Нет. Все воспринимается, как некий сюр. А еще ловлю себя на мысли, что я не та маленькая, напуганная девчонка в логове маньяка. Напоминания о том страхе и боли, оказывается, намного страшнее реальной ситуации, в которой я оказалась. Хотя и она не сахар.
 
Я не понимаю соседку. Мне никогда не были близки и понятны настолько ведомые люди. Эдвардс догнал ее один раз, и она сдалась. Послушно приняла роль, которую он для нее написал. Шнурует мой корсет, затягивая потуже. Расправляет оборки и делает мне кукольный макияж (весьма, к слову сказать, профессионально). Огромные ресницы, неестественно распахнутый, наивный взгляд за счет умело нанесенных теней. Эдвардс хочет меня видеть такой, какой я не являюсь. Красивой иллюзией. Опасно, потому что этот образ беззащитный, а я нет.
Щипцы прижигают кожу головы, когда Энси дрожащими руками закручивает мне локоны и прицепляет к затылку огромный розовый бант на заколке. Волосы от лица убраны, а вот те, что спускаются по спине ниже поясницы, распущены. С виду идеальная кукла — покорная и безопасная. Но я отказываюсь принимать себя такой.
Страха нет. Я смотрю в зеркало и не вижу себя. Наверное, поэтому кукольный образ не пугает. Это не я. Это иллюзия Эдвардса. Я боялась всегда этого образа, так как он ассоциировался у меня с безысходностью и смертью, но Эдвардс нарядил меня так не для того, чтобы убить, а для того, чтобы поиграть. А с игрой у меня значительно больше шансов, чем со смертью. Знаю, рано или поздно, он допустит ошибку, расслабится, ведомый своими страстями. Главное, остаться до этого момента в здравом уме и трезвой памяти, чтобы в нужный момент ударить.
— Ты красивая, Каро… — довольно произносит Эдвардс и достает нож из верхнего ящика стола. Подходит и вкладывает его мне в руку.
— Это еще зачем? — испуганно уточняет Энси и попытается отступить, а парень сильнее сжимает мои пальцы на рукояти.
— Понимаешь… — Эдвардс обращается к своей девушке, но при этом смотрит исключительно на меня. Когда обходит по кругу, нежно проводит ладонью по моей щеке. — Каро охотилась за преследователем. У нее было несколько кандидатур…
— И что?
— А то, что ты, Энси, последняя из ее подозреваемых. Она только поэтому поехала с тобой, чтобы проверить свою версию…
— Ты меня пугаешь… — голос девушки дрожит, как и ее руки.
— Не бойся. Каро, все сделает не больно. Правда, ведь? — обращается он ко мне. — Моя кукла будет выполнять приказы. Отец был глуп, он убивал своих кукол и лишался любимых игрушек. Считал, что холодные и безмолвные куклы не способны его ранить, не способны сказать ничего поперек. Но есть ведь другие средства. Некоторые люди, такие как Энси...они рождены быть игрушками, заведомо послушные, выполняющие волю более сильного. А Каро… Каро сложнее, тем интереснее ее сломать.
Что этот идиот задумал? У меня по спине пробегают мурашки. Мне совершенно не нравится то, что сейчас происходит, и я определенно не могу уследить за ходом мысли Эдвардса. Он не хочет ослаблять контроль, а меня это совершенно не устраивает. К счастью, Эдвардс горит желанием рассказать, как можно больше про свой гениальный план. А чем дольше парень болтает, тем больше у меня шансов освободиться от действия заклинания. Я маг-менталист, мне не нужно полностью возвращать контроль над телом, достаточно просто призвать магию. Пока и это не выходит.
— Я расскажу, как все произойдет, Энси. Получится очень интересная история. Ты опоила Каро, ты нарядила ее в платье и собиралась убить, но Каро оказалась сильнее и смогла тебя победить, к тому же на помощь пришел я. Давно подозревал, что с моей девушкой что-то не так. Я хотел спасти вас обоих, но не смог, ты совсем повредилась умом. Твоя смерть — трагическая случайность. Естественно, после пережитого, Каро преисполнилась ко мне благодарности. Он завтра порвет все свои связи. Бросит парня, цеуньши и переедет ко мне. В эту милую комнату, чтобы стать моей куклой. Последнее, конечно, мы не расскажем никому. Это будет наша маленькая, милая тайна. И из колледжа Каро тоже уйдет, зачем ей образование, если есть любовь и безопасное место?