Невыносимый Дар (СИ)

— А ты бы не скучала?
  
Глава 18
 
Молчу не потому, что не знаю, что сказать, а потому что слова подбирать чертовски сложно. Между нами опять очень непростой разговор. У нас всегда все сложно. Я почти смирилась с этим.
— Не знаю. Возможно, нет. Все зависит от того, чего бы я приобрела в новой жизни, и чем бы мне пришлось пожертвовать ради возвращения в старую. Например, тобой я жертвовать не готова.
— А я ничем не собираюсь жертвовать. Зачем? Я просто хочу вернуть то, что было. Я избавлюсь от экзоскелета и верну себе тот арсенал возможностей, который у меня был. А пользоваться ими или нет, решу потом. И все у нас будет хорошо.
— А сейчас плохо? — спрашиваю я.
— А ты сама ответь на этот вопрос.
Ответ крутится на кончике языка, но я понимаю «плохо» не у нас. Мое плохо вокруг нас, «мы» - это единственное хорошо. Еще бы понять, как это донести до Дара.
 Мне жаль, что Дар так уперт в своем желании переломить ситуацию, которая определенно сейчас не желает ломаться. В нем я вижу отражение себя, и это очень отрезвляет. Я понимаю, что не хочу быть сломленной. Я никогда не была такой, я всегда преодолевала и гораздо более весомые трудности. Я начинаю понимать это под выворачивающие наизнанку песни Ангелов.
В них столько боли, надежды и прозрения, что я словно очищаюсь сама. Переосмысливаю события последнего времени. Я жива все еще. Я все еще могу занять призовые места, я учусь в престижном колледже, со мной рядом сидит самый красивый и невероятный парень и мне, демоны задери, нравится эта жизнь. Жизнь, в которой есть любовь и перспективы, жизнь, в которой я могу стать успешной и жить, а не выживать. Жизнь, в которой в мой бокал вышколенный официант наливает розовое игристое — такое свежее, со щекочущими язык пузырьками. Мне нужно быть сильной и вывести на чистую воду того, кто играет со мной. Еще бы понимать, как это сделать?
Концерт продолжается, а вот бутылка шампанского закончилась. Мне сложно осознать, что она вся во мне. Задумчиво смотрю на бокал.
— Заказать еще? — ровно спрашивает Дар, моментально разгадав мой взгляд. Он что хочет меня напоить? Отрицательно мотаю головой.
— Пожалуй, воздержусь. Будет неловко, если меня потянет танцевать на столе.
— Не переживай, — хмыкает парень и притягивает ближе к себе на диванчике, чтобы я положила голову ему на плечо. — Все, что случилось на облаках, остается на облаках. Вряд ли тут кого-то удивишь или впечатлишь, после сестры Яна Яриши и Рюка, никогда не думал, что буду скучать по этим двоим.
— Я боюсь удивить себя, — отшучиваюсь в ответ и переплетаю свою руку и его. Пальцы нагрелись и уже не дрожат. Кажется, я преодолела некую грань. После того как упадешь в самую бездну, начинается путь наверх. Это неизбежно. Просто падать больше некуда.
Ангелы заканчивают последнюю композицию, и в зале гаснет свет, чтобы в полнейшей темноте под потолком вспыхнули огненные крылья и рассыпались магическими искорками, оседающими на пол, столы и посетителей. Совершенная иллюзия, от которой захватывает дух и волшебное завершение вечера. Я благодарна Дару за то, что он меня сюда привез.
— Тебе стало хоть немного лучше? — интересуется парень, пока ведет меня к магмобилю. Меня слегка пошатывает, в голове розовые пузырьки и немного сладкой алкогольной ваты.
— Мне стало много лучше, — признаюсь я. — Спасибо тебе за незабываемый вечер. А если меня не выпрут из колледжа… будет совсем отлично.
— Ну об этом Мара позаботится, не переживай. Домой?
Смотрю на него с вызовом и отвечаю.
— Ну все зависит от того, что ты под этим подразумеваешь...
— Сам не знаю. — Дар пожимает плечами. — Где для тебя дом, Каро?
— У меня его нет… а для тебя?
— Там, где бабушка, воспоминания… но… я не уверен, что хочу тебя отвезти туда.
— А куда хочешь?
Парень откидывается на спинку кресла, словно о чем-то серьезно думает, молчит, а потом произносит.
 
— Я могу показать тебе то место, которое стало бы моим домом полгода назад, если бы я не был в экзоскелете. Мы с Китом планировали начать вольную жизнь. Точнее… теперь я понимаю, что это я планировал, а Кит, как всегда, шел у меня на поводу. Как его отпустить, Каро?
— Он сам уйдет, Дар, как только его собственная жизнь станет для него ближе, чем твоя. Как только собственные проблемы поглотят твоего брата сильнее, чем твои.
— То есть в его жизни должно произойти дерьмо, чтоб он стал самостоятельным? — невесело уточняет парень.
Неприятно это говорить, и я просто грустно улыбаюсь.
— Ответь на свой вопрос сам. Когда ты, Дар, разорвал связь с близнецом и стал самостоятельным?
Дар не отвечает, но срывается с места так, что меня  вжимает в спинку магмобиля. Кажется, он нашел нужный ответ.
За стеклами магмобиля смазанным пятном мелькает город. Зажигаются магические фонари, а извивающаяся между мостами трасса превращается в сверкающую фарами магмобилей ленту или извивающуюся змею, которая, сверкая, ползет по улицам ночного Горскейра с окраин, продвигаясь в центр, чтобы сожрать… интересно чего? После шампанского мысли мои стали причудливы и загадочны. Я сама их пугаюсь.
Мы мчимся, обгоняя поток. Дар — прирожденный водитель, и хотя, после победы на треке, он не садится больше на осу. Просто потерял к ней интерес, но и тихая езда — это не про него. Он не обгоняет кого-то специально, не пытается соревноваться, просто кажется, что он живет и дышит быстрее, чем поток.
Парень задумчив и сосредоточен, я не отвлекаю его, не спрашиваю, куда именно мы едем. Мне просто хорошо и спокойно. А ему нужно подумать, в том числе и о том, что он не может за Кита стать самостоятельным.
Район, куда мы въезжаем новый, респектабельный и непохожий ни на элитный центр со старинными индивидуальными особняками, ни на таунхаусы, в которых живет шэх на окраине, которые больше напоминают загородный поселок для среднего класса. Непохож он и на небольшие дома-муравейники в западной части нижнего Горскейра — там ютятся рабочие, студенты из необеспеченных семей и доживают свой век старики, которые не скопили за всю свою жизнь ни на что поприличнее.
Здесь же бетон, стекло и дорогие магмобили, рестораны и кафе на первых этажах, шлагбаумы, ведущие на закрытую территорию. Ухоженные лужайки и закрытый подземный паркинг, откуда лифт, состоящий из клубящегося тумана, поднимает нас на последний этаж к пентхаусам, принадлежащим верхушке элитного сообщества города. Точнее, новому поколению элиты, тем, кто предпочитает городскую суету, верхние этажи и ритм большого города неспешной жизни центральной части Горскейра. Здесь панорамные окна, джакузи и самая современная магия, которая дарует полный комфорт. Все это узнаю от Дара, пока мы поднимаемся на последний этаж.
— Это квартира родителей, — поясняет Дар, открывая передо мной массивную дверь. — Я родился первым, поэтому она досталась мне. Какие-то минуты решили все. — Хмыкает он.
— А Кит?— уточняю я обеспокоенно. Не может же быть, что второму близнецу родители не оставили ничего. Нет, я знаю, что у братьев есть бабушка и состояние исчисляется не одной квартирой в элитном районе, но все равно становится немного обидно.
— Родители купили эту квартиру перед нашим рождением, — поясняет парень. — Когда мама узнала, что у нее будет двойня, отец купил еще одну такую же квартиру, но в соседнем подъезде. Вот она принадлежит Киту. Мы должны были приехать сюда в прошлом году, когда нам исполнилось по восемнадцать. Но не приехали… — мрачно заканчивает он, снова погружаясь воспоминаниями в прошлое.
— А сейчас? Что ты хочешь сейчас, Дар? Почему не съедешь сейчас? Ты достаточно мобилен, чтобы жить один.
Парень внимательно смотрит мне в глаза. Мы стоим у приоткрытой двери в коридоре, погруженном в полумрак и, кажется, я сейчас забуду, как дышать. Настолько мне волнительно быть рядом с ним. Воздух дрожит от напряжения между нами. Я даже разглядывать квартиру не хочу, не принципиально что там дальше в глубине коридора. Важно лишь то, что между нами.