Контрольный в душу (СИ)

Мысли о будущем заставляли кожу покрываться мурашками, я ведь понятия не имел о том, что со мной будут делать. Вроде как и не сотворил ничего плохого, вирусов не запустил, информацию не уничтожил, не скопировал, не переправил кому-нибудь. Да и не собирался, но кто поверит?
- Проследуйте с нами, - довольно быстро закончив свои махинации с компьютером, проговорил один из явившихся за мной мужчин, не удосужившись ни представиться, ни хотя бы мое собственное имя узнать.
Поездка на автомобиле с большим кузовом, отделенным от кабины водителя металлической решеткой, заняла от силы минут пятнадцать, но и за это короткое время я успел запаниковать, слегка успокоиться и запаниковать снова – когда машина остановилась перед воротами, ведущими на закрытую территорию, огороженную забором и колючей проволокой. Что там располагалось, я не знал, но оно заведомо мне не нравилось.
- Вы можете объяснить хотя бы, что происходит?.. - наконец спросил я, когда оказался в просторной комнате внутри трехэтажного здания. Комната имела одно огромное затемненное окно, я видел такие в фильмах и с уверенностью мог сказать, что с той стороны все прекрасно просматривается. Удручающая обстановка дополнялась привинченным к полу столом с гладкой поверхностью и стулом, на который я был усажен.
- С вами побеседует наш сотрудник, - без эмоций проговорил мужчина.
- А потом?
- Он решит.
Меня оставили одного примерно на полчаса, хотя я не мог с уверенностью сказать, что действительно был один – непрозрачное стекло так и притягивало взгляд, казалось, будто я вот-вот различу за ним силуэты людей, но сделать этого никак не удавалось. Несмотря на то, что на дворе стояла глубокая ночь, спать не хотелось и усталости я не чувствовал, нервы шалили настолько, что вырабатывающийся адреналин, наверное, не дал бы и глаз сомкнуть. Я, сидя на жестком и неудобном, как специально, стуле, пытался подавить собственную реакцию и не показывать, насколько боюсь.
Убеждал себя – все обойдется, ничего серьезного не произошло, нужно только отвечать правду, не усугублять собственное положение, и скоро это закончится.
- Даниэль Батлер, двадцать один год, место жительства – штат Вашингтон, Сиэтл, Терри-авеню восемнадцать… - только открыв дверь, проговорил вошедший «сотрудник».
- Квартира семь, - закончил за него я.
Мужчина выглядел старше своих коллег, лет ему, наверное, под пятьдесят, грузный и интеллигентный, но это впечатление меня обмануть не могло, я словно чувствовал – такой за себя постоять умеет. Наверняка в прошлом занимался спортом, может даже боксом – коротко стриженные виски почему-то упрямо порождали ассоциацию с одним из популярных ныне боксеров, не помню его имени.
Он не садился, да и не на что, единственный стул уже занимал я. Опершись ладонями о стол напротив, мужчина заговорил немного более дружелюбным тоном:
- Вижу, вы не против сотрудничества, похвально. Я – инспектор службы безопасности информационных операций. Полагаю, нет нужды объяснять, что вы здесь делаете. Или вы ни в чем не виноваты? – бровь на его серьезном лице слегка приподнялась.
Вопрос, наполненный скепсисом, заставил меня насторожиться и неуверенно пожать плечами. Как тут ответишь, когда я действительно не виноват, ведь в целях не было навредить. Они-то об этом не догадываются, важны одни факты.
- Вами было совершено проникновение в закрытую базу данных военных сил США?
- Было.
- Вы осознавали, что это незаконное действие?
- Осознавал.
- Вы действовали по собственной воле, без принуждения, физического или морального?
- Без принуждения, - соглашаться было легко, я даже расслабился немного, видя, что инспектор настроен не агрессивно.
  
- Вы действовали по собственному умыслу, не руководствуясь просьбами, уверениями или убеждениями третьих лиц?
«Это Джея, что ли?..»
- По собственному.
- Хорошо, - последовала небольшая пауза. Бумаг при мужчине не было, как и любых предметов вообще, наручников на меня не надевали, и я почему-то подумал, что при желании мог бы даже напасть на него. Мысль, смешная в своей абсурдности, заставила губы дрогнуть в улыбке – наверняка же за нами наблюдают, и сделать какую-нибудь глупость точно не позволят.
- Продолжим, - вывел меня из размышлений голос инспектора, казалось, даже не шевельнувшегося с начала разговора. – Что являлось конечной целью ваших действий?
- Ну… - я замялся, лихорадочно соображая, что отвечать. Вот же ж – столько времени находился в одиночестве, самое то для обдумывания ситуации, а ответов никаких не заготовил. Пришлось, чтобы не тянуть время, говорить хоть что-то. – Просто я хотел найти там одного человека, это мой знакомый, я знаю, что он был в армии, вот и… - закончить мне не дали, инспектор звучно хлопнул ладонью по столу, заставив вздрогнуть и замолчать.
- Коротко и по сути, молодой человек. Что являлось конечной целью ваших действий?
- Информация…
- О каких людях, объектах, географических областях или процессах?
- Какие процессы… - вновь растерявшись, я поддался страху, скрестив руки на коленях, стараясь как можно сильнее вжаться в стул.
- Отвечайте, пожалуйста.
- Про Альфреда. Альфред Флемминг, - я почти своими глазами видел, как там, за стеклом, кто-то, повинуясь брошенному вскользь взгляду инспектора, кинулся проверять названную мной фамилию.
- Еще кто-нибудь?
- Только про него, - мужчина удовлетворенно кивнул, не представляю, как он отличал, вру я или нет, да и отличал ли вообще.
Дальше разговор пошел уже в ином ключе – я рассказывал, лишь иногда получая уточняющие вопросы. Рассказал, где и при каких обстоятельствах познакомился с Альфредом, все, что знал о нем, тоже пришлось обнародовать, но хуже всего стало, когда вопросы коснулись квартиры, в которой меня взяли, и моего опыта, связанного с подобными операциями. Джея выдавать не хотелось, но он подобную ситуацию предусматривал, потому я многого и не знал: ни фамилии его, ни адреса, возможно, даже имя вымышленное. Описал только внешность, практически не солгав при этом, ведь стоило мне замяться, как инспектор негромким голосом предупредил о том, что для меня будет лучше говорить правду.
Тон его заставил внутренне сжаться.
Время шло, инспектор, выжав из меня все, что можно и нельзя, ушел, я вновь остался один в пустой ярко освещенной комнате. Усталость навалилась с удвоенной силой, о прошедшем количестве времени я понятия не имел – наверное, уже утро. Дерек мог бы волноваться, но о нем я тоже рассказал и не сомневался теперь, что брат поставлен в известность о моих проблемах.
Промаявшись еще немного, я не выдержал, положил руки и голову на стол и закрыл побаливающие от освещения глаза. Под веками тут же замерцали цветные круги, голова закружилась – переутомление, нервы, чертовы лампы на потолке.
- Пройдемте, молодой человек, - один из давешних «людей в черном» вошел в комнату, заставив поднять голову, а после и вовсе встать.
Появившаяся было надежда на то, что меня выпускают, быстро погасла – светлый неширокий коридор, по которому мы проходили, уперся в массивную металлическую дверь, за которой обнаружился еще один коридор с рядом одинаковых узких камер. Ввели меня в крайнюю, ничем от других не отличающуюся – такая же чистая, хорошо вентилируемая, но без особых удобств. Койка, накрытая казенным матрасом, так и тянула к себе, но я помедлил, оборачиваясь к закрывающему дверь мужчине: