Контрольный в душу (СИ)

- Скоро? – стоило опуститься на стул, как Томас тут же оказался на моих коленях, обнял за шею и крепко прижался. Я не понимал, зачем он так делает, вроде бы взрослый уже парень, а ведет себя, будто ребенок. Может, не хватает нежности, как говорится, в детстве недолюбили, но то же самое я могу сказать и о себе. Я же не лезу ни к кому на руки…
- Откуда мне знать? – только я собирался обнять его в ответ, как за дверью послышались шаги, парень пулей с меня слетел, оказавшись на своей кровати, а в комнату вошел Стив:
- Вам уже говорили?
- Что? – вопрос мы с Томасом задали почти одновременно.
- Насчет завтра, - объяснил наш сожитель, подходя к двери в ванную. – Нет? Значит, скажут утром.
- Что?! – все эти секреты я терпеть не мог, как и любую неизвестность. Недолго ждать, всего лишь ночь, но если знаешь уже прямо сейчас, почему бы не сообщить?
- Интересно? – Стив лукаво улыбнулся, а я заметил, как у Томаса сжимаются пальцы. Понимаю, сам бы придушил уже этого интригана. – Ладно, ладно. У нас завтра лошади.
Больше он ничего не объяснил, закрылся в ванной и на наши расспросы и требования из-за двери попросту не отвечал. Зараза!
Мы с Томасом строили много теорий насчет того, что же именно Стив имел в виду, говоря «лошади», но ничего так и не смогли придумать. Слишком расплывчато, слишком много вариантов, все-таки придется подождать до завтра, не так уж это и долго.
Во время завтрака следующего дня нам действительно все рассказали, хоть и профессиональным языком, но куда лучше вечно темнящего Стива. Это на самом деле будут лошади – табун живых лошадей, к которым нас повезут во время обеда. Один из элементов психологических практик, если верить лектору, утверждающему, что животные очень положительно воздействуют на людей.
Спасибо, что не собаки, иначе меня бы туда и силой не затащили.
Снег начал идти еще ночью, тяжелые тучи закрывали небо часов до двенадцати, а потом немного разошлись и снежинки падали довольно редко и незаметно. Перед нами раскинулось небольшое поле, белое-белое, с черными черточками ограды в дальнем конце. И с дюжиной настоящих живых лошадей, привязанных совсем рядом с нашим автобусом.
При виде животных меня охватил настоящий восторг, еще сильнее, чем когда я смотрел на них через окно по дороге в центр. Правда, это замечательное чувство быстро переросло в безотчетный страх, стоило нам подойти к табуну. Вблизи кони оказались куда больше и крупнее, копыта, превосходящие по размеру мужской кулак, нервно топтали снег, а внезапно повернутая ко мне морда вообще заставила вздрогнуть.
Погладить круп я решился со второго раза, быстро понял, что здесь ничего опасного. Лошадь как лошадь, мелкие жесткие волоски шоколадного цвета, грива потемнее, приятная и теплая на ощупь.
- Левую ногу ставите в стремя, держитесь обеими руками за луку, это передняя часть седла, и резким рывком перекидываете правую ногу через круп лошади, - командовал мужчина в ковбойской шляпе, призванный за нами следить. – У кого не получается, я подсажу.
Не получалось как раз у меня. Лошадь топталась на месте, уставшая от долгого ничегонеделания, а я прыгал вокруг, как ненормальный, не представляя, как можно настолько высоко ногу поднять. Оглянувшись по сторонам, обнаружил Томаса, крепко вцепившегося в седло, но уже сидящего в нем и радостно светящего улыбкой. Черт, он же меньше меня, почему у него вышло?
- Подсадить? – инструктор оказался рядом, но пока помогать не спешил.
- Не, - запыхавшись, выдохнул я. – Лошадь подержите ровно, я сам.
Когда мужчина усмирил животное, у меня, наконец, получилось, хотя сам и не понял, как именно. Просто рывок, и я уже в седле. Передо мной - лошадиная голова, внизу - земля. Далеко внизу, так что я вцепился в передний выступ седла, как Томас, и зыркнул на остальных. Все уже сидят, многие перепуганы, как и я, но большинство все же выглядят иначе – удовлетворенно или даже радостно.
  
- Она пошла, она куда-то пошла! – завопил я, когда инструктор отошел, а мой транспорт двинулся следом.
- Успокойтесь, сейчас все они куда-то пойдут, - фыркнул он, оседлав последнюю оставшуюся лошадь и двинувшись на ней вперед медленным шагом.
Мужчина что-то объяснял по пути, о том, как управлять, как потом слезать, но я не слушал его, сосредоточившись только на том, чтобы держаться. Лошадь при ходьбе покачивало из стороны в сторону, и меня вместе с ней качало тоже, приходилось прикладывать массу усилий, чтобы не упасть на землю. Про уздечку я и думать забыл, а она, между тем, жила своей жизнью – свесилась с конской шеи к земле, начала путаться в лошадиных ногах.
- Переходим на рысь, держитесь крепче!
Куда еще крепче – успел подумать я, ведь мышцы на руках и так были напряжены до предела. Табун побежал быстрее, мое чудовище, подчиняясь стадному инстинкту, тоже ускорило темп, но почти сразу споткнулось об повод, и меня дернуло так, что не удержался. Соприкосновение с утоптанным снегом помню слабо, ударился поясницей и затылком, а, увидев вокруг целый лес из лошадиных ног и копыт, вообще потерял сознание.
Ненадолго я пришел в себя в машине скорой, но кто-то сразу же дал стакан с жидкостью, по вкусу напоминавшей воду, но заставившей меня снова провалиться в забытье. Успокоительное или что-то подобное, но проснулся я уже в центре, вряд ли меня повезли в больницу. Голова раскалывалась, во рту пересохло, да и все тело неприятно болело, но что именно у меня повреждено, понять я не мог.
- Проверьте давление, - голос заставил открыть глаза и оценить обстановку. Рядом стояло два врача в марлевых масках, закрывающих половину лица, им помогала девушка, как раз меряющая мне давление.
- Что такое? – хрипло выдохнул я, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую, пока взгляд не столкнулся с глазами одного из докторов. И они, глаза его, показались знакомыми.
Нахмурившись, я попытался вспомнить, где мы могли видеться. Не в клинике точно – наши врачи все женского пола, это кто-то другой. Жаль, лица не видно, тогда сразу бы понял, а так надо сосредотачиваться, соображать. Я нахмурился, еще пристальнее глядя на мужчину:
- Вы…
- Дайте ему наркоз, - голос тоже знаком, совершенно точно. Я хоть и наркоман, но на склероз никогда не жаловался и теперь абсолютно уверен – он тоже меня знает.
- Местный? – девушку я не видел, смотрел на врача, не отрываясь.
- Общий. Быстро.
- Мне не нужен… - я попытался возразить, но не успел – игла воткнулась в руку, после чего мне почти насильно закрыли ладонью глаза.
Правда, сделали это слишком поздно, буквально в последний момент я все же сумел сопоставить глаза и голос и узнать в этом человеке Арта.
========== Глава 11 ==========
Немилосердно клонило в сон весь следующий день, ведь бездельничать быстро надоело, а от занятий меня временно отстранили – нога в гипсе быстрому передвижению совершенно не способствует. Как и передвижению вообще. Первую неделю предстояло почти все время провести в постели, а на ежедневное лечение меня в инвалидном кресле увозил один из дежурных по этажу. Поначалу в то кресло я даже садиться не хотел, гордо заявляя, что дойду на костылях. Дошел до середины коридора, а там уже и нога заболела, и руки просто отваливаться начали, пришлось смириться с судьбой.