Обрести любовь (ЛП)

Я делаю, как он говорит, играя со своей грудью, пока он входит и выходит из меня. Мои бёдра начинают дрожать, и я не понимаю, как я могу быть на грани оргазма после того, как кончила уже столько раз. И всё же…
— Ох! О, Боже, Уайлдер... Боже мой...
Я снова и снова сжимаю бёдра, стискиваю киску, пытаясь найти хоть какое-то облегчение. Когда я ущипываю себя за соски, неожиданный оргазм прокатывается по моему телу, заставляя меня выгнуть спину и впиться пальцами в грудь.
— Господи, Ари, ты кончаешь прямо сейчас?
Я хнычу, не в силах ответить ему словами.
Он мычит и отстраняется меня. Всё ещё сидя на мне верхом, он дважды поглаживает свой член, прежде чем выплеснуть горячую сперму мне на грудь. Я снова чуть не теряю самообладание, думая о том, насколько это грязно и первобытно. Он пометил меня.
Каждая клеточка моего тела пульсирует, пока я продолжаю содрогаться от мощного оргазма. Уайлдер плюхается на кровать рядом со мной с закрытыми глазами, тяжело дыша и обливаясь потом.
Мы лежим друг напротив друга на спине, оба приходя в себя от только что испытанного экстаза.
Наконец, Уайлдер нарушает молчание.
— Это было невероятно. Так чертовски сексуально. Господи. — Он поворачивает голову, чтобы посмотреть на меня. Протягивая руку, он проводит по моему подбородку, вниз по шее и по плечу. — Такая красивая, — бормочет он скорее себе, чем мне. Он притягивает меня к себе и устраивает так, что моя рука оказывается у него на груди, а голова покоится на его мускулистой руке подо мной.
— Я испачкаю тебя, — говорю я, имея в виду сперму, которой он меня обрызгал.
— Мне всё равно. Мне нужно обнять тебя, ангел. — Он наклоняется и целует меня в лоб. — Кроме того, это просто означает, что нам нужно принять душ, верно?
Я чувствую его улыбку на своей коже.
— Мм-м. Звучит заманчиво. Но сначала мне нужно прийти в себя. Я не думаю, что смогу стоять.
Он смеётся и притягивает меня ближе, обхватывая руками и прижимая к груди.
Девушка могла бы к этому привыкнуть.
«Какое у вас совместное будущее?» — я ненавижу эту мысль, но ещё больше ненавижу то, что она лишает меня радости этого момента.
Но если серьёзно, Уайлдеру не нужен такой человек, как я. Я намного моложе и неопытна практически во всём. Между тем Уайлдер уже провёл годы на войне, пережив то, чего я никогда не пойму. Он герой, даже если сам себя таким не считает. Мужчина построил свой собственный дом и обеспечил его солнечной энергией и теплом. Я ни черта не смыслю во всех этих вещах. Я жалкая в сравнении с ним. Что бы я могла привнести в эти отношения? Мои способности к расследованию паранормальных явлений? Глупо, как всегда говорила тётя Морин.
— Всё в порядке? — спрашивает Уайлдер, чувствуя перемену в настроении.
— Да, — отвечаю я слишком поспешно, чтобы мне поверили. — Я просто подумала… У меня здесь нет ни интернета, ни сотовой связи. Наверное, мне стоит как-нибудь съездить в город и заглянуть в свой блог, посмотреть, нет ли пропущенных звонков от кого-нибудь из... Ну, на самом деле мне никто не звонит, но ты понимаешь. Наверное, мне стоит сообщить людям, что я не исчезла здесь, в горах, навсегда.
Он замирает и некоторое время ничего не говорит.
— Хорошо, — раздаётся отрывистый ответ Уайлдера. Он отстраняется от меня, и мое сердце немного разбивается.
— Я не имела в виду, что нам нужно уходить прямо сейчас, — говорю я ему, натягивая простыни, чтобы прикрыть свою обнажённую грудь. Теперь, когда он не смотрит на меня с такой теплотой, как несколько мгновений назад, я чувствую себя уязвимой и незащищенной.
— Лучше получить фору. Твои подписчики, вероятно, скучают по тебе. Не хотелось бы их разочаровывать. — Уайлдер не смотрит на меня; он просто натягивает одежду и идёт в ванную.
Чёрт. Я всё испортила, не так ли? Или он искал предлог, чтобы избавиться от меня? Эти последние несколько дней в хижине Уайлдера были идеальными, но мы никогда не говорили о том, что будет дальше. Я согласилась остаться ещё на одну ночь, но это было две ночи назад. Или уже три?
 
Я вылезаю из постели и роюсь в поисках своего изначального комплекта одежды, который Уайлдер постирал, высушил и сложил для меня. Мне нравились его рубашки, но, похоже, сказка закончилась, и мне приходится носить свою обычную форму — джинсы и толстовку. Я знала, что есть причина, по которой призраки нравятся мне больше, чем принцы из сказок на ночь.
Пятнадцать минут спустя мы с Уайлдером молча спускаемся с горы. Он в последний раз осмотрел мою лодыжку и проворчал что-то о том, что она выглядит намного лучше. Я пыталась заговорить с ним несколько раз, но он отвечал мне только односложно.
— Что ж, ещё раз спасибо, — говорю я в третий раз с тех пор, как села в его огромный грузовик. — Не знаю, что бы я без тебя делала.
Уайлдер кивает. Упрямый осёл. Как мы прошли путь от такого насыщенного опыта за последние несколько дней, особенно этим утром, от того, как он использовал меня так тщательно и наилучшим образом, до этого? Я чувствую себя неловко и даже не знаю, как спросить его, что случилось.
— Когда мы доберёмся до моей машины, ты мог бы поехать со мной в город и зайти в милое маленькое кафе, которое я увидела по пути. Я бы с удовольствием купила завтрак. Это меньшее, что я могу сделать.
Я считаю невыносимо громкие удары своего сердца, а секунды идут, и ответа нет.
— Или нет, — говорю я, когда больше не могу этого выносить. Этот человек полностью отгородился от меня, и я понятия не имею почему. — Я чем-то обидела тебя ранее? — наконец спрашиваю я, не в силах справиться с напряжением.
— Нет, — последовал его простой ответ.
Я стискиваю зубы, готовясь либо накричать на него, чтобы он проявил хоть какие-то эмоции, либо разрыдаться из-за его внезапного отказа. Вместо этого я решаю вырвать страницу из книги под названием «Уайлдер» и ехать молча.
Когда мы подъезжаем к парковке, где я оставила свою машину, я выскакиваю из грузовика почти сразу после того, как он остановился. Я не могу поверить, что это всё. Он действительно не собирается мне ничего говорить?
Я поворачиваюсь к Уайлдеру спиной.
— Ари, — выпаливает он.
Я смотрю на него через плечо, и мой желудок скручивается в узел, когда я вижу изменения, смешанные с твёрдой решимостью. Мы смотрим друг на друга, и я, хоть убей, не могу понять, что произошло между тем, как я проснулась в постели со сварливым, чертовски сексуальным горцем моей мечты, и сейчас.
Наконец я нарушаю молчание.
— Мое предложение на кофе и завтрак всё ещё в силе. Следующие полтора часа я проведу в кафе на Уолнат-стрит, просматривая электронные письма и обновляя свой блог. Если ты хочешь попрощаться... — я делаю глубокий вдох, смаргивая слёзы: — Я была бы рад увидеть тебя снова.
Уайлдер открывает рот, и моё сердце подпрыгивает, желая услышать все его слова. Затем он снова закрывает его и просто кивает.
Я захлопываю дверцу и нащупываю ключи, отпираю дверь и в спешке завожу машину. У меня штраф за слишком долгую парковку, но в данный момент это меня беспокоит меньше всего.
Возвращаясь через крошечный городок, я вижу знакомую красно-чёрную вывеску, рекламирующую кафе на Уолнат-стрит. Я заезжаю на одно из нескольких свободных мест и паркуюсь, прежде чем уткнуться лбом в руль.
Я позволяю себе выплакаться шесть с половиной минут, а затем вытираюсь салфетками для снятия макияжа, которые лежат у меня в бардачке. Мои глаза всё ещё красные, но я ничего не могу с этим поделать. Может быть, бариста подумает, что я просто устала.
Заказывая кофе и садясь в одну из боковых кабинок, я размышляю, увижу ли когда-нибудь Уайлдера снова. У меня даже нет его номера телефона или какого-либо способа связаться с ним.
Не может быть, чтобы это было так, верно? Наша история на этом не закончилась. Этого не может быть.
  
9
 
Уайлдер
— Грёбанный дурак. Чёртов идиот, влюблённый придурок, — бормочу я себе под нос, проезжая по городу.