Вернись и расскажи. Том I (СИ)

– Но на кой хрен это нужно Николаю Павловичу? – не сдержался Егор.
– Говорю же тебе, чтобы давить на нас, – с видом профессионального заговорщика поведал Арам. – Это здесь, в камере, ты сейчас такой борзый и гордый. А представь себе хотя бы на миг, как месяц спустя ты будет заготавливать древесину в Республике Коми. Вместо голубого берета шапка-ушанка. Вместо шеврона на рукаве номер отряда на спине. Вместо автомата топор. Вместо…
– Стоп. Я понял, – перебил Егор.
– Раз понял, то должен понять и другое: чем более длинный срок и чем более неподъёмную компенсацию ты получишь сейчас, тем более сговорчивым станешь через месяц.
– А почему только я стану более сговорчивым? – спросил Егор. – Или ты уже решил принять предложение этого Николая Павловича?
– Да, – Арам кивнул, – я уже всё решил. Не хочу быть зеком, и фермером тоже быть не хочу. Я солдат. Если на то пошло, то солдатом и помру. Так что, друг мой, выбор теперь только за тобой.
– Если тебя послушать, то выбора у меня нет совсем, – недовольно произнёс Егор.
– А вот тут ты не прав, – многозначительно возразил Арам, – выбор есть всегда. Вопрос в другом – готов ли ты его принять.
Злость, словно пар под давлением, переполнила грудную клетку, а сердце с утроенной силой принялось биться о рёбра. Егор нервно сжал кулаки, но тут же их разжал. Хотя так и хочется врезать Араму по морде, по наглой азиатской морде! Но, чёрт побери, друг прав.
Злость нехотя отпустила, Егор расслабил плечи. Ничего себе выбор, такого и врагу не пожелаешь. С одной стороны, смертельно опасная авантюра неизвестно где и неизвестно что. С другой стороны, десять лет жизни за колючей проволокой, а потом жизнь на свободе со всеми её неизбежными тяготами. Как там в песне у Высоцкого?
«Я отсидел, пришёл домой с семью годами за спиной.
Года висят на мне, не сбросить не продать.»
– Ну хорошо, – произнёс Егор, – на очень важное и очень секретное задание ты уже согласился. Но как быть с «людьми в чёрном»? Нас же потом обратно в десант не отпустят. Секретность и всё такое.
– Ого! – со смехом воскликнул Арам. – «Нас не отпустят». Я так понимаю, ты уже тоже согласен?
Проклятье. Егор тихо ругнулся почти про себя. И в самом деле произнёс «нас не отпустят», хотя по уму нужно было сказать иначе: «тебя не отпустят».
– Не цепляйся к словам, – Егор махнул рукой. – Так как же с «людьми в чёрном»?
– А никак, – простодушно ответил Арам.
– В смысле? – удивлённо переспросил Егор.
– А в таком смысле: проблемы надо решать в порядке их поступления, – охотно, с плохо скрытой издёвкой, пояснил Арам. – Этот самый Николай Павлович обещал нам похороны со всеми воинскими почестями. Или пенсию по инвалидности.
– Иначе говоря, – Егор мрачно отвёл глаза в сторону, – это самое очень важное и очень секретное задание ещё выполнить надо.
– В точку, – Арам ткнул в сторону друга указательным пальцем. – И, ради бога, не поминай своих родственников. Насколько мне известно, твой папа был в бешенном не восторге, когда ты объявил о своём решении поступить в Рязанское воздушно-десантное училище. А мама до последнего надеялась, что ты с блеском провалишься на вступительных испытаниях. А одноклассница Оксана Рыжкова, твоя самая большая любовь, цинично заявила, что женой военного она не будет, и вообще голубой берет её не возбуждает. А ещё…
– Стоп! – Егор резко выбросил перед собой растопыренную ладонь. – Я понял, продолжать не надо.
Арам не говорит, а будто загоняет раскалённые иглы под ногти. Но, чёрт побери, Егор сердито насупился, он снова прав. Ещё в детстве Егор загорелся мечтой стать десантником, голубой берет, парашют, автомат Калашникова и всё прочее. С годами мечта плавно трансформировалась в серьёзное намеренье. Секция рукопашного боя, пробежки по утрам и учёба. Как ни странно, но больше всего Егор боялся провалить вступительные экзамены по школьным предметам. Другое дело ближайшие родственники.
Конечно, как и полагается хорошему родителю, сперва отец горячо приветствовал желание сына стать десантником. Однако с годами выяснилось, что он всего лишь наделся таким образом уберечь Егора от дурного влияния, тогда как на самом деле мечтал вырастить из сына делового партнёра, а потом достойного наследника. Мелкий бизнесмен, владелец обувного магазина, отец Егора на полном серьёзе мечтал создать новый мировой бренд. Вот и возложил на сына слишком много надежд. Да и на кого ещё эти самые надежды можно было возложить? На роль делового партнёра и достойного наследника ни одну из своих дочерей отец никогда не рассматривал даже в шутку.
 
Мать, кроткая женщина и во всём послушная мужу, тоже сперва надеялась уберечь сына от дурного влияния, а потому полностью разделяла мечты и надежды мужа. Не удивительно, что оба родителя дружно встали на дыбы, когда Егор объявил о своём твёрдом решении поступить в Рязанское воздушно-десантное училище. И никакой экономики, логистики, менеджмента и прочего бизнеса.
Буквально контрольным выстрелом в голову стал разрыв с Оксаной Рыжковой, одноклассницей и действительно самой первой и большой любовью. Сперва она примкнула к его родителям и вовсю пыталась отговорить Егора от «этой глупости». Но после того, как Егор имел смелость настоять на своём, разорвала отношения. И лишь тогда выяснилось, что, в первую очередь, она хотела стать женой богатого и крутого бизнесмена, в коих в её глазах сперва стал отец Егора, а потом должен был бы стать и сам Егор.
Однако именно разрыв с невестой окончательно укрепил Егора в желании стать офицером ВДВ. Он так и ушёл из родного дома с небольшим чемоданчиком и напоследок в буквальном смысле громко хлопнул дверью. Да, с годами лёд между ним и родителями несколько стаял, но от былых тёплых отношений не осталось и следа. Чего уж говорить о первой любви. Оксана Рыжкова спустя всего год вышла-таки замуж за крутого бизнесмена. Правда, спустя ещё два года её новый избранник разорился вчистую. Злые языки до сих пор уверяют, будто разорился как раз из-за чрезмерных амбиций самой Оксаны, но это всё не более чем слухи.
– Ну, что ты выбираешь? – Арам на свой манер расценил задумчивое молчание друга.
Егор тряхнул головой. Выбор и в самом деле не приведи господь.
– А тебе, я так понимаю, на чувства родственников плевать? – спросил Егор.
– Почему сразу плевать? – тихо возмутился Арам. – По мне, так пусть они лучше получат цинковый гроб, чтобы можно было достойно и со всеми воинскими почестями похоронить героя Российской Федерации, нежели до конца жизни они будут стыдиться охранника овощной базы с уголовной судимостью.
– Железная логика, – не без улыбки согласился Егор.
В этом вся суть Арама – либо грудь в крестах, либо голова в кустах. Но, чёрт побери, что же делать? Егор нервно зашевелил пальцами. Хотя… Чего уж врать самому себе. Конец истории в двадцать первом веке так и не наступил. Если уж не глобальная ядерная война, то горячих точек на карте мира меньше не стало. Ещё перед тем, как сдать документы на поступление в Рязанское воздушно-десантное училище, Егор понял, что у него имеются хорошие шансы не дожить до почётной отставки и пенсии. А тут, понимаешь, подвернулся такой случай.
– Да пропади оно всё пропадом! – Егор что есть сил треснул кулаком по шконке. – Никогда не прощу себе, что променял голубой берет десантника на шапку-ушанку заключённого. Я согласен, – Егор протянул Араму руку.
– Мы прорвёмся, брат, – Арам от души пожал протянутую руку. – Нас всё равно рано или поздно отправили бы в какую-нибудь горячую точку. В ту же Сирию, например. А так, глядишь, мы вляпались во что-то воистину крутое! – Арам сделал большие глаза. – В конце концов, разве плохо после стать «человеком в чёрном»? Будем инопланетян выслеживать и отстреливать. Ну чем не жизнь?
– Прикалываешься? – буркнул Арам.
– А кто его знает, чем на самом деле эта очень важная и очень секретная контора занимается. Ладно, а теперь, пока ты не передумал, сообщим эту новость Николаю Павловичу, или кто он там на самом деле.