Объятые вьюгой (СИ)

Вдруг в дверь позвонили. В этот раз я точно была уверена, что это кто-то команды. И не ошиблась. Правда, совсем не тот коллега, вернее, бывший коллега, которого хотелось бы видеть.
— Мави, добрый вечер. Я могу поговорить с Ноэлем? — спросила Диана.
Надо же, она совсем не удивилась, увидев меня.
— Он спит. А даже если бы не спал, вряд ли захотел бы с тобой разговаривать, — прямо сказала я.
— Мне нужно с ним поговорить. Это важно.
Она неуверенно переминалась с ноги на ногу, а я не спешила её впускать, потому что всё ещё не доверяла.
— Расскажи мне. Я передам.
Сложив руки на груди, привалилась к дверному косяку и выжидающе смотрела на Диану.
— Это касается Дэвида Макка, — нехотя сказала она. — Я ухаживаю за ним в госпитале. Считай это заглаживанием вины или ещё чем-то, но мне не давало покоя его резкое помешательство. И, кажется, чуйка меня не подвела.
Я открыла шире дверь.
— Заходи и расскажи мне всё.
  
Глава 17
 
— Я слышала, как мьес Томас говорил, что над Дэвидом Макком поработали, — начала Диана, когда мы разместились в гостиной. — Понятно, что он говорил про магию, и мне стало интересно, кто это мог сделать. Почему это случилось именно в тот момент, когда Ноэль хотел вызвать его в штаб?
— Ты же доложилась об этом в управление, — перебила я, — ничего удивительного, что в этот момент Дэвид и пропал.
— Знаю, что виновата, но тогда я никак не связала передачу информации и его исчезновение. Осознание пришло намного позднее. Поэтому, когда я узнала, что Дэвид начал разговаривать, решила, что буду его сиделкой. Ты же знаешь, я медик, у меня есть право работать в госпитале.
Я нетерпеливо заёрзала в кресле.
— Да-да, знаю. Так Дэвид что-то сказал?
— Всего лишь одну фразу, — покачала головой Диана. — В один из дней решила спросить, помнит ли он, как встретил тебя на имперском балу. Дэвид сначала радостно закивал, но, когда я спросила, что с ним было после бала, замолчал. Было видно, что какие-то воспоминания проявились и вызвали у него ужас. И тут он сказал: «Второй артефакт. Он заберёт».
Внутри всё похолодело.
— Второй артефакт, — словно эхо, повторила я. — То есть, преступнику нужен не только рог Сневера, но и что-то ещё?
— Видимо да.
Перед глазами возникло хранилище с защитными куполами.
— Но какой именно артефакт? Когда он за ним придёт? Почему не украл его вместе с рогом Сневера?
Возникали всё новые и новые вопросы, но я знала, что Диана не даст мне на них ответов.
— Я буду пытаться узнать у Дэвида что-то ещё, но в основном у него какой-то набор слов. Знаю, что мьес Томас хорошо поработал и благодаря его стараниям несчастный может хоть что-то говорить, но, боюсь, что ценное время сейчас будет потеряно. Я пришла сразу же, как смогла, в надежде, что Ноэль поправился и сможет понять, о каком другом артефакте идёт речь. Может быть, рог Сневера связан магией с чем-то.
— У Ноэля жар, — вздохнула я. — Его речи сейчас не лучше, чем у Дэвида.
Диана вдруг сжала мою руку и доверительно посмотрела в глаза.
— Мавира, поверь, я правда хочу доказать, что мне можно доверять. Да, ты раздражала меня с самого первого дня. Команда так хорошо тебя приняла, тебя все слушали, Ноэль тебе безгранично доверял. А я любила его, понимаешь? — в глазах бывшей коллеги отразилась скорбь. — Но он видел только тебя, слушал только тебя… Мне было больно, хотелось, чтобы ты исчезла и он, наконец, заметил меня. А когда вскрылась ложь и ты покинула команду, я поняла, что Ноэль всё равно меня не полюбит, потому что любит тебя. Прости, что так отвратительно себя вела, что закрыла в этой проклятой лиловой комнате. Это было так ужасно и глупо.
— Да, именно ужасно и глупо, — согласилась я. — У меня нет к тебе ненависти, но не могу тебе доверять целиком и полностью, уж прости. И Ноэлю тебе ещё предстоит всё объяснить.
Диана согласно закивала.
— Я пойду. Спасибо, что выслушала. Как только узнаю что-то, сразу приду.
Я проводила бывшую коллегу и поднялась в комнату Ноэля. Он крепко спал, а я чувствовала, что ещё долго не усну. Оставлять его одного я боялась, поэтому развела огонь в камине и устроилась в кресле, задумчиво глядя на языки жаркого пламени.
 
К утру я всё же задремала. Проснулась от того, что меня укрывали чем-то мягким. Открыла глаза и увидела склонившегося надо мной Ноэля.
— Прости, не хотел тебя будить, — тихо сказал он.
Поёжилась, глубже закутываясь в плед, которым он меня украл. Затёкшая от неудобного сна спина тут же заныла.
— Зачем ты встал? — попыталась возмутиться я, но вышло неубедительно. — У тебя же был жар, тебе надо лежать.
Сбрасывая остатки сна, медленно выпрямилась в кресле, разминая конечности.
— Сейчас мне намного лучше, — улыбнулся Ноэль. — А вот тебе нужно отдохнуть. Ты столько дней не спала нормально. Ложись в кровать.
От его смелого предложения бабочки затрепетали в животе. Я невольно покосилась на широкую кровать. Смятые простыни и одеяло наверняка хранили запах Ноэля. Лечь сейчас туда означало, почти одно и то же, что лечь с ним рядом. Почувствовала, как щёки заливает румянец. Перевела взгляд на Ноэля и встретилась с его заинтересованным взглядом. Такое чувство, что он понял, о чём я думала. Щёки ужё начинали гореть.
Я неуклюже выбралась из пледа и принялась его складывать, нарочно повернувшись спиной к Ноэлю. Он подозрительно молчал.
— Тебе нужно обработать мазью рану, — сказала, пытаясь отвлечься от ненужных мыслей. — И ещё я должна кое-что тебе рассказать.
— Хм, столько всего в одну утро, боюсь, не выдержу. Пожалей хоть меня.
Я повернулась к нему, держа в руках сложенный плед. Льдисто-голубые глаза блестели задором, никакого намёка на усталость или плохое самочувствие.
— Это важно, Ноэль, — сказала с нажимом. — Но сначала займёмся раной.
— Как скажете, мьеса Коркрафт. — Он резко повернулся и тут же скривился от боли.
Я покачала головой. Дурачится, как мальчишка, а ведь надо себя поберечь.
Положила плед в кресло и направилась к столику с лекарствами.
— Заметь, я всегда выполняю свои обещания, — сказал Ноэль. — Жду такой же ответственности и от тебя.
Не совсем поняла, о чём он, но уточнять не стала. Взяла пузырёк с мазью, развернулась и замерла на месте. Такого я точно не ожидала. Ноэль сидел на краю кровати… Без рубашки! От вида голого сильного мужского торса, у меня перехватило дыхание, по телу прокатилась жаркая волна, закручиваясь в узел внизу живота. Хотелось прикоснуться к его кожи, почувствовать силу и тепло. Сердце стремительно набирало обороты.
Опомнилась, когда поняла, что Ноэль рассматривает меня с любопытством. Так, Мави, приди в себя! Тебе нужно всего лишь обработать его рану. Двинулась к кровати под пристальным взглядом больного.
— Тебе будет удобнее, если я повернусь спиной, а ты сядешь на кровать, — сказал он.
— Ага, — только и смогла выдавить я.
Ноэль, плохо скрывая улыбку, от которой мои щёки снова вспыхнули румянцем, медленно повернулся. Присев на кровать, я свободной рукой сняла повязку со спины больного и нахмурилась. Чёрные витиеватые шрамы, похожие на ветки сухого дерева, тянулись от тёмно-красной раны в разные стороны, подобно лучам запретной магии. Они были очень похожи на купол защиты, только зловеще въевшийся в кожу. Рана была такой пугающей и чёрной, что мне стало не по себе. Но я не могу показать страх, только не сейчас. Закусив нижнюю губу, принялась уверенно наносить мазь на поражённые участки кожи. Спина Ноэля напряглась, и я остановилась.
— Больно?
— Нет. Непривычны такие нежные прикосновения, — ответил он странно тихим голосом.
Кажется, я обрабатывала рану целую вечность, на лбу даже выступила испарина от напряжения. Наконец, работы была кончена. Я наложила чистую повязку, но не спешила вставать. Рассматривала широкую спину Ноэля, борясь с томительным желанием прикоснуться ладонью к его коже.