У любви есть время (СИ)

– Она сама мне рассказала. Он напоил её, и Вика мне всё выложила по дороге домой.
Аэлита была в шоке от этой новости. Она не могла представить, как кому-то могло прийти в голову всерьёз связаться с этим типом. У него же слово «подлец» было на лбу написано. Какая же Вика глупая!
– Мы должны были предупредить её насчёт него… – цокнула Аэлита. – Надеюсь, никто об этом не знает?
– Пока нет. Но он будет распространять сплетни. К тому же их видели вместе. Я опять по уши в грязи из-за него… – сказал Павел и опустился на кровати, уткнувшись руками и лицом в ноги Аэлиты, укрытые одеялом.
– Мне очень жаль… – проговорила Аэлита, качая головой.
– Эл, ты должна пойти со мной в следующий раз, – быстро произнёс Павел, резко приподнявшись с кровати.
– Нет! – выкрикнула Аэлита и прижала к себе колени. Ей показалось, что словом «должна» и своим тоном Павел не оставлял ей выбора.
– Пойми, мне сейчас очень нужны новые знакомства. Чтобы оставаться на плаву моё имя должно быть у всех на слуху. И не как адвоката-скандалиста с запутанной личной жизнью, а как хорошего специалиста…
– Ты хотя бы слышишь себя? – перебила его она. – После того, что сегодня было, ты просишь меня сопровождать тебя?
– Я понимаю, что ситуация в разы усложнилась, но… тебе нужно будет просто там присутствовать. Даже разговаривать ни с кем не придётся. Я бы не уговаривал тебя, но это будет заключительный и самый большой сбор. На него придут Дэн с Настей и даже с Петей. Мы тоже можем взять с собой Эмму.
– Ещё чего? Брать ребёнка в этот дурдом. Что она там увидит?
– Нет, ты не понимаешь. Смотри, с задней стороны здания, где будет проходить это мероприятие, есть детская площадка. Там соберутся мамы со своими детьми. Ты сможешь к ним присоединиться, пока я буду заниматься своими делами. Ты даже не заметишь, как пролетит время! Главное, чтобы погода была хорошая, – Павел сделал паузу. – Ну правила такие идиотские… я понимаю. Мужчин, которые приходят на такие мероприятия одни, воспринимают, как неудачников. Якобы потому, что они не могут даже пару себе найти на вечер, а что уж говорить о работе.
– Какой бред… – проговорила Аэлита.
– Знаю… Эл, пожалуйста, соглашайся. Ведь эта вечеринка последняя в этом сезоне. Следующая будет не раньше мая следующего года. Это точно!
Но Аэлита не хотела с этим связываться. После истории с Викой и Носиком… когда все теперь думают, что её муж встречается с другой женщиной у неё за спиной… Да и после того скандала, когда они с Носиком поцеловались у всех на глазах… Вряд ли об этой истории все забыли. Но Павел смотрел на неё с такой уязвимостью в глазах… А для того, чтобы её убедить использовал дипломатический стиль общения, в отличие от предыдущего раза.
– Сделай это ради нашей семьи, – добавил он. – Ведь наше материальное положение зависит от моего успеха.
Аэлита посмотрела ему в глаза и тихо произнесла:
– Хорошо, я пойду.
В ответ он широко улыбнулся ей, а потом взял её руки в свои и крепко сжал. Ей казалось, что позор, который так или иначе накроет её, не перевесит то нечто более важное, чего своим согласием она могла достичь. И дело было не в достижении лучшего материального положения, а скорее, душевного.
***
Аэлита для этой вечеринки выбрала шифоновое платье розового цвета на тонких бретельках с узором из цветков роз. Ей казалось, что она выглядела в нём через чур романтично, а настроение у неё в тот день было прямо противоположное. Она решила обуть к этому платью чёрные туфли, чтобы казаться хоть чуточку строже, а ещё добавила к своему образу серьги с чёрными агатами и сумочку того же цвета.
До самого последнего момента Аэлита была против того, чтобы брать с собой Эмму. Девочке к тому времени исполнился уже год и три месяца, и Аэлита не хотела, чтобы её дочь дышала сигаретным дымом и наблюдала за пьяными и сквернословящими людьми. Но Павел заверил её, что большую часть вечеринки они с Эммой проведут на заднем дворе, где соберутся такие же мамочки со своими детьми. Прогноз погоды в этот день обещал тёплую погоду без дождя. Несмотря на это на улице уже стояла осень, хотя и самая ранняя. Аэлите нужно было прихватить с собой тёплых вещей для дочери. В итоге, после не коротких и бурных споров Эмма, в конце концов, отправилась с ними.
 
Когда они втроём вошли в зал, освещённый тусклым вечерним светом и заполненный разодетыми людьми с фужерами и рюмками в руках, Аэлите показалось, что они её узнали и посмеивались над ней. Неужели у этих людей не было тем поинтереснее? Наверняка были! Скорее всего дело было в её негативном настрое. Она просто накручивала саму себя.
Через минуту Аэлита увидела Дениса. Когда они подошли к нему он сказал, что Настя и Петя уже были на детской площадке. Аэлита сразу высказала желание отправиться к ним. Из-за шумной обстановки и собственных негативных мыслей ей хотелось поскорее покинуть этот зал, но Павел попросил её ненадолго остаться.
Он оставил её и Эмму за круглым столиком, а сам ушёл по своим делам. Аэлита заказала себе чашку чая, но у неё не получалось сделать из неё и глотка, потому что Эмма не могла усидеть на месте. Она вела себя крайне непоседливо. Видимо дело было в шумной и многолюдной обстановке.
Плюс к этому Эмме понравился изумрудный брелок в виде дракончика, прикреплённый к сумочке худощавой женщины в чёрном деловом костюме. Она сидела за соседним столиком. Аэлита не могла оторвать дочь от предмета её пристального внимания. В это время Павел махнул Аэлите рукой из толпы в знак того, чтобы она подошла к нему.
– Эмма, пойдём погуляем, хорошо? – сказала Аэлита и взяла дочь на руки.
Но как только она это сделала, Эмма начала хныкать и тянуть руки к «дракончику».
– Вы посмотрите, как мы расстроились, – сложив губы трубочкой, сказала обладательница сумочки с дракончиком. – Ты такая прелестная девочка, что я бы с радостью подарила тебе этот брелок, если бы он не стоил целое состояние. Ну не плачь, не плачь…
Аэлита сделала шаг от женщины. В ответ на это Эмма подняла рёв, который приглушил царившую вокруг шумиху от музыки и десятков гостей.
– Какие же мы настойчивые… Девушка, если вам нужно срочно идти, то идите. Я за ней присмотрю, – сказала женщина, обнажив белоснежные зубы. – Когда вы вернётесь, её нетерпение превратится в безразличие. Дети в этом возрасте быстро теряют интерес к понравившимся вещам. Я знаю, о чём говорю. Троих детей вырастила.
– Я бы не хотела… – сказала Аэлита, пытаясь успокоить дочь.
– Не беспокойтесь. Мы просто посидим вместе за столиком. Да, красавица?
Женщина протянула руки вперёд, и Эмма потянула к ней свои. Аэлита заметила, что её дочь теперь принялась изучать края чёрной шляпки женщины.
Павел снова позвал её из толпы, а Эмма по-прежнему капризничала. Аэлита задумалась. Несмотря на то, что этой женщине на вид было около пятидесяти лет, а одета она была как английская бизнесвумен, от неё веяло знанием о том, как нужно обращаться с детьми. У всех людей свои причуды, но Аэлита уже научилась распознавать в человеческих глазах истинную любовь к детям.
Она отдала дочь в руки женщины, и та сразу уселась на стул и стала играть с Эммой на коленях. Звонкий смех дочери стал для Аэлиты ещё одним подтверждением искренности этой женщины.
– Я ненадолго. Только, пожалуйста, не уходите отсюда, пока не вернусь я или мой муж.
– Конечно, – улыбнулась женщина, – мы будем здесь.
Когда Аэлита сквозь толпу пробралась к Павлу, то сказала ему:
– Давай побыстрее. Я пока оставила Эмму с одной женщиной.
– С какой?
– Такая высокая, в чёрном костюме и в шляпе.
– А! Леди Мэри, – засмеялся Павел. – Мы её так называем. На самом деле её зовут Мария Косина. Она славится в прокурорских кругах, а ещё плюс к этому она – гений в воспитании детей. Из всех гостей – она лучшая, кому ты могла доверить Эмму.
– Я очень рада, – быстро произнесла Аэлита. – Давай скорее. Я хочу быстрее пойти к Насте и Пете.