У любви есть время (СИ)

Аэлита не стала затягивать этот, по её мнению, грустный разговор и предложила Насте переодеться. Та с ней согласилась с улыбкой на лице. Аэлита дала Насте футболку и лёгкие штаны, а сама надела хлопковое домашнее платье.
Часов в семь Маргарита Васильевна принесла им горячего супа на ужин и свежевыжатый сок. В это время Аэлита показывала Насте детские вещички, которые она приготовила для Эммы.
Когда совсем стемнело, и в спальню пришёл Павел, Настя сразу же встала с дивана и сказала, что ей пора идти к своему мужу. Аэлита дала ей кое-какую одежду, и Настя ушла.
Как только дверь за Настей закрылась, Павел присел на диван рядом с Аэлитой.
– Как вы поговорили? – поинтересовался он, откинувшись на спинку дивана.
– Отлично, – ответила Аэлита, крутя в руках плюшевого утёнка. – Настя такая хорошая девушка. Думаю, мы сможем стать подругами.
– Это здорово!
– А как вы поговорили с Денисом?
– Тоже неплохо. Надеюсь, я смог убедить его в том, что у них со временем всё будет хорошо.
– Я тоже надеюсь, что смогла убедить в этом Настю.
– Ну ладно, я пойду в душ и спать, – сказал Павел, потерев глаза. – Сегодня был очень насыщенный день.
Когда Павел ушёл, Аэлита переоделась в ночнушку и забралась в кровать. Укрывшись одеялом, она стала думать о Насте, Денисе и о том парне, который отказался жениться на Насте.
Несмотря на то, что Аэлита признавала свою вину, она не могла забыть то, что именно Павел первым заварил эту кашу с их свадьбой. Она заставляла себя не думать об этом, ведь с прошлым ничего нельзя было поделать. Но история Насти и Дениса всколыхнула в ней воспоминания и мысли о том, как всё у неё могло быть, если бы Павел отказался жениться на ней.
Аэлита не заметила, как заснула. Но среди ночи она подскочила в кровати как ошпаренная. У неё заболел живот.
Павел тоже проснулся и включил ночную лампу.
– Что с тобой? – спросил он.
– Всё в порядке, – ответила Аэлита, морща лицо и придерживая живот. – Эмма всё-таки дала о себе знать.
– Давай я вызову врача? Мне это не нравится…
– Нет. Не нужно. Я знаю, что с ней всё в порядке. Она это из-за меня. Ну, тише, Вера-Эм, всё же хорошо. Да что же она так…
Аэлита стала глубоко дышать, но болезненные ощущения мешали ей сосредоточиться.
– Что можно сделать, Эл, чтобы она успокоилась? – спросил Павел, и Аэлита заглянула в его мечущиеся глаза.
– В детском столике лежат наушники с Вивальди, – делая вдохи почти через каждое слово, произнесла она. – Принеси их сюда.
Через три секунды Павел принёс Аэлите то, что она попросила.
Она приложила наушники к животу и включила плеер.
– А это точно поможет? – спросил Павел, сморщив лоб.
– Надеюсь. Иначе она просто сделает дырку в моём животе.
Аэлита продолжала стараться дышать глубже. После того как наушники оказались на её животе с каждой минутой у неё это стало получаться всё лучше. Неприятные ощущения стали проходить.
– Вроде успокоилась, слава богу, – запрокинув голову к потолку, сказала Аэлита.
– Точно? Тебе лучше? – спросил Павел, и она услышала его частое дыхание.
Аэлита мельком взглянула на него, а потом утвердительно махнула головой.
– Я так испугался за вас, – произнёс Павел.
Искреннейший тон его голоса просто вынуждал отреагировать на его слова, посмотрев ему в глаза.
Но в этот момент Аэлита побоялась сделать это. От его последних слов у неё возникло чувство, что он переживал ещё больше, чем она. Но Аэлита не смогла разделить это чувство с ним. Вместо этого ей захотелось плакать. Она еде сдержала себя.
– Всё… давай спать, – расправляя на себе одеяло, произнесла она. – Я устала. А наушники… Пусть Эмма ещё немного послушает музыку.
Павел ничего не сказал. Он выключил свет и стал устраиваться. Аэлита придвинулась к нему и положила голову ему на плечо. Она давно не делала этого. Но ей не хотелось думать о причинах своих действий.
Устроившись поудобнее, она почувствовала себя лучше и заснула.
Больше в эту ночь она не просыпалась.
***
Пока Настя и Денис жили с ними в доме, Аэлита пребывала в приподнятом настроении. Они с Настей подружились, и много времени проводили вместе: часами болтали о беременности и обменивались мнениями.
 
На одной из прогулок по книжным магазинам они откопали кулинарную книгу будущей мамы, которая привела их в восторг. Они убедили Маргариту Васильевну взять рецепты из этой книги и готовить им по ней.
Аэлита помогала Насте подбирать мебель для их будущей квартиры. Из-за стеснения в денежных средствам им приходилось поломать голову над тем, чтобы найти хорошую мебель за «недорого». Аэлита очень увлеклась этим непростым поиском и могла часами вместе с Настей просматривать сайты, соотносить цены и заниматься подборкой дизайна.
Им было весело и интересно друг с другом, но время летело быстро, и вопрос с квартирой молодожёнов благополучно разрешился: через две недели после свадьбы Настя и Денис въехали в новое жильё.
Аэлита была рада за них, но расставание не далось легко и подруги прощались чуть ли не плача. Но они договорились, что будут продолжать общаться, навещая друг друга в гостях.
Так и случилось. Они виделись почти каждый день то в её доме, то в их с Денисом квартире. Настя работала в текстильной промышленности художником по росписи ткани. Она расписывала шторы специально для комнаты своего будущего ребёнка и Аэлита помогала ей. Настя разработала оригинальную композицию из сюжетов советских мультфильмов. Работа была очень кропотливой, но увлекательной.
Время шло и в одно прекрасное летнее утро у Аэлиты начались схватки. Павел в этот день был дома. Он быстро отвёз жену в больницу.
Аэлита немного волновалась, но роды прошли хорошо, и на свет появилась долгожданная Эмма Верóника.
Она родилась седьмого июня. Именно в тот день, год назад, когда поженились её родители. Аэлита и Павел долго смеялись над этим.
На свою дочурку Аэлита не могла наглядеться; Эмма была такой крошечной, несмотря на то, что весила четыре с лишним килограмма.
Когда Аэлиту с дочкой выписали из больницы, к ним в гости стала часто приезжать Мария Борисовна. Она помогала Аэлите с Эммой и давала много полезных советов.
Настя тоже не забывала подругу и тогда, когда не могла приехать, звонила Аэлите. В день рождения Эммы Насте сообщили, что у неё будет мальчик. Эта новость сделала её ещё счастливее, несмотря на то, что с родителями у неё по-прежнему были напряжённые отношения.
Аэлита наслаждалась материнскими заботами: новая роль ей очень нравилась. Её дочурка с каждым днём становилась всё красивее. Эмма родилась с ярко-голубыми глазами, и ей хотелось, чтобы цвет её глаз не изменился и остался, как у неё. Но со временем они стали зелёными, как у Павла. Но Аэлиту это не расстроило, ведь у её крошки была светленькая кожа и редкий пушок чёрных волос.
Эмма не доставляла Аэлите лишних хлопот. Она легко засыпала, у неё был хороший аппетит, а в моменты слёз Аэлита быстро распознавала, что расстраивает её малышку. Она устраняла эту проблему, и Эмма сразу переставала плакать.
На несколько дней в Москву приезжала Изабелл. Она была рада видеть свою внучку. Наблюдая за мамой, Аэлита ощущала, что внутри неё просыпаются сильные чувства. Ей было сложно сказать какие именно, потому что она не позволяла себе думать об этом. Аэлита говорила с мамой исключительно об Эмме. Изабелл несколько раз пыталась поговорить с ней о её жизни с Павлом, но Аэлита отвечала односложно. Только об Эмме она готова была говорить часами и в самых ярких эмоциях.
Павел проводил с дочерью немного времени. Он был завален работой и возвращался домой очень поздно. Аэлите казалось, что он просто не представлял, что делать с такой крохотной малышкой. Он мог несколько минут стоять у кроватки Эммы и просто рассматривать её. Что творилось в эти моменты в его голове, Аэлита могла только догадываться. Она не решалась ни о чём его спрашивать.