У любви есть время (СИ)
Господи, о чём он думает? Ему уже тридцать девять лет, а не успеешь оглянуться, и сорок стукнет. А этой девочке не больше двадцати. Зачем ей нужен такой старик? Естественно, с его стороны глупо было мечтать о продолжении их знакомства, но Максим уже чувствовал себя счастливым от того, что просто разговаривал с ней и смотрел на неё.
Только бы ему не влюбиться. Нет, нужно сделать всё возможное, чтобы остановить развитие этих нежных чувств, иначе он обречёт себя на страдания.
Ведь когда-то он уже был влюблён, но эта любовь оставила в его душе рану, которая, наверное, никогда не заживёт.
Максим закрыл лицо руками: опять появилась эта ужасная, невыносимая, жгучая боль. Когда же это пройдёт? Наверное, никогда. Потому что ему не уйти от ответственности… И этот крест ему придётся нести до конца своей жизни.
В такие минуты Максим чувствовал себя самым несчастным человеком на земле. Только работа была его спасителем. Он полностью в ней растворялся; внутренняя пустота заполнялась, и он чувствовал, что живёт в этом мире не зря.
Вдруг он услышал, как кто-то открывает дверцу.
– Ну как? Быстро я? – спросила Аэлита, залезая в машину с пачкой бумаги в руках. – В этом магазине не было покупателей. Только я одна.
– Это здорово, когда не нужно стоять в очереди, – Максим удивился, сколько тяжести вдруг появилось в его словах.
– Вы, я вижу, действительно сильно устали, – произнесла Аэлита, одарив его сочувственным взглядом. – Давайте, я всё-таки поеду домой на автобусе, а вы езжайте в гостиницу и отдыхайте.
Как же она добра к нему… Заслужить любовь такой девушки стало бы для любого мужчиной огромной наградой.
Когда Максим опомнился и вернулся в реальность, Аэлита почти выбралась из машины, Нет, он не позволит ей уйти!
– Аэлита, постойте, – Максим поймал её за руку так, что у него возникло ощущение, что он схватился за спасательный круг. – Поверьте, мне нетрудно отвезти вас обратно в посёлок. А усталый вид у меня от того, что вы ушли, и некому было меня веселить. Вот я и заскучал.
Она улыбнулась, опустив глаза:
– Ну что вы! Веселить? Я же не клоун.
Максим засмеялся и неожиданно для себя обнаружил, что смеётся с переливчатыми звонкими нотками. Такие звуки у него не получались уже лет сто.
– Вот видите, я снова смеюсь, – сказал он. – Я отвезу вас, не беспокойтесь.
– Значит, всё-таки клоун, – хихикнула Аэлита, пристёгивая ремень безопасности.
Он опять рассмеялся и завёл мотор. К нему вернулась бодрость. Причём в четырёхкратном размере! У него появилось желание задать Аэлите кучу вопросов. Если он узнает о ней больше, то сможет с помощью воспоминаний ощущать этот подъём и делать это, когда ему захочется. Но он не знал, с какого вопроса начать. У него появилось сентиментальное чувство, что он уже знает о ней всё.
Взглянув на неё, он обнаружил, что она смотрит в боковое стекло. Ему показалось, что она загрустила.
Максим не мог понять причину её внезапной молчаливости. Когда они ехали в Североуральск, она была весёлой и разговорчивой. Может быть, он что-то сделал не так? Но что? Возможно, он поймёт это по её голосу? Но о чём же спросить?
– Аэлита?
– Да, – она обернулась и посмотрела на него потухшим взглядом.
Что же могло пойти не так?..
– Я просто хотел спросить… А… кто вы по гороскопу?
– По гороскопу? – переспросила она.
– Да.
«Какой идиотский вопрос! – подумал про себя Максим. – Боже мой, как будто ничего поумнее придумать не мог!»
– Телец. А почему вы спрашиваете?
– Просто я сегодня слушал радио… Там передавали гороскоп на сегодня… И… я всегда слушаю прогноз… В общем, сегодня у Тельцов удачный день.
– А… ну, учитывая, что мои дни довольно однообразны, получается, у меня каждый день удачный.
Она улыбнулась, но Максим продолжал чувствовать себя полным дураком.
– О, кстати, насчёт радио! Давайте послушаем!
Максим включил радиоприёмник. На волне передавали музыкальные поздравления, но он не слышал их, потому что был погружён в мысли о девушке, которая сейчас сидела рядом с ним. Он старался прочувствовать её присутствие, чтобы потом увезти с собой эти прекрасные ощущения.
Они доехали до Полуночного, не проронив больше ни слова. Максим остановился у ворот частного дома её тёти и дяди.
– Вот и приехали! – объявил он и вылез из машины. Он заметил, что его движения вдруг стали вялыми.
Максим открыл дверцу, взял Аэлиту за руку и помог выйти. Взглянув в её яркие голубые глаза, ему показалось, что она хочет что-то сказать, но не решается.
– Спасибо что… свозили туда и обратно, – наконец сказала она.
– Не за что.
Аэлита направилась к воротам. Максим смотрел ей вслед. Неужели «свет этой звезды» он действительно видит в последний раз? Какой повод придумать, чтобы вернуться сюда? Её тётя и дядя будут рады видеть его у себя дома. Но будет ли рада сама Аэлита?..
Нет! О чём он договорился сам с собой несколько минут назад? Ему нельзя в неё влюбляться. Ни в коем случае!
Вдруг она обернулась и посмотрела на него.
– Максим Андреевич?
– Да.
– Можно вам кое-что сказать?
– Конечно…
Она сделала пару шагов навстречу ему. Подул лёгкий ветерок и стал играть с её длинными волосами. Боже, до чего же она была красива. Он мог бы часами смотреть на неё с таким же вниманием, с каким смотрят интригующий сериал. А в её голубых глазах была скрыта тайна. Его сердце замерло в ожидании, что скоро она раскроет её.
– Я хотела сказать, что… Это не моё дело, но вдруг мы с вами больше не увидимся… – она опустила глаза вниз и через пару секунд снова посмотрела на него, обретя за это короткое время более ясное выражение лица. – Я думаю, что вы почти счастливый человек, потому что нашли своё место в жизни. У вас есть призвание. Но для полного счастья нужна семья. Я хочу пожелать вам встретить женщину, которую вы полюбите и которая полюбит вас и… пусть у вас появятся дети. Тогда вы станете полностью счастливым человеком.
У него перехватило дыхание от её слов. Что-то внутри него закрутилось, завертелось… Его потянуло к ней как магнитом. И вот он стоял напротив неё так близко, что ей пришлось поднять голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
– А что если я её уже нашёл, – услышал он свой бархатный голос. – И она стоит передо мной прямо здесь, прямо сейчас…
Максим наклонился к ней и коснулся её губ своими. Его удивила собственная решительность. Он никогда не был быстрым в плане проявления чувств. Но с Аэлитой всё было по-другому. Несмотря на то, что разум убеждал его притормозить, сердце уговаривало поскорее продемонстрировать, что он к ней испытывал.
Сначала Аэлита чуть отстранилась от него, сделав волнительный вдох. Но спустя мгновение она позволила ему раствориться в ней. Её губы как будто расстелили перед ним путь к блаженству.
Когда он отпустил её, она тут же ринулась открывать калитку, а потом быстро скрылась из его виду.
***
Аэлита забежала за ворота и громко закрыла за собой калитку. Её ноги подкашивались, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. За свою жизнь она ещё ни разу не испытывала таких сильных эмоций.
Медленно шагая по тропинке с пачкой бумаги в обнимку, она изо всех сил старалась успокоиться. Тётя и дядя ничего не должны заметить.
Оказавшись перед дверью, она громко выдохнула, а потом вошла в дом.
– Лита, ты уже вернулась! Ты так быстро! – встретила её радостная тётя.
– Да…
Произнося эти слова, Аэлита смотрела в пол и почёсывала затылок. Взгляда тёти она избегала. Какой наверное у неё был глупый вид в тот момент.
А следующая фраза тёти чуть было не выбила её из колеи.
– Ну, вы подружились с Максимом Андреевичем?
«Подружились… Ничего не скажешь», – подумала про себя Аэлита.
– Да, конечно. Он очень хороший человек, – она продолжала смотреть в точку на полу, как будто считывала оттуда слова. – Ну, ладно, я пойду отдыхать.