Его сокровище (ЛП)

Я забрала у двух других пистолеты и засунула их за пояс. Кровь растеклась по полу, впитываясь в колени на моих джинсах. Мои руки дрожали, когда я рылась в их карманах в поисках телефона. Когда я вытащила один, у меня остановилось сердце, когда я увидела, что нет сигнала. Нужно будет добраться до места получше и позвонить Маттео.
66
МАТТЕО
Я не отрывал взгляда от неподвижной точки Софии на трекере. Она была внутри склада уже сорок пять минут. Каждая секунда ожидания была мучительной, но мы не знали, сколько ирландцев находилось внутри, и нужно было действовать стратегически.
По крайней мере, так говорил Ромео.
Склад находился в глуши. Длинная гравийная дорога пересекала открытые поля, ведя к входу серого здания. Неподалеку от склада стояло заброшенное строение, где мы ждали прибытия Рустика. Он приземлился в том же небольшом аэропорту, что и мы, и был уже в пути.
Мой телефон завибрировал от звонка. Мой палец завис над кнопкой ответа, но это был неизвестный номер, поэтому я отправил его на голосовую почту.
— Рустик будет через три минуты, — сказал Ромео.
— Давайте займем позиции.
Мы обсудили план с Рустиком, пока он был в самолете. Я и мои люди займем восточную сторону склада, а он — западную. Мы проложим путь к середине, чтобы освободить Софию и уничтожить ирландцев и албанцев.
Когда мы приблизились, на складе воцарилась тишина. Я встретил столь же растерянный взгляд Ромео из-за отсутствия охраны. Будем надеяться, что это означало, что они нас не ждали, и мы не столкнемся с серьезным сопротивлением.
— Рустик на позиции, — прошептал Ромео.
Я кивнул своим людям. С нами пришло двадцать человек, и теперь я посмотрел каждому из них в глаза. Это были люди, которые были верны мне, а те, кто постарше, — моему отцу. Мафия, эти люди, были семьей, но моя семья никогда не была бы полной без Софии.
— Спасибо, что вы со мной, — сказал я.
На нескольких лицах передо мной мелькнуло выражение шока.
— Я не доверю безопасность своей жены никому, кроме вас.
Их лица стали серьезными, а грудь выпятилась от гордости. Я снова повернулся к Ромео.
— Идем.
Внутри склада было темно. Тени от маленьких зарешеченных окон играли на бетонных стенах. Я прошел через небольшую комнату, пока мы не подошли к другой двери. Ромео проверил ее, и она со скрипом открылась, мы все оказались в кромешной тьме без окон. Дверь за нами закрылась с тихим стуком. Прежде чем я успел дотянуться до телефона, чтобы включить фонарик, комнату залил свет — ослепительный и яркий, освещавший огромную комнату с бесконечными поддонами, сложенными друг на друга с коробками.
И шеренга вооруженных людей в форме, обращенная к нам.
Впереди стоял Доменико.
Очень живой, насмешливый Доменико.
За моментом замешательства последовала вспышка ярости. Я поднял пистолет.
— Назови мне хотя бы одну причину, по которой мне не следует тебя убивать.
Улыбка Доменико была какой-то болезненной и искривленной.
— Мой очень хороший друг сейчас с твоей женой. Все, что случится со мной, произойдет и с ней.
Все кусочки пазла сложились, и я понял, каким дураком был. Я пытался выяснить, с кем албанцы вступили в союз, и все это время это был Рустик, блять, Иванов. Который работал с моим силовиком. И подставил ирландцев, чтобы отвлечь меня.
— Я вижу, до тебя наконец все дошло.
Доменико вытянул руки, выглядя совершенно спокойно, зная, что я ничего не могу ему сделать и рисковать Софией.
— Все это время было утомительно кланяться и восхвалять тебя. Я поддерживал тебя все эти годы, но ты ослаб. Ты ничто по сравнению с Арбеном и Рустиком.
Ромео зарычал рядом со мной, и я прижал руку к его груди. Мое сердце колотилось. Я понятия не имел, как нам отсюда выбраться.
— Теперь пришло время использовать свои жалкие клетки мозга и сдаться. Тебя, конечно, ничего не ждет кроме смерти, но я обещаю быть нежным, — сказал Доменико.
 
Я стиснул челюсть, сопротивляясь искушению выстрелить ему в рот.
— Но если твои люди сдадутся, уверен, мы сможем найти им место в новой империи Арбена.
— Если ты думаешь, что мы когда-нибудь сможем служить тебе… — прорычал один из моих людей.
— Блять, идиотизм глубоко укоренился в Семье, — сказал Доменико.
Мужчина рядом с ним фыркнул.
Я взглянул на Ромео, пытаясь оценить шансы.
Мы могли бы начать стрелять. Они ни за что не позволили бы кому-либо из нас выжить, так что мы могли бы взять с собой как можно больше из них.
Но что тогда будет с Софией? Я не был уверен, что Рустик убьет свою дочь, но я не хотел идти на такой риск, особенно зная, что у него нет никаких сомнений, когда дело касается причинения ей вреда. Или продать ее, чтобы выдать замуж.
Ублюдок.
Еще один кусочек головоломки встал на свое место. Он собирался выдать ее замуж за Арбена.
— Почему я должен верить, что София действительно у тебя?
Мне нужно было выиграть нам время.
Доменико пожал плечами.
— Это просто риск, который тебе придется…
В другом конце комнаты раздался выстрел. Кровь потекла изо рта Доменико, прежде чем он упал вперед.
Начался хаос.
— Огонь! — закричал я.
Мои люди открыли огонь по ряду солдат Братвы и албанцев, которых продолжали поражать неизвестные стрелки сзади. Пули пролетали мимо меня, когда я присел и выстрелил в быстро падающих людей. От бетонного пола и стен поднимался вихрь пыли, а затем свет погас, погрузив нас во тьму, а воздух наполнился криками и выстрелами.
И тут наступила жуткая тишина. Фонарик моего телефона осветил тело Доменико, окруженное мертвыми солдатами. Я направил свет на своих людей, которые выглядели практически невредимыми благодаря тому, кто стрелял во вражеских солдат сзади. Стрелок, должно быть, все еще находился в этой комнате, но его невозможно было обнаружить из-за груд ящиков, создающих идеальное укрытие.
— Франческо ранен, — сказал Ромео. — Кажется, это просто царапина, но Аджелло отвезет его к машине для осмотра.
— Хорошо. — Я обратился к остальным мужчинам. — Рассредоточьтесь по складу и найдите Софию.
Я повернулся к Ромео и понизил голос.
— Я пойду посмотрю, есть ли здесь еще одна дверь.
Я кивнул головой в другую сторону большого складского помещения.
Ромео поднял подбородок, и остальные мои люди разошлись по складу, проверяя остальные комнаты здания.
Я нащупал стену, пытаясь найти выключатель, но не нашел.
Я пробирался через комнату, скользя глазами по стенам и поддонам, подняв пистолет на случай, если наткнусь на стрелка. Кто бы это ни был, он не казался моим врагом, но я не доверял никому, кто прячется в тени.
Снаружи послышался громкий скрежет и крики. Мое сердце забилось быстрее, когда я прошел вдоль стены к другому концу комнаты, нащупывая дверь. Мои пальцы наткнулись на погрешность, и я понял, что это выключатель.
Я нажал на него. Мои глаза обежали комнату, и затем я увидел ее.
София. Моя любовь.
Ее глаза были дикими, и она ползла к двери недалеко от того места, где я стоял.
Облегчение, которого я никогда раньше не испытывал, заставило меня перестать дышать.
Она была здесь.
Она была жива.
Я выкрикнул ее имя и побежал к ней. Она повернулась, на ее лице было выражение растерянности и облегчения. Ее губы шевелились, выговаривая мое имя.
В этот момент раздался взрыв, и меня отбросило назад.
67
МАТТЕО
Сдавленный звук покинул меня, когда дыхание выбилось из моих легких, и что-то твердое приземлилось мне на ноги. Сквозь пыль, заполнившую комнату, я увидел огромный кусок бетона от взорванной стены, прижимающий меня к земле. Я пошевелил пальцами ног и понял, что ничего не сломано, но я не мог сдвинуться с места.
Я повернул голову, отчаянно пытаясь увидеть Софию. Я вздрогнул от облегчения, когда заметил ее примерно в десяти футах от меня, покрытую пылью, но, казалось, невредимую.