Система Мультивыбора/Аватар: Пески смерти Том 2 (СИ)

— П-прошу, не убивайте! Я честно не хотел бить по доктору, т-тоесть по вам, просто командир заставил, — да, я слишком отличался от себя прошлого. Даже не беря в учёт тот факт, что прошло много времени — я стал больше, мои черты лица претерпели некоторые изменения, и даже шрамы сейчас были замазаны.
— Не трону. И не позволю тронуть другим, скорее всего, тебя просто уведут на железный корабль, — я повернулся к капитану, который уже строчил письмо, с просьбой прислать тот самый заветный стальной кораблик для рабов. Парень от страха «икнул» и даже задрожал, но посмотрел на меня с какой-то надеждой. — Как тебя зовут?
— Роуч, — я уже позабыл. — Молю, не сдавай меня туда. Я слышал, люди там теряют надежду. Всякое стремление на жизнь. А у меня семья.
— Просишь после того, как хотел менят убить? Рана от джеммонита может быть смертельной, — у него сжались зрачки от осознания, что я больно уж подкован в теме. Но, в конце концов, он был прав: учитывая показанное в каноне, на корабле, люди теряют связь с реальностью…
'Выбирай:
1 — Во спасение (Вы искренне цените жизнь, а понимание, что чья-то воля угаснет от абсолютной безнадёжности, наводит на вас грусть. Однако бороться с последствиями — бессмысленно. Разобравшись с плавучей тюрьмой, вы явите себя миру в идеальный момент, больше не за чем поддерживать прикрытие. Вы спасёте кучу пленников и испортите планы армии народа огня. Вы станете целью королевской семьи)
2 — Карма (Продавите своей гордостью чужую волю. Продемонстрировав, что за жестокость приходится отвечать, вы заставите людей задуматься над своими поступками. Заставив Роуча раскаиваться за деяния, вы измените его мировоззрение. Внимание, изменить взгляды всех пленников невозможно в силу непонимания того, как влиять на человеческие эмоции. Тем не менее Роуч откажется от смертельного применения кристаллов)
3 — Полумеры (Друг есть друг. Позвольте человеку сбежать, даже если он вас не узнает. Вы можете объединить это с первым вариантом, в таком случае мнение Роуча насчёт убийств не изменится, однако это станет стимулом развиваться дальше. В случае если не станете спасать остальных, Роуч откажется от идеи развития магии и начнёт уделять время семье)
4 — Докажите действиями (Этот вариант можно объединить со вторым. Повстанцы не верят, что цирк не обижает людей. Пускай они увидят представление, и то, как оно влияет на эмоции людей. Вы ещё лучше познаёте способы влияния на эмоции, а также заставите ВСЕХ раскаиваться в своих поступках)'
Но что это я вижу, возможность принять одновременно два варианта? Раньше такое можно было встретить только на большом отрезке времени, когда через месяц или даже год мне позволялось изучить что-то, к чему не смог прикоснуться раньше. Сейчас ситуация была более комплексной, ведь выбор одного или двух вариантов, приводил к разным последствиям. Может, так просто повезло, или я стал достаточно силен благодаря четвёртой чакре, которую ещё не проверял, но контроля над ситуацией стало намного больше, не выборы, а натуральный пазл!
И на самом деле… мне нет никакого смысла от того, кто и за что будет раскаиваться. Я не давал обещания сове, что из всех и каждого буду делать пацифиста, да, в качестве мести это бы подошло, но звучало крайне… мелочно. Меня бы волновало такое раньше, но на мир я смотрел значительно шире. Учить кого-то через страдания, не хотелось вовсе — только если это не враг. Пришло время показать себя вновь.
— Я отпущу тебя, — я взялся за железные цепи, которые окутывали ноги мага, и заставил его раскрыть глаза. — Но перед этим дам знать, что твои действия относительно работников цирка расцениваются только как трусость. Бить по тем, кто не готов творить беспредел, крайне подло и беспринципно. Тебе бы стоило набираться сил в первую очередь для защиты. Дай обещание, что, когда станешь командиром, ты не будешь творить подобное с невинными.
На мгновение воцарилась тишина, он крайне удивился словам, но начал кивать. Не совсем искренне, но если бы наврал, то потом у самого появились бы проблемы. Я бы их обеспечил сполна. Ослабив по итогу цепь и вновь открыв его точки ци, дал понять, что он сможет уйти, как только появится момент. Делал я это всё, конечно же, под прикрытием, нас видел только один человек. Тай Ли. Она лишь проморгалась, но не сказала ничего лишнего. Однако уже начала кое-что подозревать.
 
Весь оставшийся день мы просто восстанавливали работу цирка, пришлось чинить порванные шатры и сколачивать новый амфитеатр. Даже припрягли для этого пленников, пока те дожидались своего корабля. В такой толкучке никто не заметил побега одного мага. Ну а по наступлению вечера, я всё же заглянул в личный шатёр девушек.
— Вай, кто это к нам заглянул! — быстро заулыбались акробатки, словно бы непреднамеренно начав выгибаться в удивительные позы и хвастаться талией.
— Заходи, может хочешь чего-нибудь поесть? — меня окружили и другие участницы цирка. Сильные и гибкие, красивые и крайне умелые.
Кто-то из них явно хотел ощутить любовь, другие просто заигрывали, но объединяло их всех то, что в приставании ко мне была своя изюминка. Словно хотели отблагодарить героя, а там, быть может, перепадет что-то ещё. Однако пускай я и рад бы ощутить любовь стольких дам, но никто из них не вызывал мощного отклика. Никакого глубоко уважения, как к личности, не было.
— Простите, девушки, я бы просто хотел забрать у вас Тай Ли, — невинно почесав затылок, я услышал волну расстройства. Кто-то цыкнул, другие просто отошли и начали причитать о том, как их «весёлой простушке» повезло. Даже удивительно, как стремительно начало меняться отношение ко мне… не скажу, что был против, но полноценного внимания я удостаивал только одну. Вскоре она и появилась, в достаточно простом вечернем наряде. Никакого циркового красного цвета, лишь белый топик и ещё более открытая талия.
— Недалеко есть речка, хочешь туда? — сделала она такое резкое предложение, заставив своих подруг поднять натуральный вой. Они начали играть бровями и весело хихикать. Всё же, приняв приглашение, мы молча, идя друг около друга, покинули территорию цирка. Деревня уже и так находилась около речки, поэтому мы пошли по течению, чтобы отойти подальше. Но эта «странность» в эмоциональном спектре Тай Ли, меня как-то напрягала. — Знаешь, а ты смелый. И я говорю не о том, что ты всех спасал под таким-то камнепадом.
— …
— Помочь сбежать одному пленнику, притом весьма опасному… тебя могли бы тут же объявить врагом. Между прочим, даже высокопоставленных людей за такое могут наказать.
— Почему тогда ничего не рассказала капитану? — ни одна мышца на моём крайне расслабленном лице не дрогнула.
— Потому что ты помог мне отказаться от мысли, чтобы им помогать… раньше я бы, может, могла допустить идею такого, в каком-нибудь крайнем случае, но никак не сейчас.
Мы остановились на достаточном расстоянии от деревни и посмотрели в речку. Девушка какое-то время просто думала над своими словами: мы уже подставили Джао и вместе вырубили пару десятков солдат, став на сторону народа земли — она считала себя предательницей, и из-за этого чувствовала себя несколько странно. Чтобы развеять эту тоску, я лично взял её за руку, заведя в воду. Было достаточно холодно, из-за чего начала прыгать на месте, подняв на меня смущённый взгляд.
— Знаешь, а ведь я не просто монах.
Сложно сказать, насколько её оттолкнёт мое признание, но я явственно видел, что мотивация покинуть цирк у неё была. Конечно, делать это без причины она бы не стала, но если бы я попросил, пообещав заодно веселье…
— Да, ты говорил, что тебя зовут Дагот, — она улыбнулась и прикинулась дурочкой.