Траарнская Академия Магии. Поступить любой ценой

Иржин подняла вверх обе руки, а потом, улыбнувшись, жестом показала, что зашила себе рот.
– Посмотрим, – фыркнул мальчишка и улыбнулся, – прости, если был груб. Лидан дер Нихрат.
– Иржин дер Томна, – представилась она в ответ.
– Да я знаю, был на построении. Ты не думай, я учиться пришел, а не ерундой страдать. Так что можешь не ждать от меня подвоха.
– Спасибо, – дрогнувшим голосом ответила Иржин.
Хлопнула дверь, и в аудиторию впорхнула магистресса Ирвиль. Процокав до кафедры, она с шумом плюхнула на нее папку и холодно произнесла:
– Здравствуйте, студенты. Вы можете обращаться ко мне магистресса Ирвиль. В течение полугода мы будем изучать теорию темпоральной магии. На практические занятия к ректору Десуору попадут только те, кто покажет действительно достойный результат. И я не советую подтасовывать факты только ради того, чтобы получить личные занятия с милордом ректором. Обман быстро раскрывается. Доставайте тетради и карандаши, писать мы сегодня будем много.
Магистресса Ирвиль не обманула. К концу первой пары у Иржин болела рука и сводило пальцы. Ее сосед гневно сопел и отчаянно сокращал – он совсем не привык быстро писать.
– Я как-то иначе себе это представлял, – вздохнул парень во время краткого перерыва.
– Я тоже, – вздохнула Иржин и потрясла рукой. – Сегодня мне это будет сниться.
В аудитории остались только они и Тродваг, сидевшая в отдалении от всех.
– Тебя предупредили, что если примеришь мантию чужого курса – минус десять баллов? – спросил неожиданно Лидан.
– Что? – неприятно удивилась Иржин. – Нет.
– Говорят, что они какие-то заколдованные, и если надеть мантию не своего курса, то она сменит цвет на правильный, а где-то в каморке замкового кастеляна появится уведомление о снятии баллов. Я точно не уверен, мне ребята сказали, с которыми я в комнате живу. У одного старший брат, а у второго сестра уже выпустились.
– А у четвертого?
– А нас трое, – отмахнулся Лидан.
– А нас четверо. Я и Тродваг, – Иржин кивнула на соседку по комнате, – и еще двое сейчас на теории общей магии.
– Эх, первый курс одна теория, – скривился парень. – Ты сейчас сидишь рядом с будущим Великим Артефактором.
– Хм, это на каком же ты факультете?
– У иллюзионистов, – он тяжело вздохнул, – в Траарне выбирают место под Академию Артефакторов, но когда это будет – неизвестно. Так что выучу, что смогу, и потом в личное ученичество.
За минуту до окончания перерыва в аудиторию гурьбой ввалились студенты, а следом за ними вошла магистресса Ирвиль.
– Вторую пару вы будете греть в ладонях вот эти шарики. – Она встала за кафедру и поставила перед собой вместительную шкатулку. – Они очень холодные, но зато полезные. Если с шариком что-то начнет происходить – немедленно сообщите об этом мне.
Она взмахнула рукой, и перед каждым студентом замерло по шарику. Иржин протянула ладонь и с трудом удержалась от ругани: он оказался обжигающе холодным.
«Вот что значит греть», – вздохнула она мысленно.
Леди дер Томна перекладывала шарик из руки в руку и искренне желала, чтобы вся эта мука поскорее закончилась. К концу занятия шарик немного потеплел, и его удалось просто сжать в ладонях, не перебрасывая его.
Аккуратно оглядываясь, Иржин наблюдала за сокурсниками. Пока что никому не удалось нагреть шарик настолько, чтобы перестать его перекладывать с руки в руку. Немножечко возгордившись своей сильной волей, Ирж сжала руку чуть сильнее и услышала тихое «хруп».
«С меня точно снимут баллы, – обреченно подумала она. – И не потому, что я дер Томна, а потому, что я ломатель тренировочных шариков».
– Магистресса Ирвиль, – негромко позвала Иржин, – кажется, я его сломала.
И она, раскрыв ладонь, протянула шарик преподавательнице.
– К ректору, – выдохнула магистресса Ирвиль, – немедленно!
Иржин проворно подхватилась на ноги, собрала свои вещи и направилась к выходу из аудитории. Правда, перед тем, как окончательно покинуть лекцию, она позволила себе заметить:
– Моя семья не блещет богатством, но отец вполне может оплатить сломанный ученический артефакт.
 
– Я сказала к ректору – значит, к ректору. Не задерживайте нас, студентка дер Томна. И прихватите артефакт с собой. Авесто!
Перед лицом Иржин повис яркий зеленый шарик.
– Следуй за ним.
В этот колдовской путеводитель была встроена воистину зверская скорость – Иржин неслась по коридорам с такой скоростью, с какой ей далеко не всегда приходилось бегать на тренировках мастера-наставника Версара! Неудивительно, что, когда зеленый шарик растаял у высоких двустворчатых дверей, она медленно опустилась на колени и шумно выдохнула: добежала.
– Первый учебный день, и уже к ректору? – раздался тонкий, неприятный голос.– А бежала-то как, бежала.
– Так шарик же магистресса Ирвиль создала, – возмутилась Иржин.
– Ага, еще и ябеда – так и запишем, – захихикало невидимое существо и прикрикнуло: – А ну, шевелись! Счас ректор ускачет – и все, будешь торчать подо мной часа четыре!
– Под вами? – оторопела леди дер Томна.
– Я дверь, неумная, – фыркнуло существо, и створки медленно разошлись в стороны. – С секретарями милорду Десуору не везет, так что я за всех.
Иржин очень не любила, когда ее называли дурой, пусть даже и иносказательно. Потому она, состроив самую невинную рожицу, присела в глубоком реверансе и пролепетала:
– Ой, что ж вы на себя наговариваете! Какая ж вы неумная – и за дверь, и за секретаря, и говорить можете! Как есть – умнейшее существо.
Дверь издала странный звук – как будто дуб вздохнул – и, ничуть не обидевшись, ответила:
– Ой, сколько я вас таких ершистых перевидала. Все, как одна, рыдали на чемоданах, когда домой приходила пора возвращаться.
– У меня нет чемодана, – огрызнулась уязвленная Иржин.
– Иди уже. – И по тону было понятно, что кого бы ни поселили в дверном полотне, оно было невысокого мнения о студентке дер Томна.
Вместо приемной, где должен был сидеть секретарь, было просторное гулкое помещение, заставленное кадками с хвойными растениями. Высокие и низкие, они создавали иллюзию лесного уединения. В немалой степени из-за того, что с потолка лились солнечные лучи, а темно-зеленый мрамор под ногами походил на мох.
Второй пары дверей не было, это Иржин поняла не сразу, а только когда услышала недовольный голос:
– Вы пришли полюбоваться на растения, студентка дер Томна?
Оказывается, за самой высокой частью хвойников скрывалась широкая и высокая арка, которая вела непосредственно в кабинет ректора.
– Д-добрый день, – чуть заикаясь, произнесла Иржин и чеканным шагом подошла к массивному рабочему столу, – вот.
Она со стуком положила на черную столешницу сломанный артефакт и сделала шаг назад. Смотреть на ректора было страшно – ей вдруг пришло в голову, что эти артефакты могли быть какими-нибудь жутко древними или очень редкими. В общем, что за уничтожение академического имущества ее и правда могут отчислить. И что тогда делать?
– Попробуйте сделать то же самое вот с этим, – скучающим голосом произнес милорд Десуор и бросил Иржин другой шар.
– Сломать? – опасливо уточнила она и тут же протараторила: – Я ведь не специально, я сказала магистрессе Иржин, что мой отец сможет оплатить поломку. Он, конечно, будет недоволен, но мы сможем. Наверное. Не исключайте меня. Пожалуйста.
– Даже так? – непонятно хмыкнул ректор и четко приказал: – Повторите с моим шаром то же самое, что сделали со своим. Обещаю, вы не будете исключены при любом исходе.
– Слово? – сощурилась Иржин.
– Слово, – выразительно вздохнул милорд Десуор.
Иржин сосредоточенно кивнула и прикрыла глаза. Итак, шар нужно нагреть. Что ж, это она может, это довольно легко. Нужно немного потерпеть, а после он сам нагреется.
«И желательно не допустить поломки, – строго сказала себе леди дер Томна. – Ректор обещал не исключать, но мало ли что…»
Пальцы крепко оплели обжигающе ледяные бока шара. Терпеть. Главное – перетерпеть, дальше будет проще. Мгновение, другое, и в руках Иржин будто рождается пламя. Поначалу нежное, согревающее, а после жгучее, безжалостно жгущее кожу.