"Фантастика 2024-164". Компиляция. Книги 1-25 (СИ)

Сам же Александр, согнувшись, все-таки сумел развернуть коня – и направить его в сторону воинов сторожевого полка. На глазах обеих армий, безмолвно молчащих и сопровождающих столь необычного богатыря взглядами, Пересвет, все сильнее склоняясь к холке коня, добрался до русичей – и только после тяжело рухнул на подставленные руки, уже бездыханный…
И в этот миг вся русская рать взорвалась торжествующим криком! Потому как, несмотря на смерть от тяжелой раны, именно наш, НАШ поединщик взял верх в этой схватке – и это очевидно для всех, кто наблюдал за ходом «суда Божьего»! Даже я, заранее знавший исход поединка (правда, без подробностей), громко закричал:
– Слава Пересвету! Слава русским богатырям!!!
Да, исход поединка вышел очень символичным: прошитый копьем и распластавшийся на земле Челубей – и удержавшийся на коне Пересвет, покинувший седло только среди своих… Теперь тело татарского поединщика будет затоптано, раздавлено копытами тысяч коней – а тело Александра погребут близ церкви в честь Рождества Богородицы «на старом Симонове», где в дальнейшем и будут храниться его мощи…
Как и мощи преподобного Андрея-Осляби.
…Татары угрюмо безмолвствовали еще где-то с минуту – после чего их вожди, оправившись от шока, бросили нукеров в бой! Со стороны ордынцев загремели барабаны, во множестве запели трубы – и вся темная масса поганых подалась вперед мерным шагом… А всадники степного ополчения, вставшие первой линией, так и вовсе ринулись в атаку легкой рысью, бодря себя отчаянными криками и визгом!
Вскоре в центре с обеих сторон в воздух взвились первые срезни. Впрочем, сами ратники сторожевого полка, максимально разомкнув свои ряды, пока что стоят на месте. В целом оно и правильно – так они могут бить по ворогу дружными залпами, не хуже пеших лучников! А вот татары или же их наемники-половцы (вассалы? союзники?), принялись крутить «хороводы», сблизившись с русичами метров так на пятьдесят…
Плотность обстрела возросла кратно в считаные минуты; порубежников пока выручают лишь поддетые под кольчуги стеганки да накинутые на левую руку щиты. Казаки же несут большие потери, у них ведь похуже с броней – и татарские срезни находят свои цели среди донских русичей. Пусть и не так много – благодаря их разреженному, рыхлому строю, – но все же находят…
В свою очередь, татары также несут потери. Однако в случае с «хороводами», когда противник приближается не сплошной массой всадников, а полым внутри «кольцом» следующих по кругу лучников, стрельба по площадям не дает большого результата. Но все же, если бы стрелков с обеих сторон было поровну, предпочтительней казалась бы победа ратников именно сторожевого полка! Однако соотношение числа легких всадников – десять к одному в пользу ордынцев…
Я не сразу обратил внимание на рев боевого рога, низко загремевшего где-то в глубине сторожевого полка. Но, заслышав его, ратники московских сторож вдруг подались вперед – и неожиданно резко перешли с шага практически на галоп! При этом, спустив с тетивы последние стрелы, они сноровисто бросили луки в притороченные к седлам саадаки – чтобы тотчас перехватить копья обеими руками!
Изумленно я взираю на боевой прием, известный в семнадцатом веке как ойратский «копийный напуск» – по иронии судьбы используемый калмыками против крымских и ногайских татар. Вся ирония здесь заключается в том, что ойраты являются прямыми потомками нукеров Чингисхана и Батыя, чистокровными монголами… И одновременно с тем они стали союзниками русских царей из династии Романовых – а после и их подданными! Так вот, калмыки подпускали к себе татарских всадников, крутящих свои «хороводы», как можно ближе – а затем стремительно атаковали их легкими конными копейщиками! Причем сами крымские и ногайские татары (а заодно и «современные» золотоордынские) – это как раз потомки покоренных монголами кипчаков. Среди которых ойраты Золотой Орды банально растворились…
Так вот русские воины сторожевого полка также догадались использовать «классическую» ойратскую тактику! И расчет их воевод (в голове «всплыли» имена Симеона Оболенского и Иоанна Тарусского) оказался верен: усыпив бдительность кружащих «хороводы» татар, русичи позволили им приблизиться на пятьдесят метров – а где и на тридцать! После чего столь стремительно ударили в копье, что враг банально не успел отступить! «Кольца» татарских стрелков оказались в одночасье смяты и опрокинуты, и воодушевленные дружинники погнали их назад, яростно рубя в спину…
  
Увы, я уже не смог досмотреть, чем кончится атака порубежников. Сторожевой полк, выдвинутый вперед, первым принял бой – но теперь уже и к нам приблизились легкие ордынские всадники… И первые пущенные ими стрелы уже взвились в воздух – да с грозным, словно бы шмелиным гулом, посыпались сверху на наши головы!
– Щиты!!!
 Глава 4 
– Щиты!!!
Я успел отдать приказ, одновременно подняв свою «павезу» максимально высоко над головой, прикрыв зауженным концом «трапеции» холку Бурана, а широкой частью – собственную грудь и голову. Впрочем, ратники (а я «вспомнил», что привел две сотни дружинников, из которых пятьдесят тяжелых «рыцарей» встали подле меня) также вскинули над головами собственные треугольные «тарже», каплевидные «рондаши» и подобные моей павезе без всяких напоминаний…
А в следующий миг по нашим щитам частой дробью забарабанили грозно гудящие татарские стрелы!
Левую руку дернуло раз пять, не меньше – причем две вражеские стрелы, угодившие в щит, прошили его насквозь! Ибо имеют узкие, граненые наконечники… Впрочем, древки стрел все же застряли в павезе, вытянувшись в сторону моего лица сантиметров так на двадцать… Хорошо хоть прошли мимо предплечья!
Но до чего же страшно было увидеть, как тяжелый по весу и кажущийся таким надежным щит в один миг прошивают бронебойные стрелы, тянущиеся к твоему лицу! Н-да, пожалуй, я больше не буду поднимать голову вверх… И да – как я и опасался, татары пользуются разными типами наконечников для стрел. Полный набор жести…
А мне еще хватило дури вылезти в первый ряд!
Испуганно, а где и с болью заржали кони, также побеспокоенные стрелами. Грудь большинства наших скакунов прикрыта пластинчатой броней или кольчужной сеткой, а головы защищены стальными наголовьями. Но все же некоторые стрелы находят уязвимые места, впиваясь, к примеру, в конские крупы! Или же раня ничем не прикрытые ноги – пусть даже на излете…
Конечно, потери лошадей у нас куда меньше, чем у крестоносцев в первом крестовом походе – тогда сельджуки целенаправленно выбивали беззащитных коней. Однако же и ничем хорошим этот обстрел не кончится, ежели мы так и останемся стоять на месте!
Но стоим, стоим без приказа Андрея Ольгердовича Полоцкого, командующего полком правой руки… А стрелы меж тем продолжают лететь беспрерывно – правда, уже не так густо, зато точнее! Ведь сперва сблизившись с нами сплошной массой, теперь татары начали крутить «хороводы» метрах в пятидесяти от дружинников. Причем ныне они посылают их не по навесной траектории (когда взлетевшая в небо стрела летит по дуге, обрушиваясь на нас сверху, в падении), а по настильной – то есть целясь буквально в наши лица!
Или же в лошадиные ноги…
И если голову я прикрыл, чуть опустив павезу да изменив угол ее наклона на менее острый, то Бурушку… Бурушка стоит совсем беззащитным перед татарскими срезнями – стрелами с широким наконечником, не впивающимся в плоть, а режущим ее острой кромкой. Срезни оставляют после себя широкие, обильно кровоточащие раны – оттого и название… Одна такая стрела зацепила ногу стоящего справа от нас с Бураном коня – и тот с жалобным, протяжным визгом рухнул вперед, поджав под себя раненую ногу. Всадник же покатился кубарем вниз, через голову своего жеребца! Хорошо хоть не на скаку – иначе без тяжелых травм не обошлось бы…
Но такими темпами татары рано или поздно лишат нас лошадей! И ответить, как назло, нечем – утяжеленные русские дружинники четырнадцатого века перестали быть универсалами подобно ромейским клибанофорам, исключив из своего вооружения лук и стрелы. Нет, теперь мы «рыцари», теперь только копейный таран…