Истоки ненависти (СИ)

— Ну, что ж, теперь уже поздно отступать, — нервно усмехнулся тот, погладив её по голове, — тем более что ты сама нас втянула в это.
— Ой-ой, подумаешь, — канарейка обиженно нахохлилась, — и вообще, мог бы меня и отговорить. Ты мой нейге или где?!
— Начались эти девчачьи приёмчики… — утомлённо проворчал бурый беот, закатив глаза.
— Так! Ты знаешь, что когда я нервничаю, меня лучше не провоцировать! — она легонько хлопнула его по руке.
— Тише, — Луно многозначительно кивнул на сидящего напротив них Конкли, сверкавшего голубыми камнями «оу» в темноте небольшого салона, — не мешайте ему.
— Он, кажется, в «истинном» мире, — Капи осторожно наклонилась к ноту, пытаясь разглядеть за стёклами маски его глаза, — и не слышит нас…
Хиру настороженно опустил ей руку на плечо. Ноты всегда вызывали у остальных смесь страха и уважения, правда, в отличие от людей, не от неизвестности, а как раз от осознания, на что способны подобные анимагены. И хотя его отец и младший брат также являлись представителями этой серии, медвежонок настороженно относился к незнакомым псионикам. Удивлённо посмотрев на него, Капи ещё раз взглянула на Конкли, и послушно откинулась обратно к спинке сиденья.
— Харси уже освоился? — осторожно спросила она помрачневшего друга. — Со своей новой силой?..
— Он не рассказывал, — пожал плечами, — и не думаю, что ему хотелось бы со мной об этом говорить. Ведь я… — он горько усмехнулся. — Ведь я не нот. Мне не понять их видение мира.
— Глупости какие! Ты его старший брат! — всплеснула руками Капи. — Роднее тебя для него только родители!
— Тем не менее, он ничего не говорит о своём обучении, — невозмутимо возразил Хиру. — Есть мнение…
В динамике внутренней связи раздался треск, заставивший ребят встрепенуться.
— …да подожди ты! — голос Кэнлуса, сидящего за штурвалом, прерывался из-за создаваемых помех маскировочной системы самого турболёта. — Стой! Я не знал, что тебя не уведомили! Но… короче сама с ними поговори!.. Хиру! — позвал он. — Твоя мать на связи.
— Только не это… — болезненно застонал тот, только сейчас вспомнив, что так и не позвонил ей. Когда они согласились на эту миссию, то уже через десять минут их ждал готовый к отправке турболёт. По словам Каэлина, организовывавшего все сборы, дожидаться утра было опасно — слишком много людей находилось на территории укреплении и крепости. К тому же, неизвестно, что скажет Имил на отказ лететь сегодня.
— Хиру! — грозный голос Хары громом прозвучал в его ушах. — Это что значит? Куда это ты намылился?
— Мам, — он стыдливо поморщился, быстро взглянув на друзей, — понимаешь… так надо! Если у нас есть шанс закончить осаду…
— Я те сейчас «закончу осаду»! — она стояла перед дотом почти у самого моста в компании с Эри, тихо фыркающей от её выражений. — Кэнлус, ну-ка живо возвращайтесь!
— Это приказ высшего командования, — быстро возразил тот, поглядывая на показатели панели.
— Мам, ну правда, мы должны это сделать! — медвежонок в отчаянии сжал кулаки. — У Советников не было никого под рукой для этой операции! И кто, если не мы…
— Твою мать, Хиру! — в ярости зарычала она, быстро двигаясь взад-вперёд по бетонной дорожке. — Я не для того полдня с раздвинутыми ногами лежала, чтобы ты где-то там скопытился! А эти двое чего молчат?! — набросилась она на притихших Капи и Луно. — Как хорошо, что ваши родители не в курсе, что их дети летят Спирус знает куда, да? Ну погодите у меня, авантюристы хреновы! Бестолочи! Вернётесь, и я вам устрою такую взбучку, что месяц на жопе сидеть не сможете!
— Мам, — более серьёзным голосом произнёс бурый беот, пытаясь успокоиться, — всё будет хорошо. Мы вернёмся, обещаю.
— Один вон уже пообещал, — проворчала Хара, в бессилии вглядываясь в тёмное небо, словно пытаясь углядеть улетающий турболёт, — ох… клянусь, Хиру, если не вернёшься — найду, оживлю и снова прибью. Весь в отца — тот тоже вечно гоняется за призрачными идеями и надеждами…
Её слова заставили Хиру улыбнуться. Раньше, когда их жизнь протекала размеренно, тихо и полнилась мелкими радостями, он как-то не обращал внимания на свою черту цепляться даже за крохотный шанс на победу. Рисковать, поддерживаемый необъяснимой уверенностью, и при этом рассуждать так, словно успех уже гарантирован. Эти черты, правда, он унаследовал от обоих родителей, а не только от Урси, как говорила мать. Хара не хотела думать, что она такая же безрассудно решительная, как и муж, хотя все её действия говорили об обратном.
 
— Они справятся, — Эри медленно подошла к ней и встала рядом, глядя в небо, — вы совершали и большее безумство в их возрасте.
— Но они же ещё дети… — неуверенно протянула та, тряхнув ушами. — Ума не приложу, как они в это вляпались?
— Ну, иногда обстоятельства выше наших желаний, — пожала плечами девушка, убрав с глаз сползшую чёлку, — эх… иногда мне хочется вернуть старые деньки. Когда было хоть и плохо, но стабильно.
— Это ты про Рахнак? — Хара хмыкнула. — Как по мне, лучше уж скитаться, чем жить в этом вонючем городишке. Или ты про Айка и Кэли?.. — несколько виновато уточнила она, смутившись.
Та коротко усмехнулась, опустив взгляд. Прошло не так много времени, чтобы она могла полностью забыть их, однако за эти восемь лет произошло множество разных событий, и память о младших брате и сестре потихоньку начала угасать. К тому же, свадьба с Кэнлусом и рождение Ремуса заставили её отвлечься от горечи утраты и погрузиться в бытовую спокойную жизнь в горах, среди причудливых, с человеческой точки зрения, существ. «Мёртвые не продлят жизнь живым, — она вдохнула холодный воздух, ощущая неприятный привкус химикатов в гортани — белёсый туман давал о себе знать, подступая к анимагенскому побережью всё ближе и ближе, — но я ещё не отомстила за вас, «воронья стая». Хотя Эксплар и погиб, но его последователи всё ещё живы. И покуда они не погибнут все, я буду мстить за вас… Айк, Кэли и… Корво…»
— Глупость спросила, наверное, — совсем расстроилась Хара, опустив уши, — прости.
— Я просто задумалась, — Эри шутливо толкнула её в плечо бионической рукой, — как считаешь, Ремер Вен всё ещё жив? Может, он теперь один из легионеров Технократии?
— Не знаю, — пожала плечами та, воспрянув духом, — но я уверена — такие гады так просто не сдыхают. Надо поспрашивать у примипилов, хотя, я сомневаюсь, что кто-то, кроме нотов может быть в курсе о таком.
— Я уверена, что если он и стал анимагеном, то примкнул к тем сектантам, восхваляющих Эксплара, — убеждённо заявила девушка, — в любом случае, все дороги ведут в Технократию.
— Не доверяешь им? — Хара кивнула в сторону базы. — Анротам Нового Кайлити.
— Обычные анимагены. Ни больше, ни меньше, — она фыркнула и закатила глаза, — Пантеон… я так к вам привыкла…
— Ты и сама уже наполовину машина, — зайчиха хлопнула её по внешней стороне бедра, отозвавшегося металлическим звоном, — хах, не испугается Ремус-то обновлённой мамки?
— Привыкнет, — та осклабилась, подтянув сползший рукав комбинезона с бионической кисти, — я подумываю стать анимагеном, — вдруг серьёзно сказала она, посмотрев в глаза опешившей подруги, — беотом.
Хара даже растерялась, не зная, как реагировать на такое заявление. С одной стороны ей несколько льстило слышать такие слова от человека. С другой, она как никто другой знала, что такие операции запрещены в Союзе и Технократии, и ещё неизвестно, согласится ли Ассур, единственный ноосенс на всю их цивилизацию, на такой шаг. Но Эри и сама поняла, что сказала слишком много, и отвернулась, смущённо сложив руки на груди.
— Будь осторожна со своими желаниями, — негромко проговорила Хара, вновь взглянув на небо, — иногда, они всё же сбываются…
Вдруг её гарнитура завибрировала, оповещая о входящем сигнале. Тороплив продев тонкий ободок за ухо, синяя беот активировала её. Как командира 44-го батальона, недавно понёсшего потери при обороне, она ожидала услышать о пополнении и состоянии раненых от своего заместителя. Однако на связь вышел Хемнир.