Истоки ненависти (СИ)
— Зачем ты нам помогаешь, Юмена? — тихо спросила лисица, слегка прикрыв глаза. — Почему ты так хочешь помирить нас и Аревир?
— Признаюсь — я привязалась к вам, анимагены. Проводить время с созданиями, сочетающими в себе некоторую поистине детскую наивность и жажду познания, но в то же время отважных и готовых на многое ради своего народа, для меня одно удовольствие. Поэтому я хочу помочь вам и тебе в частности.
— О, я полностью смущена и готова покраснеть, — лисица демонстративно закатила глаза, — я так понимаю, на тебя сильно повлиял Альвен, наш «великий» Прокуратор?
— Не буду скрывать — Прайм вызывает во мне чувства, которые, как я полагала, давно мною позабыты, — новус мелодично рассмеялась, расплывшись в мечтательной улыбке, — и он действительно много рассказывал о жизни анимагенов и их судьбе.
— Но ты же новус… в смысле — человек. Даже опуская тот факт, что ты стерильна, не слишком ли…
— Любовь проявляется не только в материальном мире, — взгляд Юмены вдруг похолодел, и Арги невольно поёжилась, словно её окатили ледяной водой, — для новусов, равно как и для анимагенов, это больше душевное слияние, нежели порыв похоти. Странно, что я тебе должна это объяснять.
Арги промолчала, почувствовав, как стыдливо опускаются её уши. «Уж не знаю, что тебе наплёл Прайм, но анимагены вовсе не такие безгрешные, как ты думаешь, — она попыталась сохранить невозмутимое выражение лица, — Неделя Страсти, грудь у женщин, усилители чувствительности… «Лог-Ос» дал нам возможность не только иметь детей…»
— Я знаю, о чём ты думаешь, — смягчилась новус, отводя взгляд на стекло, — поверь, ваше желание размножаться…
— Не идеализируй нас, Юмена, — перебила её лисица, — мы вовсе не Келеи или кто там из безгрешных сверхъестественных созданий ещё существует? Анимагены более гармоничны мировоззрением и у нас другие понятия «добра и зла», и это правда, описанная ещё нашим Создателем, Хэером Наем. Но помимо достоинств, у нас также хватает пороков.
— Ты ещё не знаешь настоящих пороков, Арги, — Соланис расслабленно откинулась на спинку кресла, — вы сейчас в самом начале своего Бытия и не можете судить об этом, не говоря уж о том, чтобы строить выводы. Тирания Эксплара закончилась всего через четырнадцать лет, а его организация, «Новый Рассвет», послужила небывалому технологическому развитию Кайлити, а то и всего Аревира. Вы ещё не знаете, что такое «настоящий» порок.
— Но ведь тяга к сексу, алкоголю и курению…
— Я же говорила: в вас есть толика детской наивности, — она снисходительно качнула головой, — дети тяготеют ко всему запретному, а в вашем случае и вовсе невозможному. Но спустя годы это пройдёт — опыт приходит со временем.
Вдруг Юмена коротко вскрикнула и приложила пальцы к вискам. Жгучая боль ожгла её разум, пронзив до самой души невидимой иглой. «Какая мощь! — она взволнованно посмотрела на радар. — Неужели, Имил был прав?..»
— Юмена! — в кабину пилотов, держась за стену, вошла Ани. Лицо новус искажала гримаса агонии. — Что это? Откуда исходит этот негатив?
— Что происходит? — Арги недоумевающе посмотрела на них. — Вы что-то чувствуйте?
— Да, — Урси, несмотря на боль, уже осматривал окрестности «истинным» зрением, — отправь сигнал остальным — необходимо срочно остановиться и разобраться в чём дело.
— И вернуться в квадрат, где мы видели корабли эххийцев, — добавила Юмена, — у меня нехорошее предчувствие.
***
Белые корабли все ещё следовали своим курсом, не замечая нависших над ним невидимых транспортников. Сканирование показало, что это обычные малые сухогрузы, идущие под эмблемой Лимнерии — зелёных листьев дуба, расположенных вокруг белого светила и окантованные золотом. Впрочем, как справедливо заметила Лупо, экипаж мог не иметь отношения ни к Лимнерии ни Сарохару вообще.
Контейнеры на грузовых платформах кораблей, обтянутые магнитным тросами, неподвижно покоились на грузовых платформах, блестя на свету серыми боками с непонятыми маркировками и аббревиатурами. Никаких следов чужих новусов не было видно, да и источаемый негатив сейчас ослаб настолько, что едва ощущался псиониками наверху. Такую силу Урси чувствовал всего один раз, когда спустился в катакомбы тикку и смотрел на Наследие Эксплара. «Неужели, это правда? — ему не хотелось даже думать о подобном исходе событий. — Неужели всё, что случилось полгода назад, оказалось зря?»
— Всего десять человек на одном корабле, второй управляется автоматикой, — заключил Камманд, получая данные сканирования, — похоже, они довольно самоуверенны, раз решили плавать в океане такой малой группой.
— Или что-то знают, о чём не знаем мы, — Арги перевела взгляд на Юмену, — что это может быть?
— Полагаю, на борту присутствует новус-отступник, — та поморщилась, словно сказала что-то неприличное, — псионик, поддавшийся влиянию «Тёмного Голоса».
— И что это значит?
— «Тёмный Голос» — это негативная информация, появившаяся в ноосфере примерно тринадцать лет назад, — Юмена посмотрела на стоящего в проходе между креслами пилотов Урси, — поначалу, мы не замечали её — в ноосфере достаточно естественного негатива, чтобы обращать внимание на очередное чёрное пятно. Но в последнее время, лет семь назад, он начал распространяться с пугающей скоростью. Многие наши братья и сёстры лишились рассудка от невыносимой боли, подобной той, что мы почувствовали. А некоторые наоборот, прислушались к нему, отринув все законы Великого Храма Ауколис и насильно оборвав связь с Хором.
— Семь лет назад погиб Эксплар, — бурый беот взглянул ей в глаза, — если это тебе о чём-то говорит.
— Пока что — ни о чём, — пожала плечами та, — но буду иметь в виду. В любом случае, Рерар Хонти не смог бы безнаказанно воздействовать на ноосферу находясь среди прочих ноосенсов. Даже для такого как он это уж слишком.
— Так что будем делать? — нетерпеливо прервал их диалог Камманд, глядя на уплывающие корабли. — Оставим их?
— Ни в коем случае! — Юмена даже подпрыгнула от возбуждения. — Необходимо высадиться к ним на борт и обезвредить этого отступника. Даже один новус может исказить целый материк. Вам ли не знать, анимагены?
— Но это поставит под угрозу нашу миссию! — возразила Лупо. — Мы жертвой Адмирала прорвались сквозь блокаду, а теперь будем рисковать ради одного отступника?
— Я уже чувствовал подобную энергетику, — голос Урси дрогнул, — Ани, ты помнишь?
— Да, — стоявшая позади девушка кивнула, — это та злоба, что излучало Наследие, когда мы впервые его увидели. Ты думаешь, оно уцелело?
Арги резко сжала штурвал, с шипением вдохнув воздух. Урси ясно ощутил вспыхнувший в её разуме гнев, сменяющийся болью от потери и тоской по несбывшимся обещаниям.
— Если там есть хоть намёк на эту дрянь, — каждое слово лисицы отливало лютой ненавистью, — то я спущусь и вытяну из них всё что они знают о Наследии.
— А если люди, которые там находятся, подадут сигнал по Сети? — полюбопытствовал Камманд.
— Мертвецы, насколько мне известно, не разговаривают.
— Я думаю, до этого дело не дойдёт, — холодно возразила Лупо, — мы спустимся первыми и обезвредим экипаж. Лиззи, ты взломала их внутреннюю связь? Есть данные, кто это?
— Судя по разговорам и присутствующему в них мату — какие-то лимнерийские наёмники, — она направила турболёт вниз, — похоже, они охраняют того новуса, используя груз как прикрытие.
Белые точки на тёмно-синей поверхности быстро превращались в корабли. На них не было ни позолоты, ни эххийских змей, да и предполагаемый курс они держали совсем не в Королевские порты. Турболёты «Судья» и «Палач» невидимыми силуэтами следовали за быстро идущими кораблями, оставив остальную группу на высоте.
— Готовьте тросы, — коротко приказала волчица, надевая шлем и активируя интерфейс, — Лиззи, выключи им связь с Сетью, Вульпи — идёшь со мной во внутрь. Минот — обезвредишь двух в носовой части. Кано и Рэтси — берёте тех, что на корме.
— Ну вот, как на корму, так сразу Рэтси! — притворно возмутился крыс, под смех остальных.