Шёпот Ночи (СИ)

— А у меня есть выбор?
— Да, Владимир Геннадич, Вы и я будем работать в паре. Это приказ.
Детективу осталось только развести руками и подчиниться.
  
Глава 21
 
За выходные Ольга смогла найти адрес человека, оставившего сообщение на форуме. Если верить его словам, то его подняли пять лет назад, и с тех пор он живёт отрешённым от всех своих близких. Девушка шла по одному из бесконечных дворов жилой застройки Калининского района города. В основном застройка состояла из типовых хрущёвок, тем не менее, через несколько кварталов, дома сменились более приятными на вид домами эпохи Брежнева.
Ольга зашла в очередной двор и попала на спортивную площадку. Она чувствовала, что идёт правильно. Некая незримая сила влекла её к себеподобному. На спортивной площадке, состоявшей из нескольких уличных тренажёров и турников, никого не было, кроме одного лысого, физически развитого человека, который в этот момент подтягивался, спиной к ней. Когда она подошла на расстояние трёх метров и остановилась, он не перестал выполнять упражнение, хотя тоже почувствовал приближение такого же существа, как он сам. Мужчина повис на турнике, несмотря на зиму, он занимался в майке и спортивных штанах, капли пота стекали по его спине и исчезали под майкой. Набрав в лёгкие холодного воздуха и напрягшись, взяв волю в кулак, он подтянулся в последний раз и спрыгнул с турника. Звучно выдохнув, он развернулся к девушке.
— Здравствуйте, — сказал он, Ольга заметила, что внешне этот парень немного похож на Дуэйна Джонсона, с той разницей, что был ниже его ростом и имел большие глаза.
— Здравствуйте, я нашла Ваше сообщение на форуме. Со мной случилось нечто подобное.
Мужчина кивнул.
— Я — Андрей. А Вас как зовут?
— А я — Оля.
* * *
Через десять минут Ольга сидела в большой комнате двухкомнатной квартиры Андрея. Он налил ей чай в свою большую чашку. Мужчина сел в своё кресло и начал свой рассказ.
— Это со мной случилось пять лет назад. Я тогда переходил дорогу, и меня сбила машина. Дальше я ничего не помню. Возможно, я был мёртв час, два, три, а может пять минут, хотя вряд ли. В общем, очнулся я в морге, в секционной, как я понял, моё тело готовили к вскрытию. Когда я поднялся, я увидел рядом со своим столом парня, лет двадцати пяти, он почему-то потирал запястья. «Вон твоя одежда, одевайся и иди домой», — сказал он мне. В углу на стуле да, лежала одежда, правда не моя, но моего размера. Наверное, родители передали, чтоб меня одели, прежде чем в гроб положить. Я надел эти вещи и ушёл. После подтверждения личности мне вернули документы. Только вот жизнь перестала доставлять мне удовольствие. Я начал видеть всю мерзость других людей…
В этот момент из соседней комнаты донёсся протяжный стон.
— Подожди пять минут, — крикнул Андрей стонущему, — сейчас приду, — затем он вернулся к своему рассказу, — я перестал общаться со своими друзьями. Мне пришлось бросить свою девушку, потому что я узнал о неё то, чего знать не хотел, — мужчина ухмыльнулся, — я обо всех узнал то, чего не хотел знать… И самое страшное то, что я всем тем, кого любил и считал близкими, начал желать смерти. У меня в голове вырисовывались просто идеальные сценарии для каждого из них, как они могли бы «выйти из матрицы». И я очень хотел поделиться с ними. С одним знакомым в самом деле поделился. Когда он воплотил предложенную мной идею в жизнь, я понял, что мне пора бежать. Я скрылся ото всех. От родителей, от брата-ивалида. Ото всех. Три года я жил в маленьком городе далеко отсюда, работал на железной дороге. Ни с кем не контактировал. На еду хватало. Потом я узнал, что родители умерли. Отец умер через год после моего отъезда… моего бегства… А мать — вот накануне. Брат остался совсем один, соседи за ним присматривали. Пришлось мне вернуться и оформить над ним опеку. Живу и работаю снова здесь, в Питере. Контактов с люди минимум. Брат, это он сейчас стонал в соседней комнате, меня не выносит. Если я слишком долго с ним нахожусь, он начинает кричать, махать руками пытается слезть с кресла-каталки и уползти. Он чувствует, что я не простой. Я зла в нём не вижу, у него слабая связь с этим миром, но меня он чувствует. Я его чищу, мою, еду даю, кормлю. И сразу ухожу. Так и живём через стенку.
 
— Это ужасно, Андрей. Я неделю назад стала такой же.
— Помнишь, кто это сделал?
— Помню, но вспомнила не сразу. И знаю, что он не в себе.
Ольга рассказала своему новому знакомому о том, что с ней произошло за последнее время, начиная со встречи с Дмитрием, потом его вторжение к ней в квартиру, инцидент на работе и её поиски.
— Это хорошо, что ты запомнила. Я его ненавижу. Я хочу, чтобы он мучился и сам просил о смерти, — Андрей всё это говорил, сохраняя каменное выражение лица, он омертвел внутренне за пять лет, это было видно.
Затем он включил телевизор. В выпуске местных новостей сообщили, что два сотрудника одной фирмы за минувшие выходные покончили с собой: менеджер по продажам выпрыгнул из окна двенадцатого этажа съемной квартиры, а директор той же фирмы был обнаружен повешенным на собственном галстуке. Андрей посмотрел на свою новую знакомую.
— Судя по остаткам эмоций на твоём лице, готов предположить, что ты как-то причастна к этому.
Ольга вздохнула.
— Давай доберёмся до нашего воскресителя? Пускай поможет нам, а если не сможет, отплатим ему сполна.
— Я согласен, — Андрей заглянул девушке куда-то глубже её глаз, — подобное влечёт к подобному. Я чувствую, что есть ещё кто-то.
— И этот кто-то здесь, — ответила девушка.
В этот момент раздался негромкий, но частый звук в дверь. Андрей подошёл к двери и открыл её. На пороге стояла девочка четырёх лет.
— Здравствуйте. А я к вам. Меня зовут Ксюша.
— Здравствуй, Ксюша, заходи. Я — Андрей. Как ты тут оказалась?
Девочка пожала плечами.
— Позавчера я попросила открыть мне дверь и мне её открыли. Большие дяди думали, что противогазы их спасут. Но противогазы и прочие затычки в ушах не спасают от голосов в голове. Я долго просидела в одиночестве и научилась не только слушать мысли других людей, но и самой говорить в их головах, причём так, чтобы они слушались. Дня два я шла сюда. И пришла.
Из малой комнаты снова раздался стон. Андрей отвёл Ксюшу к Оле, а сам пошёл к брату.
— Интересно, — произнесла девочка, — скоро ли заметят мою пропажу?
— Думаешь, ещё не заметили? — спросила Ольга.
— Возможно, уже заметили. По выходным ко мне никто не ходит. Охранникам я промыла мозги, они не помнят, как меня отпустили. Врач заходит ко мне в понедельник. Наверное, уже заметили. Представляю лицо дяди Корешевского, — девочка тихо и сухо посмеялась.
— Помнишь того, кто тебя поднял?
— Помню. А ещё после встречи с детективом, который его искал, я нашла в его голове место, где наш «папаша» работает. Думаю, туда нам надо.
— Тогда сейчас Андрея дождёмся и решим, что делать.
Девушки улыбнулись друг другу, холодный огонёк в их глазах уже предвкушал сладко-горькую месть за поломанные судьбы их и их близких.
  
Глава 22
 
Перед Финляндским вокзалом, на Площади Ленина стояли фонтаны. В зимнее время они не работали, но жители города активно пользовались этой зоной отдыха и сидели на скамейках. Дмитрий сидел на одной из этих скамеек и смотрел на памятник Ленину, чья рука простёрлась в сторону Невы. Его внимание привлекли люди, проходившие за его спиной.
Саша и Сергей в течение последних суток продолжали вести наблюдение за Дмитрием.
— Что, дядь Саш, думаешь, он ещё ничего не подозревает? — спросил Сергей, видя, как сидящий на скамейке Жаров вдруг резко дёрнул головой.
Саша посмотрел на своего младшего товарища.
— Мне интересно, какой чёрт его понёс на Площадь Ленина. Гулял бы в районе Комендантского или Старой Деревни, к дому ближе, или к родителям сходил. Нет, его понесло сюда. Кстати, ты узнал, что он утром делал в поликлининке?