Шёпот Ночи (СИ)

— Лёнька — при смерти! Быстро к ним и помоги привести его в дом! Я подготовлю кровать.
Сергей побежал на улицу, Володя пошёл на кухню, убрать лишние вещи с кровати.
Саша почти дошёл до входной двери, когда из неё выбежал молодой человек лет восемнадцати-двадцати. Леонид сначала не поверил глазам, он был уверен, что сын остался в Петербурге, но нет! Вот он здесь, берёт его под другое плечо и ведёт в дом.
— Вы кто такой, молодой человек? — спросил Саша.
Сергей посмотрел на него из-за головы отцы.
— Не узнаёте, дядя Саша? — спросил он.
— Это мой сын, — сказал Леонид.
Саша хмыкнул.
— Ну, надо же! Как чужие дети быстро растут, а я тебя помню, когда ты под стол пешком ходил.
— Дядя Саша, давайте оставим любезности на потом, пока надо отцу помочь.
Леонида завели в дом и уложили на кровать на кухне.
— Что с ним? — спросил Владимир у Саши, — меня Володей зовут, будем знакомы.
Саша и Владимир пожали друг другу руки.
— А я — Саша. Говорит, в лесу на него кто-то напал.
Леонид сделал несколько вздохов, наслаждаясь прохладой в доме.
— Вы всё увидите на закате, — сказал он.
— Пап, может тебе воды дать или таблетку какую-нибудь?
Лёня отвёл взгляд.
— Не надо, в сарае, в средней двери стоит ведро с чесноком. Нужно выжать из него максимум сока.
Сергей кивнул.
— Хорошо, пап, — юноша побежал за чесноком, Владимир достал соковыжималку из серванта.
— Саш…
— Да, Лёнь.
— Наберёшь сок чеснока в шприц и вколешь мне прямо в сердце.
Саша удивился.
— Ты с ума сошёл?! — он едва не кричал.
— Если ты этого не сделаешь, то пожалеешь об этом больше, чем, если сделаешь. Ярёмную вену мне не повредили, но зараза всё-таки попала в меня.
Саша махнул рукой.
— Окей. Сделаю.
Сергей принёс ведро с чесноком и сразу же взялся чистить, Владимир собрал соковыжималку, Саша по указке Леонида нашёл домашнюю аптечку и вынул оттуда шприц на пять кубиков.
Ближе к девяти часам вечера Леониду стало совсем плохо, Саша понял, что наступает агония. Владимир запустил соковыжималку и начал сыпать туда очищеные зубчики. На выходе была чесночная кашица, но жижа присутствовала. Саша набрал около одного с половиной кубика. Леонид закрыл глаза. У Саши дрожали руки, он не верил, что сможет помочь. Внезапно что-то задымилось на груди Лёни, он распахнул глаза, они были красными, он посмотрел на Сашу, а потом закричал от боли, пытаясь сорвать с себя нательный крест, который жёг его. На крик подбежали Сергей и Владимир, бросив свои дела.
— Что за чертовщина? — спросил бывший милиционер.
— Коли! — закричал Лёня, — убей меня!
Он начал вертеться, в панике пытаясь добраться до креста, Владимир и Сергей схватили его за руки, прижав к кровати. Лёня оскалил неестественно длинные клыки. Паника ушла с его лица.
— Отпустите меня, мне лучше, — попросил он, но Владимир сразу понял, что его зять притворяется, потом Леонид заметил шприц с чесночной кашицей в руке Саши, — нет! Убери эту дрянь от меня! Убери! УБЕРИ!!!
У Леонида вновь началась паника.
— Коли быстрей! — приказал Владимир.
И Саша ударил шприцом Леониду между рёбер. Он вогнал всё содержимое. На лице Леонида появилось отчаяние и бешенство, потом оно сменилось умиротворением. Леонид расслабился, сердце разгоняло чеснок по его кровеносным сосудам, убивая инфекцию вампиризма. Кожа снова стала телесного цвета. Дыхание снова стало размеренным. Странно, но мужчина даже не лишился сознания.
— Думаю, мне есть, что вам рассказать и объяснить.
— Да уж, потрудись, — согласился Саша.
— Слушайте.
Сергей сел у ног отца, Саша и Владимир пододвинули табуретки. И Леонид начал свой рассказ.
  
Глава 7
 
Леонид старался рассказывать максимально подробно, чтобы ничего не упустить, и чтобы его не сочли сумасшедшим.
— Вся эта свистопляска началась полгода назад, когда со мной связался нотариус, который хранил завещание моего отца. Он сообщил, что отец просил кое-что мне отдать, нотариус дал мне адрес банка, где находится арендованный сейф, а вместе с ним и письмо. Отец вложился основательно, раз даже позаботился об аренде ячейки на целых три года.
 
— А в письме что было? — спросил Владимир.
— Отец писал, что отдаёт мне некоторые ценные бумаги и свои наработки по одному очень важному для него делу, он хотел их уничтожить, но не решился. Просил сделать это меня, но моё любопытство оказалось сильнее, и я занялся изучением этого дела.
— Неужели дело было настолько стоящим? — задал вопрос Саша.
Леонид посмотрел терапевту в глаза, Саша заметил, что радужные оболочки глаз его друга перестали быть красными.
— Да, Саня, дело тогда мне показалось очень стоящим. Я узнал очень много о своей родной земле, — Лёня посмотрел каждому из присутствовавших в глаза, — ещё позавчера я думал, что всё под контролем, но вчера убедился, что всё оказалось намного сложнее.
— Только причём тут то, что ты едва не превратился в упыря? — спросил у отца его сын.
— Эта история берёт своё начало с Великой Отечественной Войны. Тогда мой отец был ещё ребёнком. Он встретил в лесу свою учительницу, которая умерла за два дня до этого. Он испугался и убежал. Став старше, он решил разобраться, что к чему, спрашивал старожил, поднимал архивы, какие были доступны, но по большей части всё было слухами и легендами, однако не бывает дыма без огня. И вот, что удалось узнать отцу. В годы Войны в Зарубино селились переселенцы из центральной Европы. Начали пропадать дети и домашний скот, реже — женщины и ещё реже — мужчины. Среди жителей началась паника, думали на немецких диверсантов, хотя фронт был далеко оттуда. Тогда органы НКВД приняли решение о создании усиленных патрулей. Истина открылась, когда одной ночью в отделение милиции явился отец одной пропавшей девочки, он сообщил, что она вернулась, его радости просто не было предела. Он и два милиционера пошли к нему домой, чтобы это документально оформить, а когда они зашли, увидели, как эта маленькая девочка досасывает кровь из шеи своей уже мёртвой матери.
Саша и Сергей почти одновременно издали звук удивления. Владимир не отрывал взгляда от своего зятя, запоминал каждое слово.
— Милиционеров одолел сильный ужас, каждого ребёнка пугали букой, чтобы он не лазал в погреб или в кладовую. И вот бука пришёл, и вот бука смотрел на них глазами дитя, убившего собственную мать. Они достали пистолеты и начали стрельбу. Девочка бросила труп на пол, отдача от пуль загнала её в угол. Когда стрельба прекратилась, думали, что всё, убили. И тут она поднимается. Встаёт, и на ней — ни царапины! Милиционеры понимают, что совершенно безоружны, и надо бежать, они даже не заметили, что её отец куда-то пропал. Тут он влетает обратно в дом с какой-то палкой наперевес, позже выяснилось, что она была осиновой, и протыкает своего ребёнка, пригвоздив её к стене.
— Ужас, — прошептал Саша.
— Из неё потоком рванула чёрная жижа, что была у неё вместо крови, а потом и она и эта жижа начали как будто закипать, пока кроме одежды от неё ничего не осталось.
— И это, как я понимаю, послужило толчком для раскрытия причин пропажи людей, — сказал Владимир.
— Совершенно верно, очень быстро вышли на след болгарина, который числился по документам неизлечимо больным, нигде не работал, и никто его днём не видел. В его дом пришли днём, он спал, — Леонид сделал паузу, — в погребе, прямо на полу. Потрогали его, холодный, пульса нет. Умер. Решили увезти в морг, тогда был ясный день, вынесли его, а он глаза открыл, закричал на своём языке, солнце жгло его, он задымился, начал вырываться. Осины ни у кого под рукой не казалось, только у одного из милиционеров был с собой серебряный полтинник, носил с собой как талисман. Вынул он монетку и в рот этому упырю и втолкнул. Серебро превратило внутренности головы того вампира в жидкость. В конечном итоге он тоже закипел и исчез. На этом в те годы дело и закончилось. Тела нашли почти все в том же погребе. Не нашли только тела выкопанной учительницы.