Шёпот Ночи (СИ)
Глава 12
Когда Сергей вернулся домой, его предки и Саша уже ждали, они решили не спать.
— Ну вот, наконец, и наш мальчик, — сказал Владимир, — теперь, когда все собрались, я начну.
— Давай уж, — Саша махнул рукой, он немного обижался, что ему не дали поспать перед рабочим днём, придётся завтра снова таблетки глотать.
— Так вот, сегодня утром, как я уже говорил ранее, — Володя разлил чай каждому в чашку, — я ездил по делам, но вот по каким, не стал уточнять, решил дождаться вас всех.
— Ближе к делу, — поторопил тестя Леонид.
Владимир угукнул и продолжил.
— Я побывал на почте, забрал пару бумаг, пришедших мне из Пензы от моей супруги.
— Веры Викторовны? — спросил Леонид.
— Да, Лёня, она прислала мне немного интересовавшей меня информации о случаях вампиризма на территории бывшего СССР и о местной учительнице, пропавшей без вести в годы войны. Оказывается, есть очень много всего. Но это — не главное. Главное то, что я сегодня утром ездил на кладбище, решил навестить Стёпку. Почему-то мне показалось, что он как-то легко отошёл в мир иной. Взял я лопату и…
Лёня содрогнулся всем телом при этих словах.
— Что?!
— Ничего, — ответил детектив.
— Что значит "ничего"? Ты вскрыл могилу моего отца и говоришь "ничего"? Ты совсем охренел? — лицо Лёни стало красным, если бы Владимир не был ему близким человеком, он бы набросился на него.
Но детектив не проявил никаких эмоций.
— "Ничего", значит — "ничего". Да, я вскрыл могилу Стёпы, раскопал её лопатой, благо, никто по утрам на кладбище в этой дыре не ходит, — Владимир посмотрел своему зятю в глаза, — могила твоего отца оказалось простым кенотафом, причем абсолютно безвкусным.
— Что значит "кенотаф"? — спросил Саша.
— Могила без покойника, дядя Саша, — ответил Сергей.
Терапевт многозначительно кивнул.
— Минуточку! — воскликнул он, — Ты, Володя, хочешь сказать…
— Что Степана там нет. И у меня есть все основания предполагать, что он вообще не мёртв.
Гнев Лёни сменился смятением, он резко побледнел. Такую новость он точно не готов был услышать.
— М-да, — прошептал Саша.
— Охренеть, — чуть громче произнёс Сергей и допил свой чай, — у меня снова есть два деда.
Володя развёл руками.
— Вот и всё, что я хотел сказать. Теперь ложитесь спать, если сможете.
Владимир вышел с кухни и пошёл спать. Саша зевнул и последовал его примеру. Сергей с отцом остались на кухне вдвоём. Оба были потрясены. Не каждый день узнаёшь, что умерший близкий человек возможно жив.
Владимир проснулся с наступлением рассвета. Он вынул свой телефон, уведомления с мессенджера показывали, что требовалось его присутствие. Ночью было совершено два убийства. Одно из них на той же улице, где он жил. Он направился в тот дом.
Там уже работала полиция. У калитки стоял сержант. Когда Владимир к нему подошёл, тот уже приготовился его остановить, но детектив ловким движением руки, отработанным десятилетиями, достал удостоверение. Сержант прочитал содержимое, вздохнул и пропустил. Детектив зашёл в прихожую. Следователь опрашивал хозяйку дома и её дочь о случившемся. Обе были бледными, у хозяйки дрожали руки, она рыдала и не могла успокоиться, дочь стояла рядом, положив свои ладони матери на плечи. Он повернул голову, из дальней комнаты санитары выносили тело в простыне. Детектив отошёл с их пути, зайдя на кухню. Следователь посмотрел на него, Владимир снова показал своё удостоверение.
— Владимир Геннадиевич, — прочитал полицейский, — позвольте мне закончить опрашивать, а потом можете приступить.
— Мне будет достаточно тех сведений, что Вы, товарищ капитан, мне предоставите, — он повернулся к женщине и девушке, — а с вами я пообщаюсь, когда вы решите вопрос с погребением.
Девушка его узнала.
— Мама, это — Серёжин дед! Серёжа рассказывал, что он, в смысле его дед, — детектив.
Мать сглотнула. Снова кто-то из семьи этого мальчика.
— У них умер глава семьи, — сказал следователь, — есть сведения, что смерть была насильственной. Приходите во второй половине дня ко мне в кабинет, я Вам всё расскажу.
— Договорились, — ответил Володя и вышел из кухни, а потом покинул дом.
Он достал телефон и набрал номер Саши. После пяти гудков терапевт ответил утомленным голосом:
— Алло.
— Это Владимир.
— Я узнал.
— Сможешь сегодня на работе задержаться?
— А тебе зачем?
— Хочу морг посетить, а мне будет спокойнее с тобой.
— Ну, окей. Ладно, мне работать надо.
— Давай.
Владимир закончил вызов и вернул телефон в карман. Он пошёл домой.
Глава 13
Иван Богданович, один из старожил Зарубина, жил в доме недалеко от поселковой школы, жил с дочерью Машей, пышной брюнеткой небольшого роста, которая работала в библиотеке. В час дня она вернулась домой, отец поставил перед ней тарелку щей из свежей капусты и два зубчика чеснока. Маша посмотрела на чеснок, потом на своего отца.
— Папа! — громко сказала она.
— Что такое?
— Ну, какой чеснок? — она отодвинула зубчики, — я же с людьми работаю, а у меня ещё полдня впереди.
Иван убрал чеснок.
— Ой, точно, что-то я запамятовал…
Мария хотела напомнить отцу, чтобы тот сходил к врачу для пожилых людей, но передумала. Она не хотела его обижать. Тем более, что на днях он собирался сходить к терапевту.
— Всё забываю спросить, как ты к терапевту сходил?
Иван Богданович пожал плечами. Он взял тарелку, налил себе щей и взял чеснок, который чистил для дочери.
— А что он мне скажет? Сдавай анализы, сделай флюорографию.
Мария кивнула.
— Пап, ко мне сегодня приходила Нина Ивановна.
— А она разве ещё живая?
— Ещё как! Та ещё перечница, но шустрая не по годам.
— Что рассказала?
— Говорит, ночью убили троих. А дальше какие-то небылицы начала рассказывать, про вампиров, упырей и прочую ерунду.
Иван задумался, он слышал про вампиров, которые жили в этих местах, но это всё казалось ему не более чем байками.
— Но дело даже не в этом, — продолжала библиотекарша, — а в том, что, услыхав эти бредни, ко мне подошёл другой посетитель, который зашёл покопаться в краеведческой литературе. Этот… Как его… сын Скворцова.
— Лёнька что ли?
— Да, он.
— И чем Лёнька интересовался?
— Начал её расспрашивать, что она знает, видела ли сама этих вампиров. Всем видом показывал, что ему интересно эти бредни послушать. Но вот глаза его выдавали. Во взгляде читалось, что он не считает это бредом.
— И что она успела рассказать.
— Про какую учительницу, про болгар, которые были здесь в Великую Отечественную и, говорит, вот такие же смерти начались, как были тогда.
— Да, — Иван доел суп, — чушь, в общем. А кто умер-то?
— Какой-то медбрат в морге, девчонка Петровых, Наташка, и Пётр Чижевский.
— Много людей померло.
— А как там мужчина твой? Яшка. Что-то не видно его совсем в последнее время.
Мария махнула рукой.
— Мы поругались. Дурак он какой-то. Просила его не курить рядом со мной, нет, дымит. Ладно бы ещё сигареты были нормальными, так он курит какие-то вонючие. Он весь этим табаком провонял, так ещё целоваться лезет. Мы поругались, он обиделся и больше не приходит и не звонит.
— Ну и шут с ним, отдыхай.
В этот момент у калитки зазвенел входной колокольчик. Залаяла их собачка, увидав зашедшего чужака.
— Кто это там? — спросил Иван.
Мария подошла к окну и увидела молодого мужчину в летней куртке, из-под которой торчали полы белого халата
— Вроде врач…
Иван сам подошёл к окну.
— Так это же Саша! Наш терапевт, — сказал он, — впусти его. Ко мне, наверное, пришёл.
Мария пошла в сени. Она открыла входную дверь, когда Саша уже поднял кулак, чтобы постучаться. Их взгляды встретились. Терапевт оценил внешность этой женщины. Она была примерно одного с ним возраста, с большими тёмными глазами, густыми длинными волосами, знойная брюнетка, такие ему нравились.