Deus vult (СИ)
— Насколько всё плохо? Что с Женей? — спросил я не своим голосом.
— За Женькой отправился Макс, я попросила его… с Антониной Семёновной, я ещё не разобралась, сейчас поеду в больницу, но по короткому телефонному разговору я поняла — всё действительно плохо.
— С-спасибо, Кать… — тихо сказал я. Присел на ближайший валун и обхватил голову руками. Как же всё это мелко и ненужно. Война с орками, интриги, провинция, император… Когда ты просто не можешь позаботиться о своей семье.
От бессилия хотелось одновременно скрутиться калачиком и забиться в какой-нибудь тихий угол и одновременно вскрыть пару глоток врагам. Я ведь действительно ничего не могу сделать. Разве, что деньги, но и это не самое главное в подобной ситуации. Я каждую неделю перебрасывал всё до последнего золотого, который мне причитался как главе Злыдней, и там выходили совсем немаленькие суммы. Не огромные. Но их по крайней мере их хватало, чтобы обеспечить пенсионерку и дочку самым необходимым. Но что это даёт когда Женька осталась одна,
— Что от меня требуется? — спросил я. Просто так Шай бы не прилетела лично.
— Нужно заверить несколько документов, чтобы я могла отправиться в больницу и помочь чем смогу. Я ведь не родственница, со мной вряд ли будут даже разговаривать, а ещё нужна доверенность на Женьку. Чтобы ко мне не явились органы опеки и не отправили Женьку в детдом.
— Всё что нужно, только скажи, — ответил я. В горле застрял ком. Я еле выговаривал слова.
— Не будем откладывать, времени и так нет, — глаза Шай расфокусировались. Она нырнула в меню.
Вспышка холодного света осветила поляну. Передо мной застыл представитель администрации. Полностью чёрный силуэт, без мужских или женских признаков. Внутри него вертелись вспыхивали звёзды, кружились галактики.
— Чем я могу помочь? — спросил он обезличенным голосом.
Подобная услуга являлась платной, около ста тысяч золотых, но кто считает деньги в подобных обстоятельствах.
— Нам нужны услуи нотариуса, — сказала Шай, — Как можно быстрее.
— Хорошо, данная услуга присутствует в перечне, — дальше пошёл длинный монолог с перечислением мелких нюансов.
Я не выдержал:
— Нам некогда это слушать, можем приступить к делу? — еле сдерживая гнев, спросил я.
Полчаса ушло на оформление всех необходимых документов.
— Всё я побежала, — Катя поцеловала меня и твёрдо сказала, — Андрей, всё будет хорошо, прости, что принесла плохую новость.
— Это тебе спасибо и Максу, я не представляю, что делал бы без вас, — ответил я.
— Сочтёмся, — ответила Катя и растаяла в воздухе.
Я вернулся в лагерь. Седой заметил моё появление
— Это что вы ты там с Шай делал в кустах, негодник? — на его лице играла улыбка. Мне же было не до этого.
— Не тем, чем ты думаешь, — сказал я глухим голосом, проходя мимо воина и напрявляясь в сторону пасущихся в стороне пегасов.
— Что случилось, Рэй? Поссорился с Шай? — Седой моментально понял, что настроение у меня кардинально поменялось, и решил узнать, что произошло.
— Нет, с Катей всё хорошо, извини, мне нужно побыть одному… — я молча оседлал пегаса и отправился в сторону гор. Хотелось побыть наедине.
Холодный горный воздух слегка освежал, но я погрузился внутрь себя. Что я могу сделать? Что? Попросить выпустить меня из капсулы и доставить в больницу? И чем я смогу помочь? Ничем, скорее мне самому потребуется помощь…
О том, что произойдёт с Женькой в случае, если Антонины Семёновны не станет, я предпочитал не думать, у неё не останется никого из родных. Одна…
От несправедливости хотелось взвыть, я понял, что я пойду на что угодно, на самые радикальные меры, лишь бы вернуться в реальность. Почему я поверил, что меня невозможно вылечить, пусть меня осматривали очень хорошие врачи, светила по нашим меркам, но они не одни в мире, может быть удастся найти кого-нибудь, кто сможет помочь… Не для себя нет, для единственного родного человека, что у меня остался…
Подгоняемый этой мыслью я мчался всё дальше и дальше, нырял в облака и облетал горные пики, в какой-то момент понял, что возможно уже вылетел за пределы провинции, так как преодолел горный хребет и вылетел на свободное пространство. Внизу лежала зелёная равнина с многочисленными реками. Осмотрелся по сторонам и увидел вдалеке небольшую деревню на пять десятков домов.
А почему бы и нет? Возвращаться, конечно, нужно, но в этот момент вся эта возня с орками мне казалась несущественной. Хотелось отвлечься, хоть на пол часа.
Я направил пегаса вниз. Вблизи деревня производила впечатление уютного уголка, затерянного на бескрайней равнине. Тихое спокойное место.
— Чего тебе путник? — спросил широкоплечий мужчина с кузнечным молотом в руке.
— Не знаю, — честно ответил я. — Пролетал мимо и решил остановиться посмотреть, что тут у вас и как.
Кузнец, точно кузнец, никем другим он быть не мог, так как слева от дороги как раз стояла простенькая кузня с вывешенными нехитрыми изделиями. Он оценивающе посмотрел на меня, как будто пытаясь понять не начну ли я разносить деревню в щепки.
— Шалить не намерен? — спросил он подозрительно.
— Не планировал, — спокойно ответил я и опустив руку в сумку достал две бутылки с квасом. Одну из которых протянул собеседнику.
Тот принял и осмотрел.
— Пойдём, чего посреди улицы стоять? — сказал он и махнул рукой, приглашая вслед за ним.
В кузнице оказалось тепло, просто тепло. Горн с красными углями уже успел слегка остыть, но всё ещё давал тепло.
— Надолго к нам? — спросил он.
— Нет, сейчас немного отдохну и отправлюсь обратно, — ответил я, про себя думая о свалившихся проблемах.
Что делать?
Вариантов не так уж и много.Если с Антониной Семёновной всё будет в порядке, то она продолжит присматривать за Женей. А если нет?
Про остальные варианты мне не хотелось думать. Любой из них подразумевал печальный итог. Детский дом? Дальние родственники, практически забытые, которые смогут забрать дочку к себе… Возможно смогут помочь Макс и Катя, но через сколько им это надоест? Не думаю что долго.
Нанять круглосуточную няню? Оплатить подобное я смогу. Наверное. А как я проконтролирую отношение к ребёнку? Все вопросы повисали в воздухе без ответов.
Кузнец отхлебнул из бутылки.
— Проблемы? — спросил он.
— Разберусь — ответил я.
— Не знаю, что парень у тебя случилось, но я когда со своей благоверной поругаюсь, то ухожу с головой в работу, помогает. Хочешь попробовать?
— Поработать кузнецом? — с сомнением спросил я.
— Тут без разницы, но раз уж мы в кузне, то почему бы и не попробовать?
А что я теряю? Можно попробовать. Даже если получу кузнечную специальность, то какая разница, всё равно класса нет.
За пару минут мы раздули жар и кузнец сунул заготовку в пылающие угли.
— Сейчас немного подождём, пока раскалится…
* * *Удар шёл за ударом. Красная пластина проминалась с каждым ударом всё сильнее. Яков, а именно так звали кузнеца, указывал куда бить, мелким прутиком, прикладывая его к раскалённому железу.
— Сильнее, — сказал он.
Я послушался. Нос щекотал запах палёного железа. Через пятнадцать минут работы мозг окончательно отключился. Я действовал словно машина, не разбираясь с происходящим, не думая, просто делая своё дело. Два часа я махал молотом, пока не довёл себя до полного истощения. Когда руки уже с трудом поднимали молот, меч оказался готов.
Яков закинул его в бочку с ледяной водой.
— Помогло? — спросил он.
Я прислушался к себе. Мои проблемы никуда не ушли, нет, но сейчас я воспринимал их без эмоций, понимая, что нужно действовать.
— Да, помогло, спасибо, — ответил я и присел на ближайшую лавку. Устал.
Я взгляну на меч, вышедший из под моих рук. Он получился неказистым, но и навыка у меня не было. Так, что сойдёт.
Ещё около часа мы с Яковом просто болтали. О погоде, о жителях деревни, о неприятностях поджидающих в близлежащих землях.