Девятая жизнь. Напарники по несчастью (СИ)

Там было темно, но, прежде чем Рэйнер успел пустить световую руну, свет прожекторов озарил арену. Триста вздрогнула, когда дверь за ее спиной захлопнулась, отрезая от портала. Как по команде, отовсюду раздался гомон зрителей, но видно было только светловолосых близнецов в центре ринга.
— Мы бросаем вам вызов! Победите — и сможете уйти с высоко поднятой головой. Проиграете — и… — один из трюкачей замялся. — Мы пока не придумали.
Триста в недоумении замерла на месте, а Рэйнер, вопреки здравому смыслу, ответил:
— Я принимаю ваш вызов.
— Ты спятил?! — шикнула она, подскочив ближе.
Святые богини, сколько же здесь зрителей? Из-за стоявшего шума смысл следующих слов дошел не сразу:
— Вы не поняли. Мы вызываем вас обоих!
А когда дошел, стало совсем не смешно.
— Нет! — хором ответили они. Триста даже с испугу спряталась за спиной Рэйнера.
Второй близнец недовольно сложил руки на груди.
— Не согласите биться вдвоем — проиграете сразу. Или трусите?
Рэйнер задумался. Триста не могла поверить, но он действительно над этим задумался!
— Я никогда не дралась! — попыталась она вразумить альфарийца.
— Тебе и не придется, — посмотрел он на нее и, отвернувшись к арене, выкрикнул: — Мы согласны!
Близнецы были одеты в белоснежные свободные костюмы и смотрели на них, словно на желанную добычу, пока Рэйнер тянул обомлевшую Тристу на ринг. Тот был обрамленный высокой решеткой, соединенной даже сверху. Настоящая клетка.
— Ты псих. Ты просто псих, — приговаривала она, не веря в то, что действительно это делает. Зубы стучали, а зрительный зал гудел от восторга. — Мы проиграем… Ты видел, что они вытворяли в городе?
— Старайся держаться за моей спиной и не высовывайся. Помнишь ту игру в снежки? У тебя отлично получалось ставить порталы. Если поможешь мне, обещаю, мы уйдем отсюда с высоко поднятой головой.
Рэйнер был спокоен и пытался передать это спокойствие Тристе, но она лишь нервно отдернула плечи, скидывая его руки, и проворчала:
— Ты эту кашу заварил, ты и расхлебывай.
Она прекрасно помнила ту незнакомую магию и прекрасно понимала, что с незнакомой магией шутки плохи. Жаль, что Рэйнер не обладал такими навыками анализа.
Как бы Тристе не было страшно, после того, как прозвучал удар в гонг, она мгновенно собралась и начала думать. Если Рэйнер в этой ситуации был оружием, то она должна была выполнять роль той, кто этим оружием будет управлять. Но в первую очередь нужно было разобрать с противником.
Близнецы действовали слаженно, а в некоторых моментах даже синхронно. Но поражало другое — их удары невозможно было предугадать, потому что их попросту не было видно. Словно оружием был воздух, но воздухом управляли только в сказках! Рэйнер успешно наносил удар за ударом, но отбиваться был не в силах. Он быстро понял, что упор нужно делать именно на нападении, а оборону оставил Тристе — хотя бы порталы были преградой. Чем ловчее получалось задеть близнецов, тем сильнее они распалялись, прыгая по рингу словно заведенные.
Догадка пришла внезапно, и Триста последовала ей в первый же подходящий момент. А в следующий схлопотала в грудь, отлетев к решетке, но от открывшейся истины почти не ощутила удара. Поймав взбудораженный взгляд Рэйнера, выкрикнула едва слышно — из легких выбился весь воздух:
— Пограничное состояние!
Рэйнер услышал, но даже не успел последовать совету: заключительным ударом близнецы сбили его с ног, а Тристу, жавшуюся к решетке, не посчитали достойным противником. Гонг прогремел заключительный раз, и в зале зажегся свет. Триста медленно поднялась на ноги, в недоумении разглядывая пустые кресла. Душа молодой девушки нажала на кнопку аудиосистемы, выключая запись, и, вприпрыжку добежав до близнецов, скрылась в одном из тааффеитовых гравиалей. В ушах зазвенела тишина.
— Неплохой бой, — улыбнулся один из братьев, подавая Рэйнеру руку. — Меня зовут Ноа.
— Хотя было бы интереснее, если бы вы победили. Хоть какое-то разнообразие, — самодовольно улыбаясь, поддержал второй. — Выбирайте: десять кругов вокруг замка, добровольное закидывание жижками или… Ноа, что там было еще из последнего?
 
— Кто-то переплывал озеро.
— Точно! А еще помнишь тех девчонок, которым пришлось бегать по замку в нижнем белье?
— Не выдумывай, Ив, не было такого.
— Мог и подыграть, — расстроился Ив и красноречиво глянул на Тристу.
Рэйнер, судя по его виду, озадачен был не меньше опешившей девушки, но почему-то проигрышу не расстроился.
— Как вы узнали, что мы придем сюда и согласимся?
— Все приходят и соглашаются, — пожал плечами Ноа. — Другое дело — предугадать, найдет ли кто-то книжный, а затем и нас. Мы ставили на парней из училища, но вы, ребята, тоже ничего.
— Но так ведь нечестно! Вы пользуетесь невидимыми призрачными дланями, — взмахнула руками Триста.
— Почему это нечестно? — возмутился Ив.
— Это наша генетика, а не запрещенный прием. Мы альбиносы, — ответил Ноа, растрепав светлые волосы. — Какой камень в гравиаль ни ставь, все равно длань будет прозрачной.
Триста не поняла, как, но уже через несколько минут они шагали по коридорам академии, название которой можно было вычислить невооруженным глазом. Все крупные учебные заведения любили украшать себя всевозможными знаками отличия, и Арвиндраж, кажется, был лидером в этом деле. На полу был расстелен жесткий ковер аметистового цвета, на стенах то тут, то там виднелись развешенные гобелены с гербом академии, но самой эпичной оказалась «Доска гордости» в главном холле. Она выглядела совсем новой, будто выстроили ее недавно.
— Не знала, что арвиндражевцы побеждали в прошлом году на турнире в Консадорте, — рассматривая огромный кубок с выгравированным именем, удивилась Триста. — Корвин тин Вальцмен…
— Финальный раунд был с Каином тин Делагарди. Хороший был день, — улыбнулся краешком рта Рэйнер.
— Скоро здесь будет стоять кубок с нашими именами, — оскалился Ив.
Ноа заметил следом:
— Пойдемте отсюда. Здесь недалеко кабинет директора, лучше ему на глаза не попадаться.
Кстати о том, чтобы не попадаться. Триста этим аргументом оперировала еще на арене, но близнецы заверили, что никто и не заметит чужаков — тем более, в выходные, когда отсутствие формы абсолютно оправдано. Да и в Арвиндраже училось столько студентов, что каждого в лицо запомнить было просто невозможно! По крайней мере, раньше никого из их вынужденных гостей не ловили.
— На каком вы кругу? — спросила Триста, пока они шли в сторону главного входа.
— На первом, — ответил Ив.
— Разве вас могут допустить до турнира? Насколько я знаю, третий круг минимальный, — заметил Рэйнер.
Таких подробностей о турнире Триста не знала, больше удивившись возрасту новых знакомых.
— Ты же видел, на что мы способны! Какое значение имеет круг обучения? — вспылил Ив.
— Теоретически, да, — отозвался Ноа, прерывая брата. — Как минимум год нас допускать никто не станет, но тренер тин Эйлат видит в нас будущих финалистов.
Похоже, для этих парней важнее турнира ничего не было — почти каждая тема сводилась к обсуждению оружия или применению запрещенных приемов. Рэйнера разговоры о боях худо-бедно интересовали, а вот Тристе приходилось довольствоваться открывающимися видами. А смотреть было на что. Арвиндраж оказался красив не только внутри, но и снаружи, и если в коридорах студентов они практически не встретили, то на улице их была куча. Они мало чем отличались от тех же альфарийцев, а без формы разница была совсем незаметна.
Конечно, настоящую экскурсию им проводить никто не собирался, поэтому, немного пошатавшись по двору, близнецы повернули обратно в замок. Честно, при любых других обстоятельствах Триста была бы только рада узнать побольше о культуре студентов из соседней страны, но сейчас могла думать лишь о том, что незаконно пробралась на территорию чужой академии. Потому и движение в обратную сторону приняла с облегчением. Только вот дойти они не успели.