МАГ 8 (возвращение) (СИ)

Ничего, мое знание будущего, оружие из другого мира, техническая оснащенность в виде полевого бинокля и опытные напарники по части засад — все это, серьезное преимущество, при толковом использовании и нанесении удара первыми.
Драгер сразу приметил удобное место, где я смогу использовать преимущество в огневой мощи фузеи, оставаясь сам невидимым до последнего момента. Тропа проходит вдоль небольшой гряды, в полусотне метров от начала возвышенности и, если немного пропустить вперед колдуна с его спутниками, можно подняться из-за камней и прицельно стрелять ему в спину, не подставляясь в первые секунды под ответные удары.
Теперь, когда у Штольца есть палантир, лучше вообще не подставляться, не только под удары, даже, на глаза ему не попадаться. Есть у меня сомнение, что ветвистую молнию, которой он убил Торма, двоих слуг и атаковал купол Фатиха, я смогу так же уверенно отбить, как и Учитель, даже, при наличии трех палантиров.
Если уж Учитель своей маной и умениями, безо всякого палантира, умудрялся сбивать мою защиту, хорошо усиливаемую Источником.
Наверно, не смогу, только, очень это проверять не хочется.
Поэтому, мы приготовились ждать в стороне, метрах в трехстах от тропы, ждать, когда проедет колдун, который может использовать умение поиска, бросая его по пути перед собой. Хотя, его конкуренты должны остаться сзади, насколько он, наверняка, смог рассмотреть с верхнего этажа башни и никого не увидев вблизи, покидая свой наблюдательный пост.
Когда он проедет, я быстро бегу к позиции, с которой караван видно еще метров триста и стреляю, причем сразу же по большому камню, находящемуся на пути врага. Таков наш план.
Использовать импульсы я побаиваюсь, по направлению пролетающих мимо разрядов Штольц сразу же поймет, что на него напали и начнет серьезно защищаться. Поэтому, только один-два аннигиляционных сгустка по камням и все, никакого лишнего риска, очень спокойное завершение засады. Тем более, я не знаю, почувствует ли он использование такого оружия, камни можно выбрать уже те, которые караван проехал, так что, никто ничего не увидит и не поймет, пока глыба с тихим хлопком не разлетится на тысячи осколков.
Драгер издалека определил скорость каравана в четыре километра в час, и я высчитал, что мне лучше появиться на позиции через минуту с мелочью, чтобы успокоиться, прицелиться как следует и выстрелить в солидного размера глыбу, как только они ее проедут. У меня будет еще один выстрел, если первым я все же промахнусь.
Так мы и поступили, спрятались в стороне от места засады и ждали, пока маг на лошади, сопровождаемый одним конным слугой и двумя пешими, проедет и скроется за возвышением. Я сразу побежал, держа в одной руке фузею, второй прижимая нагрудный мешок с двумя палантирами и неся на спине мешок с третьим, полностью заряженным.
Пока бежал, считал секунды и подбежал к площадке для стрельбы на пятидесятой секунде. Хорошо, что есть еще десять лишних секунд, чтобы успокоиться и навестись точнее, чем я и занялся. Спины конных и пеших удаляются потихоньку и когда, первый слуга уже обогнул глыбу, а Штольц к ней только приблизился, я не стал больше ждать и выстрелил.
Чуть не промахнулся, но, все же, зацепил гребень глыбы, сгусток растворился в нем. Однако, как только я выпустил заряд, Штольц резко развернул коня и характерным жестом поставил защитный купол вокруг себя и одного ближайшего спутника.
Купол не смог помешать сгустку энергии уйти в камень и через пару секунд ливень из все пронзающих осколков обрушился на небольшой караван. Я не видел, что стало с проехавшим глыбу всадником, но, думаю, ничего хорошего, зато тело Штольца, его лошади и двух слуг снесло в сторону и оставило лежать сломанными, безжизненными кучками на перепаханной земле.
Я выдохнул и перевел дух, кажется, все получилось. Что там с первым всадником — не важно, главное, что маг не пережил такого взрыва, находясь всего в пяти метрах от глыбы. Я замахал рукой парням и вскоре они появились рядом.
— Как, попал? — деловито спросил Крос.
 
— Попал, на моих глазах всех снесло. Один всадник проехал за камень, требуется его проверить.
Охотники быстро начали подниматься на возвышенность, собираясь проверить поле битвы сверху, через пару минут все рассмотрели и показали, что живых нет.
Прежде, чем приблизиться к телам, я бросил магический взгляд на поле недавней битвы и тут же сложил руки крестом, показывая, что приближаться моим спутникам не стоит.
Какой-то магический ручеек там еще имеется, есть небольшое, но, яркое свечение в видимом спектре магического взгляда.
Да, именно, как ручеек, не полная магическая аура уже мертвого мага, становящаяся все более блеклой и пробитая в множестве мест осколками, заряженными энергий.
Нет, это что-то яркое, круглое и изливающее тонким потоком, но, не долетающим до земли, а растворяющимся в воздухе.
Подойдя поближе, я, кажется, начал догадываться, что это такое.
Осколки, заряженные аннигиляцией, ударили по палантиру в мешке на груди Штольца и повредили его, это похоже на широкую трещину, оставленную на поверхности шара. Мана, в сильно концентрированном виде, выходит из шара и растворяется в воздухе, создавая мини заражение вокруг себя. Сейчас, концентрация не очень большая и безопасная для людей, но, учитывая, что палантир заряжен полностью, через пару часов или дней тут станет поопаснее.
Хотя, про такие вещи я могу только приблизительно рассуждать, не имея никаких взвешенных данных, кроме извержения Роковой горы, убившее все живое вокруг.
Только, это случаи несопоставимые, понятно, что совсем несопоставимые.
Я накидываю на себя снятый недавно купол и подхожу к месту, где происходит выделение маны, сигнализируя парням, чтобы не приближались ко мне.
Откидываю копьем в сторону останки Штольца, очень легкие и пробитые во множестве мест каменными осколками, унесшими далеко куски плоти и костей.
Так и есть, мана вытекает из мешка, через прорехи которого виднеется поверхность палантира. Трогать его я не собираюсь, так как, опасаюсь спровоцировать немаленький такой взрыв, похожий на ядерный.
Все, убедился, что мана течет из палантира, не из какого-то другого артефакта и теперь пора уходить. Я прохожу дальше, рассматриваю останки лошади и всадника и начинаю карабкаться по склону, к Охотникам, почему то мне не хочется проходить мимо треснувшего Источника.
Кто его знает, как он себя поведет в дальнейшем, когда пройдет несколько дней, недель, месяцев или лет. Те, кто поедут в следующую башню, могут спокойно объехать это зараженное место, если будут знать.
Я точно не забуду о таком сюрпризе на дороге.
— Все, дело сделано, возвращаемся в башню, — и я машу рукой назад.
— Что там тебе не понравилось? Почему не забрал камень зла? — Крос не забыл мои рассказы и теперь проявляет достаточную осведомленность о настоящей цели нашего путешествия.
— Камень поврежден и трогать его — ну его на хрен! Еще рванет или отравит нас всех. Пусть полежит, посмотрим через какое-то время на него, — объясняю я.
— Полежит, через какое такое время? — переспрашивает меня Драгер и я, пока нет гвардейца рядом, немного приоткрываю им наши возможности и варианты.
— Смотрите, вы, теперь — люди вольные, только, со мной связанные. Я тоже, не под присягой, поэтому, думать нам надо про себя, про парней, которые рядом и про город, примерно в таком порядке. Вы как к этому относитесь?
Пришло время немного приоткрыть мои планы и проверить, что про все эти горы золотых монет и драгоценностей думают мои спутники.
— Ну, про себя и парней можно вместе думать, город и, правда, может постоять в конце очереди, — рассуждает Охотник и Крос поддерживает приятеля.
Охотникам не за что быть особенно благодарными Астору, лишним куском хлеба или новой одеждой он их не баловал, пока они служили. Сейчас все поменялось, но, эти пара месяцев полного снабжения не перевесят те долгие года на хозрасчете и самоокупаемости, когда все вещи перешивались и подшивались из-за того, что нормы постоянно занижены, как будто служат гильдейские в городе, ходят по чистым улицам, а не носятся по лесам и болотам, не рвут одежду и обувь в десятки раз быстрее, чем положено.