МАГ 8 (возвращение) (СИ)

Отлично получилось, самый опасный противник выведен из строя и еще один стражник убит на месте, хорошее начало засады.
Зато, оставшиеся всадники пронеслись мимо без какого-то ущерба, что делает сейчас лучник, я не знаю. Остановившись и развернув лошадей, четверка всадников издала боевой клич и погнала прямо на нас, выскочивших из кустов и выставивших копья, у кого они оказались. Это были мы втроем, я, Учитель и Хонс, вставшие рядом в ожидании атаки.
Один из всадников закачался и сполз вниз, в его спине обнаружилась стрела и теперь он не участвует в схватке, все же лучник не подкачал.
Хонс оказался умелым бойцом, со своим копьем, он первым атаковал напирающего всадника и сразу же, длинным выпадом, ранил его в колено, успев отскочить от удара мечом. Нависающего надо мной усатого крепыша я не стал трогать, опасаясь получить мечом по шее, то есть, по защитному куполу, который я все же поставил и кольнул в грудь его лошадь, вороного жеребца, потом, так же, отскочил назад, как и Учитель, только испугавший своего противника движением копья.
Мы оказались в выгодном положении, трое всадников потеряли напор и вертятся на месте, бешено отмахиваясь от нас и атаковавших их с боков разведчиков. Торк показал свое мастерство и бросил нож, попав в глаз одному из стражников, тот сразу обмяк и сполз вниз. Только, и противники оказались не промах и тоже одновременно бросили боевые ножи, один вонзился в грудь Учителя, второй попал в руку Хонсу, сразу же опустившему копье. В образовавшийся разрыв стражники и рванулись, отмахнувшись от Торка и Вилсера, пытаясь уже удрать, понимая, что ситуация сложилась не в их пользу и пора скакать за подмогой, поднимать местное дворянство. Раз воришки оказались такими опасными и обученными.
Я успел подготовиться и со всей силы ударил в бок пролетавшего стражника, не успевшего еще разогнаться на лошади мимо меня. Его повело в сторону от меня, острие копья пробило кольчугу и вошло на всю длину в бок, он еще продолжал ехать, и я выдернул копье, после чего, воин сразу же упал с коня. И, тут же, последнего выбил из седла метким выстрелом Трагер, выскочивший из кустов и сумевший тщательно прицелиться. Воин проскакал с десяток метров и тоже сполз с коня, который сразу же остановился.
Черт, у нас большие проблемы, двое ранены и серьезно, при наших возможностях в лечении, общеизвестных для парней и этого мира, а, ведь, нам еще нужно срочно удирать.
Пожалуй, придется выйти из тени, приоткрыть свои способности.
Хотя, можно так и не спешить, в живых никого не осталось, некому поднять погоню в ближайшие часы, нам придется остаться на этом месте относительно надолго.
Только требуется первым делом это проверить, что никто не удрал.
Тут я посмотрел на оставшихся в строю парней, Хонса перевязывает Вилсер, Учителя — Торк, опытные в таких делах люди, поэтому я бегу проверить, насколько живы стражники, успевшие ускакать от места схватки в сторону, прежде, чем упасть и посмотреть с вершины холма, не мчится ли сюда новый отряд преследователей или, может, отставший член погони разглядел, что тут такое ужасное творится и скачет уже за подмогой.
Если у нас не окажется нескольких часов, чтобы уехать подальше, нам придется очень плохо. Поднявшись бегом на холм, я смотрю вперед и с облегчением понимаю, что дорога пустынна, рядом не видно никакого жилья, да и полей, распаханных, не имеется поблизости, скорее всего, эти места используют, как луга.
Что здесь, в Сатуме, является обычным делом, чтобы особо ничем ценным не рисковать вдалеке от поселения.
Нам еще может повезти, мы сможем скрыть следы стычки, свалить под откос тела стражников и того молодого рыцаря.
Только, что делать с парой пострадавших лошадей?
Как только я подумал о нем, этом дворянине, возвращаясь назад, так сразу вскрикнул Трагер и зарычавший Торк подлетел к туше коня, придавившего дворянина и взмахнул там мечом.
Я, уже, почти вернулся к нашим и, только сейчас, понял, что придавленный своим конем дворянин все же смог метнуть тяжелый кинжал, вошедший глубоко в спину нашему лучнику. Рана, точно, смертельная и пусть Старший, почти, отделил голову дворянина ударом меча, Трагеру это не поможет никак.
 
Да, мы все без брони и то, что, вроде, так легко победили профессионалов в броне, говорит о том, что на нашей стороне оказалась удача и погоня не сразу распознала ловушку, тем более, наша хорошо подготовленная группа стрелковым оружием вывела из строя четверых воинов, во главе с самым опасным дворянином.
Спасти нашего лучника может только Господь Бог и я, скромный переселенец из захудалого королевства, который сейчас окажется магом.
Как отнесутся к этому мои спутники? Не попробуют ли сразу меня убить?
Вряд ли, спасение умирающего товарища и излечение раненых — это очень большое дело по меркам боевой обстановки.
Не знаю, но, думать и действовать требуется быстро, Трагер на глазах бледнеет, кровь обильно течет и остановить ее не получается, кинжал продолжает торчать из его спины.
— Переверните меня на спину, когда достанете его, хочу, умирая, смотреть на небо, — шепчет он Торку, но я останавливаю Старшего:
— Пусть лежит на животе. Сейчас я займусь ранеными, но мне требуется ваша клятва, что это останется между нами.
— О чем ты говоришь? — не понимает Торк.
— Я могу спасти его, — и я показываю на лучника, на спине которого, уже свободной от одежды, пузырится кровь из раны, из-под торчащего кинжала, похоже, у него пробито легкое.
Я достаю из своего мешка артефакт для лечения ран, жду, когда Торк выдернет кинжал, Трагер при этом ожидаемо потерял сознание и обмяк, сразу же прикладываю его к спине, прямо в кровь, которой все больше.
Парни собрались вокруг, собираясь прощаться с другом, Хонс тоже подошел, баюкая раненую руку, Учитель с безнадежным сидит поодаль, понимая, что спасение сестры откладывается, наверно, навсегда.
Тогда я приступаю к лечению.
Пускаю в артефакт ману и держу так несколько минут, пока края раны не стягиваются на глазах у изумленных зрителей и на спине Трагера остается только прямой и розовый шрам.
Он лежит, все так же, без сознания, но, дышит ровно, только крови успел потерять немало. Дальше будет путешествовать на подводе.
Едва успел, на самом деле, еще минута разговоров и мы бы потеряли лучника и, негласно, главного для начальства в нашей экспедиции.
Надеюсь, он окажется достаточно мне благодарен, чтобы промолчать о произошедшем чуде, которое спасло его жизнь и его самого от неприметной могилки на краю дороги в чужой земле.
Оставив лежать исцеленного на земле, я сразу же сказал остальным, кто остался невредим:
— Подберите одежду Трагеру и себе, всем нам необходимо переодеться в местные вещи. Я пока вылечу Учителя и Хонса.
Тонс с Вилсером приступают к мародерке, раздевая тела и снимая не пострадавшую в схватке одежду, пусть и залитую кровью, пояса и броню, складывая все вещи на уже выгнанной из кустов подводе.
Слушаются меня беспрекословно, впрочем, после такого чуда, произошедшего у них на глазах, я бы, тоже слушался.
Грудь Учителя я лечу быстрее, там достаточно глубокая рана, потратив пять минут, и пять процентов своей маны, отправляю его на вершину холма, заниматься наблюдением во все стороны, не показываясь самому.
Хонс подходит последним, обнажает от повязки плечо и на него уходит столько же времени и маны.
— Совсем не больно, — бормочет он, глядя на свое плечо, украсившееся небольшим шрамом. Я отправляю его помочь парням в мародерке и спешу к Учителю, залегшему на верхушке склона.
— Как, все тихо?
— Да, никого. Здесь, ты сам знаешь, движение не такое, как в Асторе, все стараются из своих земель не выезжать, без большой надобности. Ольг, что теперь? — спрашивает приятель, понимая, что многое изменилось и хочет узнать ответ на основной, волнующий его вопрос об эвакуации из Сатума сестры. К магии у переселенца более нейтральное отношение, его страна не пострадала от беды, так, как Черноземье и он только рад, что такой человек обнаружился в нашей группе.