МАГ 8 (возвращение) (СИ)

Торговец провел нас задними дворами, через улицу, потом мы зашли в еще один двор, где наш Сусанин постучал в незаметную, но, очень крепкую дверь, из толстенного дерева, обитую железом.
Ее открыл крепкий охранник, осмотрел нас и пропустил в помещение:
— Лапами ничего не хватать, — рявкнул он, по привычке, потом рассмотрел меня и реакцию Торка на его слова, поэтому сбавил тон:
— Прошу прощения, ваша милость, не разобрал на свету.
Он провел нас мимо пары работающих за своими верстаками работников, открыл еще одну дверь, потом еще одну и мы очутились в ювелирной лавке, охраняемой вторым охранником, здоровенным верзилой в кожаном жилете.
Хозяин лавки, невысокий, полный мужчина почтенного возраста, с острой бородкой, внимательно выслушал нас, то есть, Гинса и оружейника.
— Я правильно понял? Вы собираетесь купить у меня большое количество изделий. Часть хотите оплатить деньгами, часть — дорогими панцирями и броней. Насколько я понимаю, происхождение вещей не очень определенное, скажем так.
— Да, вы правильно все поняли, — подтвердил я.
— О, вы говорите на корли? Тогда сразу скажу, сделка не будет выгодна для вас, если только брони не достались вам совсем бесплатно, — заявил он и выжидательно посмотрел, как-то, на всех сразу.
Понятно, он хочет узнать поточнее, как это дело связано со смертью прежних владельцев. От этого зависит только то, чем он с нами рассчитается, украшениями или вообще ничем и мне кажется, в голове у ювелира складывается именно такой ход мыслей и, естественно, последующих действий.
Я уже понимаю, что, как-то, зря мы сюда пришли, комбинация слишком сложная, чтобы нормально получиться. Но, в этот момент Ювелир на что-то решается и обещает дать нам нормальные цены на ювелирку, пусть, и под залог тех предметов, которые осмотрит его приятель оружейник.
Мы договариваемся, что Оружейник наймет подводу, выедет с ней за город и там, в нашем лагере, осмотрит, не спеша, все те вещи, которые мы ему покажем. Оценит их по средней цене, потом мы погрузим товар на его арендованную подводу, он все привезет в город, сам договорится на воротах со стражей и выгрузит в лавке Ювелира, где мы получим четверть от настоящей цены и сможем на эти деньги и еще, свои собственные, купить ювелирные изделия по хорошей цене. Цену я сразу же спросил, хорошей она оказалась только по названию, ведь, хозяин лавки понимает, что деваться нам особенно некуда. В этом городе больше никто не станет с нами разговаривать, если мы не договоримся с ним, раз уж начали такой разговор.
— Сколько у вас своих денег? — между делом спрашивает Ювелир.
Пора его заинтересовать посильнее, поэтому я увеличиваю сумму до трехсот золотых, которых у нас нет, даже с теми, что припрятаны у Клеи.
Наживка заглатывается, на лице Ювелира проскальзывает едва заметная неприятная усмешка, которую он сразу же прячет на неподвижным выражением. Что-то он задумал и я знаю что, почти уверен в этом, поэтому делаю вид, что удовлетворен переговорами и жму руки сначала Ювелиру, потом — Оружейнику.
Мы договорились, что пока Оружейных дел мастер ищет транспорт, мы прикупим продуктов, поэтому, расходимся, все по своим делам. На рынке, куда нас провожает один из охранников, удается хорошо поторговаться, затариться лепешками, мясом и корнеплодами, цены здесь — достаточно высокие, как и все в этой стране.
Пока наши ждут мастера с подводой, я совершаю небольшую прогулку до другого конца города, где имеются еще одни работающие ворота в крепостной стене, под присмотром всего четырех стражников. Рассмотрев по пути все, что мне требуется, я возвращаюсь на рынок, куда уже подъехала телега, парни складывают продукты на нее и мы сразу отправляемся на выезд, чтобы не терять время, свое и уважаемых владельцев лавок, тем более, жизнь в городе замирает после обеда.
Когда мы проезжаем ворота, мастер обменивается парой слов со Старшим стражи, как я понимаю, договаривается, что скоро вернется обратно и готов приплатить, чтобы въехать в город без осмотра. То, что нам и требуется, поэтому я отдаю инициативу в руки местного жителя, которому виднее, как обделывать такие дела.
 
Я вижу, что Торк хочет со мной поговорить и немного отстаю от остальных попутчиков.
— Ольг, мне кажется, что нас могут кинуть. Зачем ты сказал про триста золотых? У нас же нет такого количества местных денег.
— Поэтому и сказал. Кинут нас обязательно, поэтому захвати все метательные ножи. Пойдем в том же составе.
— Как мы выйдем из города, если начнется заварушка? — теперь Торка интересуют практические вещи, — На этих воротах нас не пропустят без сопровождающего, такого, как этот хитрый Оружейник.
— Выйдем через другие, — на меня накатывает чувство бесшабашности, — Да и стена невысокая, можем спуститься, где угодно, захвати веревку. Впрочем, эти ленивые стражники для нас не противники, но, лучше, исчезнуть тихо, — успокаиваю я разведчика.
— Кидать нас собираются без лишнего шума, вот и воспользуемся этим.
Тем временем, мы добираемся до нашей подводы, я замечаю, что Оружейник немного тревожится, когда видит еще четверых крепких парней и спрашивает, сколько из нас пойдет в город.
— Пойдут те же, кто и до этого заходил, — успокаиваю я его и мы приступаем к осмотру доспехов.
Первичный осмотр показывает, что оба панциря очень понравились покупателю, он даже не стал уверять, что это обычная работа, сразу признал, что изделия дорогие, морассейской работы.
Я кивнул, что согласен и доспехи точно — морассейской работы, как будто, я знаю, что это такое.
Цену он озвучил в сто пятьдесят золотых за каждый и я согласился, ведь суммы, озвученные здесь и сейчас — не имеют никакого значения. Остальное тоже удостоилось похвалы, особенно снятое с обоих дворян, только Оружейник еще раз намекнул, что не видит гербов на доспехах, на что я ответил:
— Как истинный дворянин, заверяю тебя, что брони взяты в честном бою, гербы отсутствуют, чтобы не подвергать лишнему позору побежденные фамилии, которые очень славны своей прошлой и настоящей историей.
Это напыщенное объяснение мастера вполне устроило, как, впрочем, устроило бы и любое другое.
Всего, мы оценили наше добро в шестьсот золотых на руки нам, раз в пять ниже настоящей стоимости, что неприятно удивило моих попутчиков, только спорить никто не стал, понимая, что с собой нам все не унести физически. Да и продать больше здесь негде, парни все отлично понимают, что требуется хвататься за любую возможность.
— Ничего, дешево, зато, все сразу, — приободрил я свою команду и отдал тихонько необходимые указания, чтобы, как только мы скроемся в воротах, наш караван сразу же снимался со стоянки и на полном ходу удирал в сторону гор, пройдя с тридцать лиг требуется спрятаться где-нибудь и выставить наблюдателей, чтобы не пропустить нас мимо своего укрытия.
Я кладу на подводу копье, сбоку от доспехов и на вопросительный взгляд Оружейника напоминаю, что суммы денег большие, требуется озаботиться своей безопасностью.
— В городе проблем не будет, там все знают, как мы держим слово — успокаивает меня мастер и я делаю вид, что согласен с ним, но, копье из телеги не убираю.
Доспехи накрываются тканью и присыпаются сверху сеном, чисто символически и наша процессия возвращается к воротам, где Старший небрежно осматривает подводу, приподнимает ткань и, заглянув под нее, кивком головы разрешает нам проезд.
Довольно просто у них здесь с проездом и безопасностью в городе, хотя, оружейник всегда сотрудничает со Стражей, так что, ничего удивительного в этом нет. Но, думается мне, что стража в курсе назревающих проблем и активно вмешается, естественно, не на нашей стороне.
Дребежжа по каменной мостовой окованными железом колесами, подвода проезжает по сильно воняющим улицам, где дерьмо течет по краю мостовой, я еще раз наглядно чувствую, что такое — жизнь в средневековом городе.
Проехав пару улиц, мы въехали во двор, где располагается ювелирная лавка, причем, крепкие ворота открыл и снова закрыл сам Мастер Оружейник, воспользовавшись достаточно хитроумным ключом.