Наследник Буйного (СИ)

- Катюш, я понимаю, у тебя сейчас стадия отрицания. Я её уже прошла. Поверь, я всячески показывала Эмиру, что он далеко не самый важный приоритет в наших жизнях. - Я на корточки присаживаюсь. На сестру смотрю. Я понимаю её на все сто процентов. Потому что мы с ней одинаково реагируем. Только ей позволены эмоциональные всплески и выкрутасы, потому что она ребёнок. А мне уже нет.
Думала ли я о том, как обломать Буйного в очередной раз? Ха! Да всю ночь! Представляла разные ситуации. Как я ему скажу, что шёл куда подальше. Даже ликовала от того, как выражение его лица представляла. Но после... двухминутной удовлетворённости я понимала, что наступят последствия. Если вот так клацать Эмира постоянно по носу, то рано или поздно он взорвётся. И результат никому не понравится.
- Ну, Зла-а-а-а-а-т... - Катюша ныть начинает. Капризничает. И я понимаю её. Эмир нас обеих бросил. Катя его уже как семью воспринимала. Была свидетелем всех моих страданий. Помогала. Поддерживала. Делала всё, что могла. Её обида и злость полностью понятны.
- Катюш, - сжимаю её ладошки, - помимо меня и тебя есть ещё Мир. Поверь, во мне самой бушуют эмоции. Но я хочу дать им шанс пообщаться.
- Мир его плохим считает! - Катюша фыркает. И хорошо, что она сама тему завела, потому что я и это обсудить хотела.
- Катюш, я знаю, что Мир ярко воспринял всё происходящее. И Эмир себя вёл не так, как нужно. Но...
Сестра отворачивается, дует губы, не хочет обсуждать. Потому что всё понимает.
- Ладно, - вздыхает.
- Ты не станешь подогревать его желание противостоять, да? - Я озвучиваю, потому что для меня важно договориться. Катя должна понимать, что её отношения с Эмиром — это её эмоции. Мои отношения - мои эмоции. Мы не имеем права навязывать наше отношение к Эмиру и наши эмоции Миру. Он сам должен решить, как он относится к отцу. И дальше мы от этого будем отталкиваться. Я могу Буйного обвинить во всех смертных грехах. Но он пытается наладить отношения с сыном. Правда пытается. Я не могу не дать ему этой возможности.
- Но он всё равно должен страдать! - Катюша опять взрывается, - обещай, что ты не простишь его просто так! Ты столько плакала. Он просто обязан за каждую слезинку ответить! Пускай на колени хоть встанет разок! А то такой важный стоял у подъезда! - Катя снова фыркает, а я улыбаюсь. Вот она женская солидарность во всей её красе. Моя сестра как никто другой меня понимает.
- Полностью поддерживаю, - понимаю ладошку вверх, чтобы Катя мне пять дала. И сестра с удовольствием это делает. - Катюш, - смотрю в её глаза, - я хочу, чтобы и ты помнила, что мои отношения с Эмиром касаются только меня и его. Ты не должна его ненавидеть или злиться только потому что мне что-то не нравится. Если ты захочешь с ним дружить, я всегда буду за. Я не хочу, чтобы ты чувствовала чувство вины, поняла меня? Эмир всегда тебя любил.
Катя согласно кивает, но по её настрою я вижу, что Буйному просто не будет. Но я и так сделала максимум зависимого от меня. Я точно не стану настраивать детей против Буйного. Это только наше с ним дело. И я достаточно взрослая, чтобы не воевать с ним такими способами.
Глава 17 
Я взрослая, да. И воевать через детей не собираюсь. Но это и не нужно. Катюша сама справляется.
– Твоя машина? – Хмурится она вместо приветствия. – Я в таких не езжу. Хорошо, что мы сами приехали.
Катя включает колючку. Мгновенно входит в роль. Поджав губы, осматривает машину Эмира. Кривится демонстративно. И я тоже рада, что к месту встречи мы добирались отдельно. Хоть полчаса спокойной жизни вырвали. Эмир был против. Настаивал, давил. Что сам заедет. Что не собирается ждать. Авторитетом пытался задавить. Я просто поставила перед фактом. Если будет давить, то у меня внезапно разболится голова, и мы никуда не поедем. Сработало слабо. И за это я ещё выслушаю. Но мне удалось одержать победу, и я считаю это важным.
– Кать, - одёргиваю я сестру. – Не груби.
– А что он? – Тут же обижается на меня. – Ты на его стороне? Серьёзно?!
  
– Нет, я на стороне своей сестрёнки. В которую я вложила очень много сил, чтобы она была вежливой и воспитанной. Мы не грубим людям, помнишь?
– Даже если они нам не нравятся? - Катюша стреляет взглядом в Эмира. Перестраховывается, что мужчина её точно услышал.
Мне и смешно, и грустно одновременно. Потому что сестра злится, ей больно. А ещё… Ещё явно надо больше воспитательных разговоров проводить.
Я отворачиваюсь к зданию, в котором будет "сюрприз". Эмира я намеренно игнорирую. Совсем не замечаю. Ни чёрных джинсов, ни такого же цвета футболки. И то, что ткань облепляет его тело, выделяя достоинства… Нет-нет, ничего не вижу. Ни мышц его проклятых, ни улыбки очаровательной. Пфф, вон непонятное здание намного лучше! Парковка вокруг почти пустая, только одно подержанное авто стоит. Вокруг вывесок нет. А поискать в интернете я не успела со всеми сборами, слишком поздно Эмир скинул локацию.
– Мама, - сын дёргает меня за руку. – Пвохой дядя с нами?
– Не плохой, - напоминаю я, нежно треплю малыша по тёмным волосам. – Помнишь?
– Он большой.
– Но большой не значит плохой.
Я мать. Я взрослая. Я не буду играть в детские игры. Эта мантра повторяется в голове постоянно, пока я успокаиваю сына. Чтобы поступать правильно, а не так, как легче.
Мир прижимается ко мне, но с интересом изучает знакомого. Присматривается, строго поджав губы. Я уже чувствую, что день будет весёленьким.
– Идём, - решает Эмир, устав от этих перепалок. Но старается себя держать в руках. – А там поговорим. Договорились, Кать?
– Мне сестра запрещает с незнакомыми людьми говорить.
– Ты меня знаешь.
– Знаю? – Ахает сестра, прикрывая рот ладошкой. – Разве? Я знала одного Эмира… Но он умер. Вас я не знаю. - И гордо дефилирует к входу.
Я замечаю, что Катюше очень интересно, что там внутри. Но виду она не подаёт.
Подхватив сына на руки, чтобы не запнулся на неровном асфальте, я следую за сестрой. Эмира всё так же игнорирую.
– Здравствуй, Зла-та. - Он моё имя растягивает. Демонстративно смакует. Прямо показывает, что в голове по-другому называет. Даже так подначивает.
Я сдержанно киваю. Не обращаю внимания на внезапное желание одёрнуть блузку и поправить причёску. Это всё девятнадцатилетняя девчонка внутри меня. По привычке хочет выглядеть хорошо для этого амбала. А я хочу, чтобы я выглядела для него как угодно, лишь бы на расстоянии нескольких километров. – Это… Эмир… Ты… - У меня дар речи пропадает. Я осматриваюсь, не веря собственным глазам.
Сын радостно вскрикивает, приоткрывает рот от удивления. Даже маска Катюши даёт трещину на секунду. Её глаза вспыхивают озорными огоньками, а на губах мечтательная улыбка.
Я всё представляла. Какой-то понтовый ресторан, не подходящий для детей. Банальная прогулка в парке. Была готова, что это склад с оружием. Но это… Я хлопаю ресницами. Не до конца осознаю, что Эмир привёз нас в парк аттракционов. В большом амбаре собранные различные аттракционы. Детские паровозики, батуты, даже "свободное падение" есть. Я слышала, что в нашем городе открывают парк аттракционов. Но не знала, что он уже готов. И здесь пусто. Никаких посетителей. Только несколько людей из персонала, которые отвечают за работу горок.
– Ты арендовал его? – Мои глаза расширяются. – Только для нас?!
– Не хотел толпы, - ровно отвечает Эмир, словно ничего такого. – Решил, что наедине получше будет. Разговор пойдёт. Поэтому сегодня тут только мы.
– Всего на день взял? – Цокает Катюша, накручивает косичку на палец. – Слабенько. Вот купил бы насовсем… Пошли, Мир, поищем кого-то более щедрого.
Я опускаю сына на пол, и сестра тут же его уводит. Явно сдерживается, чтобы ничего Миру не шепнуть.
Катюша словно чувствует моё внимание. Оборачивается и натянуто улыбается. Даёт понять, что ничего плохого не скажет. Нашего уговора она придерживается.